Ангелополис - Даниэль Труссони

– Ну-ну, я не могу вас отпустить, тем более после того, как вы начали говорить.

Неторопливым движением, как бы взвешивая на руке, она подняла пистолет, и выстрелила. Пуля пролетела мимо, однако Персиваль вскрикнул от неожиданности и гнева.

– Есть причина, по которой я привела вас сюда. И не позволю вам уйти отсюда, пока не получу ответы на свои вопросы.

– О чем?

– О Мерлине Годвине.

– Не имею представления, кто это.

– У меня есть доказательства того, что он связан с вами, – ответила Анджела. – Вам всего лишь следует ознакомить меня с деталями.

– Вы ошибаетесь, если думаете, что представляете для нас какую-то опасность. Ваша работа, наоборот, оказала нам колоссальную помощь.

– Что вы получили от Годвина? – жестко спросила Анджела. – Я хочу знать все: эксперименты, темы, предназначение. В особенности меня интересует, каким образом Мерлин Годвин получил доступ к моей работе.

Персиваль глубоко вздохнул, как бы раздумывая над тем, что ответить.

– Проект находится всего лишь на начальной стадии.

Хотя женщина сохраняла спокойствие, Верлен мог видеть, что ангел ошеломил ее, что она вообще не ожидала его капитуляции. Он проявил желание сотрудничать. Получив желаемое, она вышла из равновесия.

– Технически мы продвигаемся вперед с большой скоростью. – Сам цвет лица монстра переменился, белая кожа еще более побледнела, он принял отстраненный вид, словно вступил в давнишний спор с самим собой.

– За последние несколько месяцев Мерлин Годвин не раз пересекал «железный занавес», – проговорила Анджела. – Его поездки каким-либо образом связаны с вашим проектом?

– Не мне принадлежала идея строить в Старом Свете, однако нам, конечно, не следует забывать про Хранителей.

Оживление в голосе его угасало, и вот он уже говорил с интонацией послушного ребенка, покоряющегося требованиям сурового наставника.

– Вы разрабатываете валкин?

– Громко сказано, – проговорил Персиваль. – Количества ничтожны, условия неблагоприятны. Но нам нужен материал. Таков единственный способ.

– Способ чего?

– Достижения совершенства, – ровным голосом произнес пленник, блеснув голубыми глазами.

– Совершенство – всего лишь идея, – проговорила Анджела. – А не нечто реальное.

– Точнее сказать – чистоты. Мы возвращаем себе ту чистоту, какую утратили четыре тысячи лет назад. Мы вернем себе то, что было погублено Потопом, – чистоту нашей крови, утраченную поколениями соединения с людьми, – и воссоздадим исходную расу нефилимов.

– То есть хотите воссоздать рай? – удивилась дама.

Персиваль улыбнулся и качнул головой.

– Эдем с его садом был создан для людей. Ангелополис же предназначен для ангелов, чистых созданий, подобных которым не видели на земле со дней Творения.

– Но это невозможно, – возразила Анджела. – Нефилимы никогда не были чистыми. Вы рождены от ангелов и женщин. Вы – полукровки от самого рождения.

Существо ответило:

– Посмотри на меня внимательно – на прозрачную кожу, на крылья – и поверь мне. Наш род принадлежит к числу исключительно чистокровных нефилимов. Если есть я, значит, и остальные, подобные мне, существуют. Но наше будущее все более туманно.

Поднявшись с места, Анджела принялась расхаживать по комнате, время от времени касаясь ангела своей тенью.

– Вы строите альтернативный мир, предназначенный только для нефилимов.

– Точнее будет сказать, что пока мы всего лишь делаем первые шаги в этом направлении. Располагая валкином, мы вырастим новый мир, идущий на смену тому, который вы называете человеческой цивилизацией.

Пока Анджела Валко обдумывала эти слова, Верлен попытался представить себе вполне очевидные вопросы, возникавшие в ее мозгу. Зачем нефилимам делать это именно сейчас– после тысячелетий сосуществования с людьми? Какими мотивами они руководствуются? Каким образом ангелы собираются устроить столь радикальные перемены? И как поступят с людьми?

– Это не первая попытка, – произнес пленник, как бы прочитав мысли женщины. – Мы много лет искали способ добиться своего. Двадцатый век добавил много недостающих частей к этой головоломке: война позволила опробовать свои формулы на людях; наука разрешила заглянуть в механизмы творения; техника предоставила возможность собрать и проанализировать данные… – Персиваль сложил руки на коленях. – И мы обнаружили союзника.

– Доктора Мерлина Годвина, – заметила Анджела, – ангелолога, согласившегося шпионить и красть в ваших интересах.

– Мы нашли человека, понимающего дилемму нашей расы, – возразил монстр.

– Деградацию, – заметила Анджела. – Рождаемость среди нефилимов упала, иммунитет к заболеваниям людей ослабел, уменьшился размах крыльев, как и ожидаемая продолжительность жизни. Явление это известно мне во всех подробностях. Возможными его причинами я занималась последние несколько лет.

Персиваль заметил:

– Ваша теория генетики ангелов оказала нам чрезвычайную помощь. Более того, доктор Валко, именно ваши работы позволили нам приступить к обновлению нашей расы.

– Моя работа не имеет никакого отношения к генной инженерии.

Собеседник вновь улыбнулся, продемонстрировав ту же пугающую гримасу, подмеченную ранее Верленом, свидетельствующую о том, что он уже не чувствует себя, как пленник на допросе, а начинает контролировать ситуацию.

– Я отлично ознакомлен с вашими теориями, доктор Валко. Вы посвятили свою карьеру расшифровке ДНК нефилимов. Вы размышляли о роли валкина в возникновении ангельских протеинов. Исследовали тайны гибридов между людьми и ангелами. Более того, сумели найти и поймать меня, а это уже немало. Ваша работа открыла коды, секреты, в ней есть ответы на любые ваши вопросы. И тем не менее вы не сделали должных выводов.

Раздражение Анджелы выдавало только легкое движение губ.

– Возможно, наши открытия еще удивят вас, – проговорила женщина.

Легчайшая тень неуверенности пробежала по ее лицу. Она поднялась, подошла к шкафу и достала продолговатый предмет.

– Полагаю, эта вещь вам знакома…

Охотник мгновенно узнал покрытое драгоценными камнями и цветной эмалью яйцо. Будучи похожим на то, какое находилось в его кармане, оно полностью отличалось рисунком и снаружи было усыпано сверкающими голубыми сапфирами.

– А это еще одно из пропавших яиц, – опытным взглядом определила Вера.

Следуя взглядом за движениями Анджелы, Верлен почувствовал странное оцепенение, как бывало всегда, когда он брал след, способный вести его вперед.

Дама села, поворачивая пальцами яйцо, рассыпавшее сапфировые искры. К великому удивлению ангелолога, даже Персиваль завороженно наблюдал за ее движениями.