Проклятый цирк - Серж Брюссоло

За столом воцарилось молчание. Опустошив тарелки, артисты, не говоря ни слова, покидали палатку. На каждого из них было больно смотреть. «Неужели через год мы будем выглядеть так же, как они?» – с тоской подумала Пегги.

Во время своих многочисленных приключений она успела понять, что за обращение к магии всегда приходится платить тем или иным способом. Магия – это обман, и он уже таит в себе наказание, которое колдуны и волшебники имеют обыкновение называть «возвратным эффектом». Сказочники обычно забывают упомянуть об этой составляющей обращения к магам, поэтому их юные читатели думают, что она обладает одними только преимуществами. Синий пес сумел обрисовать эту проблему одной-единственной фразой: «Объешься пирожных – получишь несварение».

– Пошли, – позвала их Зига. – Нужно подобрать вам костюмы. Затем я объясню вам, что представляют собой номера, которые вы будете исполнять, и как следует держаться на арене.

Она направила девочек к фургону, набитому яркими цирковыми нарядами, париками и масками, – казалось, они целиком состоят из блесток и золота. Девочки мельком подумали, что такой сказочный гардероб мог бы любого нищего в один миг превратить в короля…

После долгих колебаний Пегги выбрала себе костюм укротительницы, красный камзол которого украшали обшитые золотым шнуром петлицы и пышные эполеты[12]. Картину дополнял роскошный аксельбант[13]. Еще маленькой девочкой Пегги втайне мечтала когда-нибудь носить такой наряд. Пока она натягивала высокие сапоги с золотыми шпорами, Мария-Женевьева примеряла длинное платье из серебристого шелка с расшитым жемчугом корсажем и высокий напудренный парик в духе французских королев. Свое обезображенное лицо она спрятала под венецианской маской из ярко-алой кожи, которая придавала ей несколько зловещий вид, хотя и не лишенный причудливого обаяния.

– Не переживай, малышка, – ободрила ее Зига. – Скоро эта маска тебе уже не понадобится. Если эти инопланетные звери пообещали исправить твое лицо, не сомневайся – они сдержат слово.

Нарядившись, девочки покинули фургон и направились к цирковому шатру. Пегги не могла устоять на месте от нетерпения. Стоя в центре манежа, Зига объяснила им, как проходит представление и как они должны вести себя, когда настанет их черед выйти на публику. Им следовало выработать особую походку, театрально приветствовать зрителей и никогда не переставать улыбаться – что бы ни случилось.

– Всегда сохраняйте спокойствие, – настаивала цыганка. – Даже если вы увидите, что один из нас вдруг превратился в живой факел. Такое может произойти, если телепатическое воздействие зверей-богов окажется чересчур сильным для истощенного артиста. Время от времени какой-нибудь акробат или клоун непременно воспламеняется и превращается в горстку пепла. Тогда нужно громко смеяться и аплодировать, как будто на ваших глазах показали удачный фокус. Зрители не должны пугаться, а главное – не должны даже догадываться о том, что здесь происходит на самом деле.

– Неужели чудеса, которые вы совершаете, никогда не вызывают у них подозрений? – удивилась Пегги.

– Нет, – просто ответила Зига. – Они думают, что «здесь какой-то фокус», и восхищаются, как ловко нам удается их провести. А весь «фокус» как раз в том и состоит, что его вовсе нет!

– А что мне нужно будет делать? – спросила девочка.

– По решению Гипнозуса ты будешь нашим иллюзионистом. Клоуны вынесут на манеж кусок каменной стены толщиной в полметра, сквозь которую ты должна будешь пройти. Потом тебя запрут в железном сейфе, опутанном цепями. Наконец, тебя запечатают в большом аквариуме с рыбами, из которого тебе нужно будет выйти, не разбив стекла.

По мере этих объяснений горло Пегги сжималось все сильнее.

– О… а вы думаете, что я действительно смогу преодолеть все эти препятствия? – пролепетала она.

– В одиночку – конечно, нет, но с помощью волшебных животных – сможешь. Когда их сила снизойдет на тебя, ты получишь способность проходить сквозь любую материю: сталь, камень или стекло, не оставив в них ни малейшего отверстия. Гвоздь программы – это твой триумфальный выход из аквариума. Все своими глазами увидят, как ты пройдешь сквозь его стеклянную стенку, не пролив ни капли воды. Это вызовет просто бурю восторга!

– А я что буду делать? – нетерпеливо вмешалась Мария-Женевьева.

– Ты будешь уменьшать или увеличивать предметы и животных, которых тебе предоставят клоуны. На первый взгляд кажется все просто, но тебе придется тщательно контролировать свою силу. В противном случае объекты твоих экспериментов могут стать такими маленькими, что канут в небытие, и их будет уже невозможно вернуть оттуда. И наоборот, если ты чрезмерно увеличишь какой-нибудь предмет или животное, они взорвутся и засыплют зрителей мусором или требухой, а это всегда производит плохое впечатление. Не позволяй силе, которая проникнет в тебя, опьянять. Даже если тебя охватит чувство всемогущества. Это будет страшной ошибкой.

Девочки послушно кивали. Перечень возможных катастроф несколько остудил их первоначальный энтузиазм.

– А сейчас, – заключила Зига, – мы с вами приступим к репетиции. Когда почувствуете, что на вас снисходит сила зверей, не впадайте в панику. Если вы не раскроетесь навстречу силе и не будете с ней сотрудничать, может возникнуть короткое замыкание, и вы вспыхнете как спички. Такое уже случалось. Не пройдет и минуты, как вы превратитесь в горстки пепла.

Пегги пришлось приложить немалые усилия, чтобы скрыть волнение. Рассевшись на зрительских скамьях, несколько служителей насмешливо наблюдали за ней, явно ожидая, что она вот-вот вспыхнет. По знаку Зиги, двое из них выкатили на манеж большой кусок каменной стены, установленный на платформу с колесиками. Девочка ощупала его руками: добротная кирпичная кладка, надежно скрепленная цементом, высотой около двух метров и примерно такой же ширины.

– Что ж, – сказала цыганка. – Теперь приготовься: открой свое сознание, чтобы впустить в него силу волшебных животных. Сохраняй спокойствие.

Пегги закрыла глаза и сделала медленный выдох. Прошла минута, и тут послышалось негромкое потрескивание, и в волосах у нее забегали искры. С ней происходило нечто неописуемое: как будто горячий ветер пронизал все ее существо, и чье-то пугающее присутствие ощущалось в каждой клеточке тела. Чужая воля проникла в ее мозг, готовясь подчинить его себе. Пегги охватил страх. От ее волос явственно доносился запах паленого, а ногти стали такими горячими, что заболели пальцы.

«Нужно успокоиться! – скомандовала она себе. – Успокоиться немедленно, иначе я загорюсь!»

Как только ей удалось смирить свой страх, ее пронизало странное ликование. Теперь ей казалось, что весь мир готов подчиниться ее воле и никакая опасность не может угрожать ей. «Да мне достаточно просто дунуть в сторону своих врагов, чтобы их испепелить!» – подумала она, прыская от смеха.