Мастер побега - Дмитрий Володихин

У танкового «трезубца» южан имелись все возможности пройти сквозь позиции ополченцев, не сделав ни единого выстрела. Просто гусеницами раздавить сколько угодно взводов, стоящих на пути… Маленький шанс ополченцам давали два обстоятельства: во-первых, истребители видели войну, знали войну и кое-чему научились; во-вторых, прорыв одних танков ничего не стоил, а пехоту им еще надо было протащить за собой, и такой «груз» умелые люди знают, как «отцепить».

Пехота южан обязана была следовать за танками на изрядной дистанции, рассыпавшись, по уставу, в жидкую цепь. Но эти пехотинцы, как видно, порядком устали. И они, наплевав на устав, а заодно и на ор офицеров, скучились за бронированными плечищами танков. «Очень хорошо, – отметил Рэм – Инстинкт самосохранения столкнулся с разумом и победил. Ну, артиллеристы и пулеметчики их еще накажут за такую дурость».

– А это еще что такое? – спросил Фильш, показывая пальцем на невнятное мельтешение далеко за спинами пехоты.

– Это охотники за нашими с тобой головами. Броневик и самоходка.

Как обычно. Впрочем, иногда федераты ставят сзади танкетки или бронетранспортеры. Но в ста случаях из ста идущие впереди танки пробивают дорогу для пехоты, а легкая бронетехника в тылу охраняет танки от истребителей.

«Вот как. По нам сегодня работает мощный пулемет – тот, что на броневике, да еще армейская полевая пушка, поставленная за низеньким бронещитом на самоходке. Поищите нас, ребята… прямо здесь».

– Патрон!

Догх! – послушно отозвалась «Дурехи», когда он нажал на спусковой крючок. Пуля ушла к ближайшему танку, чтобы ударить его с дистанции метров пятьсот, расплющиться и беспомощно упасть на землю.

– Патрон, Гай!

Догх!

Танки начали плеваться огнем Из-за окопов рявкнула пушка. Скороговоркой затараторили пулеметы. Посыпался винтовочный горох. Та-тах! Та-тах! Та-тах!

Так! Кто-то положил снаряд прямо за «Ураган», ехавший впереди прочих, – в кучу вражеских пехотинцев.

– Там сейчас салат… – пробормотал Рэм.

– Что?

– Патрон!

Догх!

– Теперь валим отсюда.

– А…

– Быстро!

Пряча головы, они побежали на вторую огневую позицию.

– Ты не попал в него? Ты что, не попал? – орал сзади Фильш. По всему видно, болтунчик как схватил его, так и не отпускает.

– Попал.

– И что? И почему он? Он же остановиться должен!

– Он не должен. Ему моя пулька – по хрен… – с досадой ответил Рэм.

Вот еще ему встать здесь, посреди траншеи, и начать разъяснение непонятливым. Рассказать, что на такой дистанции ты можешь гвоздить сколько угодно, а «скорлупу» тяжелого трехбашенника не пробьешь ни при каких обстоятельствах. Втолковывать, что если даже ты чудом пробьешь ее с дистанции раз в пять меньшей, то действие твоей пули после пробоя, может статься, будет убийственным – в самом прямом смысле этого слова, а может и просто никаким Ну не заденет она там ничего важного, не войдет ни в чью плоть! «Остановиться должен…»

Добираясь до второй позиции, Рэм с Фильшем вернулись к передовой линии окопов, пробежали по ней еще шагов тридцать и оказались перед узкой щелью. Ее пятеро ополченцев, ругаясь на чем свет стоит, рыли под прямым и непосредственным руководством Рэма. А потом с удивлением наблюдали, как он накрывает щель дощечками от патронных ящиков и маскирует квадратиками дерна, аккуратно вырубленными лопатой в другом месте.

Они протиснулись по щели к ячейке, не прикрытой никакой насыпью, да и вообще ничем не выделяющейся, если смотреть со стороны. Просто сплошной слой кромсанного дерна…

Рэм аккуратно разобрал дощечки, отбросил комья земли и травы, выглянул наружу.

«Отлично. Наш старый знакомый повернул туда, куда и требовалось».

Тот самый «Ураган», ничуть не пострадавший от трех поцелуев «Дурехи», пер по полю, чуть отклоняясь влево. Механики-водители – сволочь предсказуемая. Надо просто пройтись по тем местам, где они будут вести свою машину, и как следует присмотреться.

Время у Рэма еще было. Он даже позволил себе чуть-чуть этого времени истратить на придурка Фильш все еще бормотал: «Ну как же можно… в такой день… не попасть… в такую мишень… дал бы лучше мне…»

– Я попал все три раза, – спокойно сказал Рэм, сцапал Фильша за загривок, где уже малость отросли волосы, безжалостно сбритые на мобилизационном пункте, и повернул его тупую башку. – Посмотри-ка на то место, откуда мы стреляли.

Фильш выдернул загривок, но ослушаться не решился. Посмотрел. А там земля кипела от густых пулеметных очередей. И еще там красовались аж три воронки, обступившие их несчастную яму.

– Самоходчики?

– Да. Теперь мы убиты. Нас не ищут глазами по всему полю.

– Как же они нас вычислили?

– Пыль, – и Рэм постучал по дульному тормозу. – Мы до смерти много пылим при каждом выстреле.

– А…

– Патрон!

Пора. Фильш засуетился.

«Ураган» катился левее их секретной ячейки, в полутораста шагах. Не ведая, кто смотрит на них в прицел, танкисты простодушно подставляли борт. Тут у них броня послабее, не чета лобовой. Рэм ласково погладил «Дурехи»: «Не подведи, милая. Я так тебя люблю!» – и вежливо поцеловал приклад.

«По главной башне».

Догх! Без толку.

– Патрон! Живее!

«Еще по главной башне».

Догх! Кажется, он высек длинную искру… а все равно – ни малейшего видимого результата.

– Шевелись, Гай!

«По двигательному отсеку».

Догх! Ничего.

Сто шагов.

Первая низенькая башенка непрерывно поливала окопы пулеметным огнем.

– Патрон!

«По ней, по гадине».

Догх! Продолжает стрелять.

Пятьдесят шагов.

– Патрон! Патрон! Патрон… Мас-с-саракш!

«По ходовой части…»

Догх! Догх! Догх! Прет на окопы как; ни в чем не бывало.

«По корме».

Догх! Зар-раза… удаляется.

«Все, этого я пропустил… сейчас он поездит по хребтам ополчения», – и Рэм потянул на себя «Дурехи».

– Что, Рэм?

– Бежим, Гай! Рвем отсюда! На третью точку!

Фильш бежал, пригибаясь. Сумки с патронами, висевшие у него на плечах, жестоко молотили его по бедрам.

– К-какого, Рэм? Почему мы бежим?

– Беги, дурень, заткнись и беги!

– Ты стру…

Тут за их спиной рвануло. «Нащупали…»

Фильш припустил так, что обогнал Рэма с его «Дурехи». Рвануло еще разок. Ком сухой грязи ударил Рэма между лопаток. Рэм покатился, отбил коленку, крепко получил по заднице прикладом собственной винтовки, вскочил и понесся что есть сил. За его спиной «Ураган», добравшись до окопов, утюжил их вовсю.