Связанные - Алана Русс

— Что у тебя тут происходит? — зло спросил он, вырвав меня из сладких грез, потирая кулаком грудь.

— Ничего, — дрожащим голосом выдавила из себя я, отводя взгляд.

У меня снова начинало стучать в висках: «Только мигрени мне не хватало» — устало подумала я.

— От твоего страха у меня в груди жжет, — нахмурился Велор, — а ты говоришь «ничего»?

И, не дожидаясь моего ответа, он уперся ладонью в дверь и отворил ее.

— Эй! — попыталась призвать его к порядку я, но брюнет меня не слушал. Он вошел и огляделся.

— Так что? — повернулся он ко мне, смерив взглядом. — Что за леденящий душу ужас?

При свете все казалось совсем не страшным. Переминувшись с ноги на ногу, я стыдливо опустила глаза: «Не признаваться же, что я просто-напросто трусиха!»

— Я жду, — вернул меня из задумчивости брюнет.

— Ничего не случилось, — промямлила я.

— Перестань, — сердито сверкнув глазами, потребовал он. — У тебя совсем не получается врать.

Я снова потопталась на месте.

«Эх! Будь что будет!» — отважилась я.

— На чердаке кто-то ходил, будто призрак — выпалила я, не глядя в глаза мужчине. — И ветер гудел, и…

Велор насмешливо приподнял бровь. «Ну, вот, снова этот надменный взгляд».

— Не надо на меня так смотреть! — огрызнулась я.

— Как? — ухмыльнулся Велор.

— Так, будто ты лучше всех!

Тонкие губы Велора едва дрогнули в усмешке. В своем превосходстве он, похоже, даже не сомневался.

— И что с того, что я испугалась? — мой голос вдруг стал на тон выше. — Дом огромный, я тут ничего не знаю! Я вообще здесь впервые, если ты забыл! Темень вокруг. А может у меня стресс? Ведь ведьма пытается меня убить, элементаль чуть в своей родной ванне не утопил, а вы вообще клыкастыми оказались! — начала загибать пальцы я, а брюнет на фразе «клыкастые» нехорошо прищурился. — Ну, разумеется, у меня стресс! Не все, знаешь ли, такие непробиваемые как ты. Это только тебе все нипочем! Ведь ты же у нас мистер: «Я самый лучший, а вы все…», — исчерпав запас кислорода в легких, не смогла закончить я.

Велор молчал, а я, потеряв запал и осознав, как глупо выгляжу, снова принялась пристыженно разглядывать выкрашенный и местами выщербленный пол. В носу предательски защипало.

— Выговорилась? — наконец издевательски спросил брюнет. Я кивнула.

Велор молча вышел из комнаты, а я готова была волосы на себе рвать от обиды и стыда. В расстройстве уселась на кровать. Шмыгая носом, стерла скатившуюся по щеке слезинку.

Неожиданно Велор вернулся. Я испуганно сжалась: «Если он сейчас начнет надо мной издеваться, я точно самым позорным образом расплачусь».

Однако он ничего не сказал, только взял мою подушку, выдернул из-под меня одеяло и куда-то унес.

«Ну почему он так со мной? — терла и терла я глаза, в надежде избавиться от слез. — Теперь еще и без одеяла придется спать…Садист!»

— Чего сидишь? — снова заглянул ко мне Велор.

— А что мне … — хлюпнула я носом, — делать-то?

— Поднимайся и за мной иди, — надменно бросил он.

Я послушно встала и поплелась к выходу. Велор отворил дверь своей спальни, приглашая войти.

— Милости прошу, — сказал он с легким поклоном.

Я застыла на месте.

— Я не стану… — дрожащим голосом воспротивилась я.

— И я не стану с тобой спать, — скривившись, закончил за меня брюнет. — Об этом можешь даже не беспокоиться.

Настороженно озираясь, я медленно прошла в покои Велора. Его комната была немногим больше моей, но если в моей спальне большую часть занимали кровать и платяной шкаф, то комнату мужчины заполонили огромный письменный стол с резными ножками, небольшой комод, несколько навесных полок и пара кресел, одно из которых сейчас было разложено на манер софы.

Кровать стояла у стены. Односпальная.

— Сегодня ты спишь там, — равнодушно махнул рукой Велор на кровать.

Не двигаясь с места, я лишь смущенно теребила край пижамной рубашки.

— Я не вынесу второго акта твоего страха, — сощурился мужчина, словно пытаясь убедить меня остаться. — Это, знаешь ли, отвратительно — бояться.

— Это нормально, — хмуро ответила я.

— Ага. Для людей, — добавил брюнет и уселся на разложенное кресло.

Я на негнущихся ногах поковыляла к кровати.

— Спасибо, — поблагодарила я, когда Велор тоже улегся и погасил свет.

Он ничего не ответил. И только я подумала, что вреднее никого в жизни не встречала, как парень приглушенно проговорил:

— Завтра же озадачу Леонарда. Пусть землю роет, но найдет средство способное хотя бы ослабить связь. Иначе, я сам скорее повешусь, прежде чем Натана до меня доберется.

Я обиженно надулась и отвернулась к стене.

Как ни странно, весь страх словно испарился. Казалось, даже ветер за окном комнаты Велора буйствовал гораздо тише. Я начала медленно проваливаться в омут снов, и перед глазами уже поплыли цветные картинки.

Вот Леонард и Рита. Парень, привычно улыбаясь, обнимет мою подругу за талию. Неожиданно в фиолетовом облаке, словно медуза, возникает Натана. Она машет посохом, очевидно магическим, и ребят обволакивает золотистым свечением, а потом Леонард шепчет: «При правильном заклинании, Лиза, кровь поддерживает силы». Его глаза при этом загораются красным огнем, и он впивается в шею Марго. Рита пытается вырваться, но золотое свечение под жуткий смех Натаны превращается в кокон и не позволяет ей обрести свободу.

Я резко очнулась. Во рту пересохло.

Велор недовольно заворочался на своей лежанке, а мне вдруг вспомнились слова Лео про то, как легко им питаться: «Чаще всего, никто из девушек ничего и не замечает».

«То есть, они могут брать кровь абсолютно незаметно, — размышляла я. — А вдруг и я стану жертвой бессознательного донорства?!»

От этой мысли тело покрылось гусиной кожей, и я спешно обернула шею и горло одеялом, в надежде, что это убережет меня от клыков Велора.

«Нужно постараться не спать» — твердо решила я.

Пытаясь развлечь себя хоть как-нибудь, я принялась думать о всякой всячине.

Я думала о том, что в одно мгновение ока моя жизнь перевернулась с ног на голову. «Один неудачный поход в клуб, и я практически труп» — возник в мозгу дурацкий каламбур. Я нервно похихикала. Поворочалась, укладываясь поудобнее.

А еще и эта новость о вампирах… Нельзя было сказать, что это напугало меня. Скорее, удивило. Парни казались мне вполне человечными и неспособными творить зло.

Даже Велор! Он, конечно большой любитель поворчать, но чтобы вершить нечто ужасное… Нет. Такого я и помыслить не могла.