Последняя искра - Алана Русс

Но, тем не менее, какая из двух зол меньшая, я определиться за ночь так и не смогла. Потому и молчала сейчас, и кусала губы.

«Ничего, поговорим еще. Только без чужих глаз и ушей, — убеждала себя я, бодро шагая и то и дело пробегаясь пальцами по выступающим шероховатым частям колонн, широким подоконникам и узорной лепнине на стенах. — Нужно только дождаться благоприятного момента».

— Может, мне отпустить сиура Акитара? — наконец сообразила я, как остаться с Велором наедине. Ну, или почти наедине, учитывая бессчетное количество рогатых слуг, расхаживающих туда-сюда. — Ты ведь свободен на сегодня? Сможешь проводить меня к себе после обеда? Вернее, — споткнулась я и улыбнулась, — проводить меня ко мне. Не к себе, разумеется.

— Свободен, — не оценив шутки, кивнул Велор. — Но страж пусть все же останется. Он тебе не для красоты выдан.

Хитрый Дракула! Учуял запах жареного.

Я обернулась, с виноватой улыбкой глянув на Акитара, мол, я сделала, что смогла. Будь моя воля…

— Кстати, а он принес тебе обет верности?

Велор остановился, развернулся к Акитару и впился требовательным взглядом.

— Обет? — удивилась я. — Велор, сиур Акитар приглядывает за мной по указу принца. Он же не мой…

— Знаю, — кивнул брюнет. — Но это не мешает ему подкрепить свою верность тебе. Происхождение обязывает тебя быть осторожнее, Лиза. К тому же, твой дар — это не шутка. Мало ли фанатиков на свете?

Я смутилась, но воспротивиться не успела. Акитар приблизился, завел руки за спину и привычно вытянулся.

— Разумеется, сиур Лайн. Каждый уважающий себя воин приносит обет верности, — горделиво выпятил грудь рогатый. — Я не исключение. Мой меч принадлежит Целителю Ириты отныне и до тех пор, пока сиура не отпустит меня.

Велор одобрительно покачал головой и вновь двинулся по коридору, а я с удивлением перевела взгляд на все еще тянущего шею пустынника. Вот уж не думала, что он так ревностно примется меня оберегать. Недоволен же был, помнится.

— А почему я не в курсе, что стала жертвой какой-то там клятвы?

— Любой воин, что берет под защиту господина или госпожу, в данном случае, — кивком указал Велор на Акитара, — сиура или сиуру, дает обет.

— Не разглашать тайны, — подтвердил рогатый, шагая за спиной. — И защищать ценой своей жизни.

— Разумеется, с оговоркой, что это не повредит государю и стране? — бросил вопросительный взгляд на мужчину Велор.

— Конечно, — приподнял кустистую бровь тот.

— Как предсказуемо, — хмыкнул Дракула.

Кажется, Акитар в ответ тоже улыбнулся.

Постойте… улыбнулся?

— Погодите! — приподняла бровь я, все еще косясь на стража, изменившегося в лице от улыбки. — Что все это значит?

— Элементарно же, Лиза. Твой страж принес обет, и магия связала вас. Если кто-то попытается причинить тебе вред, а он, зная об этом, не воспрепятствует, его ждет смерть. Раскроет твою тайну, — щелкнул пальцами Велор, — та же участь. Магия сожрет его начало изнутри. Так что, ты под надежной защитой. Разумеется, — опять чему-то обрадовался Дракула, а вслед за ним и рогатый, — до тех пор, пока не решишь устроить переворот.

— Если так, — окончательно добил меня рогач, — я буду вынужден прикончить вас первым, сиура.

Я покачала головой. Блеск!

— А если мои действия будут похожи на переворот? — осторожно поинтересовалась я, косясь на палаш в ножнах гвардейца.

— А ты уже намерилась устроить дебош на главной площади? — спросил Велор без особого интереса.

— Нет, конечно! Но зачем кому-то приносить обет мне? Я же… — и развела руками. Кто я и без слов понятно.

— Его Высочество обозначил вас, как своего друга, — посерьезнел Акитар. — Поэтому сиур Авар, его ближайший советник, велел глядеть за вами в оба.

Ах, профессор Авар… Так и предстал перед глазами крепкий преподаватель по боевым искусствам и зачарованию, с его извечно насмешливым фиолетовооким взглядом.

— Спасибо ему, конечно, — окончательно растерялась я. — Но мне бы хотелось впредь знать, кто и в чем мне клянется. А то мало ли…

Акитар, не особо искренне, но все же заверил меня, что сожалеет о случившемся, и впредь будет сообщать о подобных «мелочах» заранее.

— Раз уж вы столь поверхностно знакомы с культурой пустынной страны, сиура, — добавил он, замедлился и отдалился, будто ступень ракеты отстыковалась.

Я на последнее замечание только фыркнула. Странный рогач. То на верность втихаря присягает и меч свой предлагает, то укорами сыплет.

— Если после подобного заявления решишь в отместку поплясать на костях правящего дома, — совсем тихо, едва ли коснулся моего уха дыханием Велор, обнажив зубы в незнакомой улыбке, — позови меня. Я могу быть полезен. Разнесем эту страну к чертям.

— Тише ты! — всерьез заволновалась я. — Тебе шутки, а мне — голову с плеч.

И на всякий случай обернулась. Акитар по-прежнему степенно вышагивал в положенных десяти шагах. Слышал ли наш разговор? Сложно понять по хмурому, серьезному лицу, покрытому темным загаром, будто пылью.

— Я же шучу, — распрямился брюнет. Распрямился и погас, утратив интерес к беседе.

И снова меж нами клином врезалось это треклятое молчание.

Молчать я готова, конечно, сколько угодно. С этим темным паразитом, хоть всю оставшуюся жизнь! Но сначала, нужно выговориться. Это как Рита на диету садилась: наелась до отвала так, что шевелиться не могла. Зато, пусть и всего полторы недели, а протянула на одних кефирчиках и биобалансе.

— Слушай, — легонько коснулась я пальцев Велора, — помогай! Я совсем не понимаю, как себя вести и что говорить. Тебе, наверное, лучше вообще не появляться со мной… — «на людях», едва не ляпнула я.

— Это почему это?

На точеном Велоровом лице снова эмоции отразились. Аллилуйя!

— Я во все эти политические игрища совсем не вникала, но понимаю, что люди с "темными" в несколько напряжённых… отношениях.

— Темными… — повторил Велор едва слышно. — Ага. А говоришь, не вникала. Ругательной терминологией уже овладела.

Рогатый Акитар хоть и шагал на расстоянии, но я все же услышала этот его шумный выдох. Такой, что делают обычно, когда видят совершение вопиющей глупости.

— Да все так говорят! — чуть ускорилась я, чтобы идти рядышком с брюнетом и то и дело едва касаться его плечом. — Или это обидно?

— Не обидно, но… — Велор задумался. — Это, скажем так, неприлично.

— Прости тогда, — состроила виноватую мордашку я. — Не знала, что для таких, как ты…

— Лиза-а, — Велор вскинул глаза к потолку выразительно сморщился, а я шлепнула себя по лбу и окончательно запуталась.