Воскресшие - Леонида Данилова

Айзел враждебно посмотрел на старуху.

— Оттащите его в сторону, — властно распорядилась она. Следом зашли еще двое парней и сопротивляющегося Лендера кое-как оттащили к дровам.

Подальше от детектива.

— Пустите, мрази!

Настоятельница тем временем опустилась рядом с Еваном и от нее, словно младенец от груди матери, отлепился Паразит, перелез к Евану и впился в его душу.

Мерзость…

— Ты! Старая дрянь! Не трогай его! — взревел Айз. — Дай мне только освободиться, я лично тебя в Помеху затолкаю, а твоего дохляка Роджара скормлю Паразитам!

Аэлия перевела на него до отвращения спокойный взгляд и выпрямилась. Глэй продолжила вместо нее наблюдать за тем, как Паразит пожирает остатки энергии сыщика.

— Столько агрессии и желания поквитаться со мной. Мальчик, ты воплощение всего того, что я ненавижу. Такой жестокий, — осуждающе проворчала она.

Он поперхнулся воздухом от возмущения.

— А вы не жестокие?! Вырубили меня и заперли здесь! Какой реакции ты от меня ждала? Что отмалчиваться буду или поблагодарю? Для чего вы вообще это делаете? Что у вас за дела с Сущностями? Это культ какой-то или что? Вы на кой им поклоняетесь?

— Мы не поклоняемся. Мы помогаем. Даем им возможности и силы очистить наш дивный мир от грязных душ.

Айз запрокинул голову, грубо и нервно расхохотавшись.

— Думаете, они будут разбираться, где душа грязная, а где постирана порошком раскаяния?! Ха-ха… — Он зло посмотрел в глаза настоятельницы, потихоньку зверея. — Остановитесь, если не хотите гибели всего человечества.

— Гибель — наше справедливое наказание, — убежденно вещала старуха. Ни тени сомнения во взгляде и голосе. — Нас нужно истребить.

Каждое ее слово поражало и шокировало Лендера. Казалось бы, после общения с Аспидом и тура в ад его уже ничему в этой жизни не удивить, но чокнутой бабке это удалось.

— Пацаны, вы вдумайтесь, что она несет! Очнитесь, идиоты! — Видящий раздраженно дернул связанными руками и поглядел на помощников настоятельницы — парни отошли к выходу и стояли, скромно опустив головы. — Вы всех угробите!

Людей нужно спасать, а не уничтожать! Сущности и Паразиты просто иномирная угроза, а не какая-нибудь кара свыше или отбеливатель для нашей планеты!

— Это ты не понимаешь! — яро возразила Аэлия. В равнодушных глазах вспыхнули отчаянные огоньки, на бледном лице появился слабый румянец. — Тьма должна поглотить нас. Должна! Но тебе этого не понять. Не понять мои чувства. Двадцать лет назад, когда мне подкинули очередного ребенка — маленького, избитого и беззащитного, — я больше не смогла этого вынести, — осипшим голосом произнесла она. — Этих чудовищ, что уничтожают планету, причиняют другим боль и убивают.

Постоянно убивают! Друг друга убивают и место, где живут. А она живая! Наша земля — живая! Столько бессмысленных жертв приносят люди и ради чего? Столько незаслуженных смертей — ради чего?! — истошно выкрикнула настоятельница. — Ответь мне! Не можешь?! А Он смог. Я хотела уйти из жизни, но в момент глубокой обреченности Он явился ко мне и поведал истину, — перешла старуха на умиротворенный и нежный тон, вспоминая о чем-то. — Мы даже повстречались в нашем чистом и прекрасном лесу.

— Кто явился? — не понимал Лендер, потеряв логику в ее рассуждениях.

— Древний. Высшее существо, узревшее сотворение мира, — с гордостью и придыханием ответила настоятельница. Во взгляде ее светилось неподдельное восхищение. — Он протянул мне свою безобразную руку через брешь в пространстве, которую вы грубо называете Помехой, и я приняла ее. — Аэлия посмотрела на свою ладонь и едва заметно улыбнулась. — Подумала тогда, раз сама не могу решиться, пусть меня заберет тьма. Но Он не забрал. Он показал мне другие миры и других созданий. Внешне они отличались от нас, но внутри были такими же гнилыми и безжалостными, так же уничтожали собственный дом и убивали друг друга, — настоятельница перевела на него снисходительный взгляд. — На самом деле, Паразиты — это мы, мальчик. Наше существование — величайшая ошибка. Поэтому Сущности очищают миры от нас. Поэтому Он открыл мне истину и попросил о помощи.

Лендер напрягся, судорожно переваривая ее речи. Сколько же людей с нестабильной психикой этот Высший лохотронщик развел? Чистильщикам по всему белому свету их разыскивать придется?..

— И ты наивно поверила ему? — ядовито уточнил Айз. — Не считаешь, что он просто обманул отчаявшуюся и чересчур впечатлительную женщину?

— Ты не видел того, что видела я, — убежденно ответила она, смотря на него со снисхождением.

— Значит, ты согласилась? М-да, дурацкий вопрос, учитывая обстоятельства.

— Я решила помочь им, зная, что люди будут сражаться с ними до последнего и мешать. Из-за этого глупого и неуемного желания сохранить свои жалкие жизни.

— Не забывай, бабуля, ты тоже человек, — холодно усмехнулся Айзел. — Мне любопытно, почему это древнее трепло выбрало тебя?

И много ли таких как ты?

— Он знал, что я пойму его. Он избрал меня, возложив на мои плечи тяжелую миссию. Он верил, что я и только я справлюсь с этой ношей.

Древний интриган сыграл на ее тщеславии. Теперь она считает себя избранной…

Зашибительно!

Айз хотел вновь разразиться руганью, но резко остановился, удержав гнев в узде. Хватит на сегодня вспыльчивости. Достаточно уже дел наворотил! Нужно постараться хоть что-нибудь исправить.

Интересно, что бы сказала старухе ангелочек? Какие бы слова подобрала? Потому что у него на языке вертится только мат…

Он шумно втянул носом воздух, мысленно осаждая себя. Голова слегка кружилась и жутко болела, но сил для болтовни ему хватало.

— Слушайте, Аэлия, я понимаю ваши чувства. Я рос среди тех, кто убивал. Я жил с жестокими и отвратительными людьми. Во многих из моего окружения не было ни крупицы хорошего. В их числе и мои родители. Если совсем начистоту, я и сам однажды убил. — Она отшатнулась, с неподдельным ужасом округлив глаза. — Он был тем еще… безжалостным уродом. Поверьте, миру без него стало только лучше, но я все равно не горжусь этим поступком. Даже побывал за свое преступление в аду.

Глаза настоятельницы загорелись надеждой и воодушевлением.

— Тогда ты должен меня понять!

— Не понимаю! — громко и с нажимом бросил ей в лицо Лендер. — Совсем не понимаю! Есть ведь в этом мире и хорошие люди. Вы и сами знаете! А как же дети, которых вы растили? Вы и им желаете гибели?

Энтузиазм Аэлии погас. Она за мгновение превратилась в равнодушную и хладнокровную старуху.

— По-другому искоренить плесень невозможно. Пойми, не будет людей — не будет зла и отравляющей жестокости. Природа очистится, истинная жизнь начнет процветать. Люди снова все испортят своим существованием. Мы не достойны даже дышать этим воздухом.