Красный Рыцарь - Майлз Кэмерон

В зал вошла монахиня и вскрикнула от неожиданности. Он развернулся, отвесил поклон и, любезно улыбаясь, произнес:

— Прошу прощения, сестра. Могу я попросить немного вина?

Та молча удалилась.

Капитан подошел к книге «Житие святых». Теперь, когда он узнал ее секрет, лишь отсутствие времени удерживало его от пристального изучения фолианта. Как он раньше не догадался, что эта книга — гримуар по герметизму? Перелистывая страницы, Красный Рыцарь лишь в общих чертах улавливал смысл написанного. «Это я знаю. Это тоже. Хм. Это вижу впервые». Книга, без преувеличения, захватывала. Вот бы ознакомиться с нею не здесь, а на свежем воздухе, удобно устроившись под окном.

Он почесал подбородок. В голову пришла мысль, что все монастырские девушки подобны Амиции. Зачем орден отправляет их в такое место? Для их собственной безопасности? Или чтобы уберечь от бытовых знаний. Зачем еще…

Она стояла рядом. Он чувствовал ее присутствие, ее тепло. Ощущал золотую силу, струящуюся по нежной коже.

— Ты, — произнесла она.

Красный Рыцарь повернулся. Ему безумно захотелось взять ее за руки. Ощущение напоминало голод.

— Вижу, ты наконец пришел к Богу, — заметила послушница.

Капитан разозлился.

— Нет, — ответил он, — ничего подобного.

— Но ведь я чувствую! — возразила Амиция. — Почему ты его отрицаешь? Ты же смог почувствовать силу солнца!

— Я ведь тебе уже говорил, Амиция, — настаивал он, — я не отрицаю Бога. Я лишь не хочу принимать его.

— Неужели обязательно спорить? — взмолилась она, глядя ему в лицо. — Я смогла залечить твои раны?

— Да, смогла. — Ответ прозвучал грубее, чем он хотел бы.

— Ты весь истекал кровью, — рассердилась Амиция, — напугал до смерти, у меня не было времени на раздумья!

— Я все понял. — Он поднял руку. — От всего сердца тебе благодарен, госпожа. Почему мы каждый раз ругаемся по этому поводу? А тот порез на лице, что тебя так волнует, — я его почти не чувствую.

— Замри.

Амиция облизнула палец и с нажимом провела им вдоль раны, как мать, вытирающая лицо чумазого ребенка. Снова вспыхнула резкая боль.

— Никогда не забывай молиться перед тем, как колдовать, Амиция, — произнесла настоятельница с порога.

Капитан отпрянул от послушницы. Они стояли слишком близко друг к другу.

— Никто из нас не без греха, и нет такого человека, кто не нуждался бы в наставлении. Молитва очищает ум и дух. И порой мы можем ощутить Его руки на наших плечах, Его дыхание, заставляющее биться наши сердца.

— Но чаще выходит так, что Бог помогает лишь тем, кто помогает себе сам, — возразил Красный Рыцарь.

— А тебе бы все глумиться, капитан. Я так понимаю, ты сумел воспользоваться солнцем. Неужели внутри ничего не изменилось после этого?

Настоятельница стукнула посохом об пол, и две послушницы помогли ей сесть на трон.

— Это всего лишь сила, ничего более, — ответил появившийся в дверях Гармодий.

Женщина приветственно кивнула:

— На свете есть вещи, необъяснимые с позиции одной лишь силы, маг.

— А вам лишь бы глумиться, — парировал Гармодий. — И все же я не могу не признать, когда смотрю в глубину вашей души, миледи, я вижу что–то, что намного выше меня. Что–то есть в вас, как и в королеве. И, пожалуй, даже в этой послушнице. Не лишен этого и Шип.

— Не смей упоминать его имя здесь, — повысила голос настоятельница, ударив посохом об пол.

В зал вошел сэр Йоханнес. За ним появился сэр Томас, а затем судья Джон и швея Мэг. Сестра Мирам, полная достоинства, тихонько заняла место рядом с сэром Томасом. Тот улыбнулся ей. Отец Генри выбрал стул в дальнем правом конце стола.

Сэр Милус, мастер Рэндом и Гельфред прибыли из Замка у моста чуть позже.

— Вы сильно рисковали, собирая здесь всех, — заметил капитан.

— Они проскользнули по выкопанной тобой траншее, — мягко ответила настоятельница, — и прошли по подземным тоннелям. Под скалой много потайных залов и дверей.

— Как и в доме отца вашего?

Взгляд настоятельницы лучше всяких слов сообщил капитану, что его чувство юмора далеко не так остро, как считает он сам.

— Как и множество тайн, — добавил Гармодий. — Ну вот, все в сборе.

— Священное число в герметизме, — кивнула пожилая монахиня.

— Иисус и его апостолы, — заметил маг.

— Интересно, кто же из нас Иуда? — криво усмехнулся капитан.

Среди мужчин прокатился нервный смешок. Женщины юмор не оцепили. Настоятельница окинула присутствующих взглядом, и зал затих.

— Мы собрались здесь, чтобы провести военный совет, — возвестила она. — Капитан?

Красный Рыцарь встал и немного потянулся, все еще чувствуя неимоверный прилив сил. Непривычное ощущение.

— Лично я военный совет не созывал, чего же вы от меня хотите?

— Отчета, — отрезала она. — Каково наше положение?

Капитана просили вести себя подобающе. Амиция и Йоханнес не спускали с него глаз. Вспомнились слова Жака о хороших манерах. А Жак не из тех, кто раздает советы по пустякам.

— Скажу одно, мы не проигрываем, а в нашем случае это означает победу.

Йоханнес отвел взгляд.

— Твои люди не согласны с тобой, капитан, — возразила настоятельница.

— Это наши внутренние дела, — ответил он.

— Нет, капитан, уже не внутренние!

Она еще сильнее ударила посохом об пол. Красный Рыцарь тяжело вздохнул и окинул взглядом присутствующих, пытаясь понять, о чем думают остальные участники совета, как его когда–то учили.

Амиция сидела в напряжении. Лица настоятельницы и Гармодия были непроницаемы, но если маг нацепил маску равнодушия, то ее лицо выражало негодование. Отец Генри волновался. Мэг искренне желала ему удачи. Судья Джон был слишком утомлен и не особо вникал в происходящее. Том косил глаза, пытаясь заглянуть под платье Амиции, Йоханнес ерзал на краю стула, мастер Рэндом откинулся на спинку и сидел, скрестив руки, сосредоточив все внимание на капитане. Сэр Милус изо всех сил боролся со сном.

Красный Рыцарь кивнул.

— Хорошо, миледи. Вот как обстоят наши дела. — Он набрал полные легкие воздуха, готовясь к длинной речи. — Древняя крепость, где мы находимся, скрывает в себе мощный герметический источник, который представляет огромную ценность для любого мага. В то же время она и живущие в ней люди постоянно борются с обитателями земель Диких. События, которые длительное время накалялись и недавно достигли своего пика, как и прибытие нашей армии, — все это спровоцировало силы Диких перейти в наступление. И теперь они жаждут захватить крепость.