Книга Жизни - Дебора Харкнесс

Все присутствующие вампиры с непонятным ужасом смотрели на мою руку. Я вертела ею в разные стороны, но не видела ничего, кроме обычных радужных красок на запястье и тонких струек букв. Первым обрел дар речи Галлоглас.

– Ты не можешь отправить тетушку туда, – сказал он, пихая Болдуина в плечо. – О чем ты думал?

– О том, что она член семьи де Клермон. Я принесу больше пользы, вместе с Изабо и Вереной разыскивая Мэтью, чем сидя в зале заседаний и споря об условиях завета. – Болдуин устремил на меня сверкающие глаза и пожал плечами. – Возможно, Диана сумеет их переубедить.

– Постой… – Теперь уже я пришла в изумление. – Ты не можешь…

– Ты хочешь участвовать в заседании Конгрегации и сидеть на месте, традиционно занимаемом де Клермонами? Я бы этого хотел, сестра, – кривя губы, признался Болдуин.

– Но я же не вампирша!

– Никто и не говорит, что ты должна быть ею. Отец согласился на принятие завета с одним условием: в состав членов Конгрегации всегда будет входить кто-нибудь из де Клермонов. Без нас совет не может собраться. Я внимательно перечитал текст первоначального соглашения. Там нигде не оговаривается, что представитель семьи де Клермон обязательно должен быть вампиром. – Болдуин покачал головой. – Если бы я не знал, когда принимался завет, то наверняка подумал бы, что Филипп предвидел этот день и заранее подготовился.

– И каких действий ты ждешь от тетушки? – спросил Галлоглас. – Быть прядильщицей еще не значит быть волшебницей.

– От Дианы требуется напомнить Конгрегации, что они не впервые получают жалобы на некоего вампира из Хелма, – сказал Болдуин.

– Выходит, Конгрегация знала о Бенжамене и ничего не делала?

Как такое может быть?

– Они не знали, кто тот вампир, но хорошо знали о неблаговидных делах, творящихся в Хелме, – пояснил Болдуин. – Даже ведьмы не потребовали провести расследование. Возможно, Нокс не единственный из их породы, кто сотрудничал с Бенжаменом.

– В таком случае без поддержки Конгрегации нам нельзя соваться в Хелм, – заявил Хэмиш.

– А если жертвами Бенжамена были ведьмы, вампирам понадобится не только поддержка Конгрегации, но и благоволение Хелмского шабаша, – добавил Болдуин.

– Это значит, мы должны убедить Сату Ярвинен действовать заодно с нами. Не говоря уже про Герберта и Доменико, – заметила Сара.

– Болдуин, это невозможно, – подхватила Изабо. – Де Клермоны веками враждовали с ведьмами. Такое не забывается. Они ни за что не согласятся помочь нам спасти Мэтью.

– «Невозможно» – это не по-французски, – напомнила я свекрови. – С Сату я как-нибудь управлюсь. Когда я присоединюсь к поискам, у меня будет полная поддержка ведьм и демонов, входящих в Конгрегацию. Давать обещаний относительно Герберта и Доменико не буду.

– Ты замахиваешься на трудное дело, – предупредил меня Галлоглас.

– Я хочу вернуть мужа. Что теперь? – спросила я Болдуина.

– Мы прямиком отправимся в венецианский дом Мэтью. Конгрегация требовала вашего появления. Если они увидят нас, то решат, что я выполнил их поручение.

– Диане там будет грозить какая-либо опасность? – спросил Маркус.

– Конгрегация хочет провести официальные слушания. За нами будут наблюдать, и весьма пристально, но никто не начнет войну. Во всяком случае, пока длится заседание. Я провожу Диану на Изола-делла-Стелла. Там находится Челестина – штаб-квартира Конгрегации. Диана имеет право взять с собой двух сопровождающих. Галлоглас? Фернандо? – спросил Болдуин.

– С удвольствием, – ответил Фернандо. – Последний раз я был на собрании Конгрегации еще при жизни Хью.

– Разумеется, я поеду в Венецию, – прорычал Галлоглас. – Если ты думал, что тетушка поедет без меня, тогда ты просто осел.

– Успокойся, я так не думал. Встреча не может начаться без Дианы. Дверь зала совещаний не откроется без ключа де Клермона, – пояснил Болдуин.

– Теперь понятно, почему ключ заколдован, – сказала я.

– Заколдован? – удивился Болдуин.

– Да. При изготовлении ключа в него было вложено охранительное заклинание.

Я умолчала об искусности ведьм, которые это делали. За века грамарий заклинания ничуть не ослаб.

– Конгрегация перебралась на Изола-делла-Стелла в тысяча четыреста пятьдесят четвертом году. Тогда же были сделаны ключи. Потом они только передавались.

– Теперь понятно. Заклинание оберегало ключи от попыток сделать копию. Если бы кто-то попытался, ключ разрушился бы у него на глазах. Умный ход, – сказала я, вертя ключ на ладони.

– Диана, ты уверена в своей готовности участвовать в заседании? – Болдуин снова буравил меня взглядом. – Нет ничего постыдного, если ты признаешься, что не готова вновь оказаться лицом к лицу с Гербертом и Сату. Мы можем составить какой-нибудь другой план.

– Уверена, – ответила я, не дрогнув под взглядом Болдуина.

– Отлично! – Болдуин взял со стола лист бумаги; внизу стояла размашистая подпись Болдуина, а еще ниже чернела восковая печать с оттиском уробороса де Клермонов. – Это отдашь секретарю, когда будешь в резиденции.

Лист являл собой официальное признание клана Бишоп-Клермонов.

– Еще до того, как Бенжамен подсунул Мэтью эту несчастную малышку, я знал: он готов возглавить свой клан, – сказал Болдуин, отвечая на мой молчаливый вопрос.

– С каких пор? – только и смогла вымолвить я.

– С того самого момента, когда мы сцепились в церкви и он позволил тебе вмешаться, не поддавшись позывам бешенства крови, – ответил Болдуин. – Диана, я найду его. И привезу домой.

– Спасибо… – Помешкав, я добавила слово, которое было у меня не только на языке, но и в сердце. – Брат.