Игра на понижение - Михаил Луговой

– Понятно. Лео?

Кунео несколько секунд молчал, почесывая переносицу. Генеральный секретарь почувствовала, как от мужчины начал распространяться пряный аромат – дорогие мужские духи с нейроэффектом подчеркивали его эмоциональное состояние.

– Я бы предпочел работать с кутриттером на Земле, – наконец сказал он. – То старье, которое законсервировано на «Циолковском», сейчас ничего кроме смеха не вызывает, то есть все оборудование придется создавать заново. На Луне нет хороших лабораторий, только производственный комплекс. И ждать по две недели, пока какую-нибудь понадобившуюся мелочь привезут с Земли с очередным паромом, смерти подобно. Кроме того, надеюсь, все понимают, что сохранить нашу находку в тайне не удастся? Не все необходимые нам специалисты работают по контракту с ООН, понадобится привлекать массу новых людей. Одно дело доставить их в любую из земных лабораторий, и совсем другое – на Луну.

– Туристов же возим, – буркнул глава космического комитета. – Я бы предложил работать с этой штукой дистанционно. Пусть кутриттер останется на Луне, под надзором немногочисленного квалифицированного персонала, а ученые с Земли подсказывают, что с ним делать. Поймите меня правильно, мы ведь пока не знаем, что это такое. Вдруг этот ваш кутриттер… бомба? Или контейнер с инопланетным вирусом? Мы слишком мало знаем о Почтальонах, чтобы вот так запросто доверять им. А на «Циолковском» есть все условия для создания полноценной биологической изоляции.

– Не думал, что вы увлекаетесь комиксами, – хмыкнул Кунео. – Если бы Почтальоны хотели нам навредить, у них были все возможности сбросить свое устройство сразу на Землю.

– Господа, не спорьте, – попросила Генеральный секретарь. – С Луны сообщают, что артефакт полностью биологически инертен. Если даже он был загрязнен инопланетной микрофлорой изначально, четверть века лунных условий надежно его стерилизовали. Кроме того, нам достаточно просто создать соответствующие условия на Земле, к примеру, на Дейвисе[13], в Антарктиде. Я говорю об иной проблеме. Лео совершенно правильно отметил, что держать в тайне факт нахождения кутриттера не удастся, тем более что об этом известно как минимум десятку человек и не все из них являются нашими служащими. Рано или поздно о нем узнают правительства стран – основателей и участников Лунного проекта. В этих условиях у них, несомненно, появятся подозрения в том, что мы хотим утаить информацию, которую сумеем считать с артефакта, и воспользоваться ею единолично. Сейчас, когда нами развернута кампания по сбору средств на строительство лунной базы «Руэда», подобное нам совершенно ни к чему.

– Тогда я пас, – Либаль, как бы сдаваясь, поднял руки вверх. – «Руэда» нам очень нужна. И ассигнования на достройку «Леонова», «Гриссома» и «Янга» – тоже. Я не первый год говорю, что, пока мы не будем иметь на Луне три базы первого класса вместо двух имеющихся и хотя бы два десятка паромов вместо четырнадцати, мы никогда не догоним график. Поэтому объявление можно сделать хоть сегодня. Тем более что часов через пять на Луну прибывает «Малкольм Скотт Карпентер». Грузите артефакт туда и через двое суток сможете его пощупать.

– Ну, настолько торопиться не следует, – задумчиво протянул Кунео. – Подготовительные работы на Дейвисе займут как минимум дней десять. Кроме того, если мне не изменяет память, «Карпентер» – пассажирский паром?

– Пассажирский. Вместимость – триста четыре человека. Но место под груз в десяток килограммов мы найдем, не сомневайтесь.

– Лео прав, нам нужно некоторое время. Кроме того, доставка потенциально опасного груза на пассажирском корабле может выглядеть не совсем логично. Когда следующий паром?

Либаль заглянул в планшет.

– Второго мая стартует «Быковский». Это грузовой паром, но и пассажиры там тоже есть, сорок восемь человек. Убрать? Наконец, мы можем отправить артефакт и грузовым беспилотником. Тут вообще нет проблем, подготовка к внеплановому запуску займет пару дней.

– Беспилотник отпадает, – покачала головой Аминахтун Карим. – Такой груз должен иметь сопровождение. Пусть будет «Быковский». Пассажиров убирать не надо.

– А предупредить экипаж?

– По-моему, это тоже лишнее. Нам надо думать, когда мы выступим с заявлением об обнаружении кутриттера.

– Я бы сделал это только после того, как он окажется в Антарктиде, в лаборатории, – сказал глава комитета по подготовке Контакта. – Но тогда будут недовольны как минимум австралийцы, поскольку объект все равно придется провозить через их территорию. Думаю, нам нужно действовать тоньше. К примеру, проинформируем глав правительств о сложившейся ситуации после того, как паром с артефактом на борту стартует с Луны, когда будет уже поздно что-то менять, а заявление для общественности сделаем позже, вместе с трансляцией из Дейвиса.

– Будут протесты, – предостерег Либаль. – Зеленые обвинят нас в том, что мы притащили на Землю потенциально опасный объект.

– Протесты будут в любом случае, – возразила Генеральный секретарь. – Лучше уж зеленые, чем пробуксовка Лунного проекта. Я думаю, что мы возьмем то, что предложил Лео, за основу. Напоминаю вам, что неразглашение имеющейся информации в наших интересах.

– Это бесполезно, – махнул рукой Кунео. – Мы на виду. Сегодня я отдам распоряжение о подготовке лаборатории на Дейвисе, и уже завтра, максимум послезавтра в столицах всех мировых держав разведки представят об этом подробные доклады. Давно говорю, что нам нужна собственная специальная служба. Безопасность нельзя отдавать в аутсорсинг. Я давно предлагаю соответствующим образом реформировать управление Международной полиции.

– Пусть докладывают, – пожала плечами женщина. – Без прямого знания о наличии артефакта эти доклады ничем нам не угрожают. Хотя о собственной службе безопасности нам действительно придется задуматься в самом скором времени.