Книга Жизни - Дебора Харкнесс

Пока летели домой, Галлоглас предупредил Маркуса, сказав, что со мной в Бодлианской библиотеке произошло нечто неожиданное.

– Вы найдете Диану… изменившейся, – тоном опытного дипломата сообщил Галлоглас.

Изменившейся. Это слово наиболее точно описывало существо, состоявшее из узлов, нитей, цепей, крыльев, печатей, оружия, а теперь еще и из слов и дерева. Я не знала, какая сила видоизменила меня, однако во мне лишь с трудом можно было узнать прежнюю Диану.

Предупреждение не спасло Маркуса от шока. Стоило мне вылезти из машины в Сет-Туре, как он изменился в лице. Фиби восприняла мою метаморфозу более стоически, что я отнесла за счет ее характера.

– Никаких вопросов, – сказал Маркусу Хэмиш, беря меня под локоть.

Еще в самолете он видел, что́ вопросы делают со мной. Никакое маскировочное заклинание не смогло скрыть молочную белизну глаз, а также буквы и символы. Даже намек на вопрос сразу же отзывался потоком букв на руках и тыльных сторонах ладоней.

Я мысленно поблагодарила судьбу, что наши дети еще слишком малы и не запомнили меня иной. Для них мать в виде живого палимпсеста будет вполне нормальным явлением.

– Никаких вопросов, – быстро согласился Маркус.

– Дети сейчас в кабинете Мэтью, под присмотром Марты. В последний час они вели себя очень беспокойно, как будто знали, что ты возвращаешься, – сказала Фиби, вместе со мной идя в дом.

– Сначала повидаю детей.

Я не поднялась, а взлетела по лестнице. Я не видела смысла скрывать появившуюся способность.

Встреча с детьми растравила мне душу. С одной стороны, они помогали мне почувствовать себя ближе к Мэтью. Но когда он был в опасности, я смотрела на детей, а видела его черты. Глаза у Филиппа были совершенно отцовские. И такой же упрямый подбородок, хотя еще совсем младенческий. Волосы Бекки цвета воронова крыла – другое напоминание о Мэтью. Глаза дочери утратили обычную младенческую голубизну, став серо-зелеными. Бледная кожа совсем как у отца. Я взяла обоих, прижала к себе и стала шепотом рассказывать, какие чудеса устроит им отец, когда вернется домой.

Пробыв с детьми столько, сколько позволяли нервы, я вернулась вниз, медленно переставляя ноги по ступенькам. Спустившись, я сказала, что хочу видеть трансляцию из логова Бенжамена.

– Изабо сейчас смотрит в семейной библиотеке, – сказала Мириам.

От ее встревоженного лица моя кровь стала еще холоднее. Первым кровь мне охладил Галлоглас, материализовавшись во дворе Бодлианской библиотеки.

Я внутренне подготовилась к ожидавшим меня ужасам, но стоило мне войти в библиотеку, как Изабо шумно захлопнула крышку ноутбука.

– Мириам, кажется, я просила не приводить сюда Диану.

– Диана имеет право знать, – возразила Мириам.

– Бабуля, Мириам права. – Галлоглас быстро поцеловал Изабо в щеку. – И потом, тетушка будет подчиняться твоим приказам не больше, чем ты повиновалась Болдуину, когда он не допускал тебя к Филиппу, требуя подождать, пока тот оправится от ран.

Галлоглас забрал у Изабо ноутбук и поднял крышку.

Взглянув на экран, я сдавленно вскрикнула от ужаса. Если бы не серо-зеленые глаза Мэтью и не его черные волосы, я бы не узнала собственного мужа.

– Здравствуй, Диана.

В библиотеку вошел Болдуин. Моя изменившаяся внешность не вызвала у него ни малейшего удивления. Он умел владеть лицом. Но Болдуин был солдатом и знал: делать вид, будто ничего не случилось, ни к чему не приведет. Протянув руку, он с удивительной нежностью дотронулся до моего лба:

– Больно?

– Нет.

Когда мое тело поглотило Книгу Жизни, та же участь постигла и дерево. Ствол оказался у меня на затылке, спускаясь вдоль позвоночника. Корни дерева разметались по плечам. Ветви проникли под волосы, покрыв череп. Кончики листьев торчали из волос, выглядывали из-за ушей и обрамляли лицо. Подобно дереву на шкатулке для заклинаний, ветви и корни странным образом переплетались на шее. Их узор напоминал кельтские узлы.

– Почему ты здесь? – спросила я.

После крещения Болдуин уехал и с тех пор не напоминал о себе.

– Болдуин первым увидел послание Бенжамена, – пояснил Галлоглас. – Он немедленно связался со мной, а потом с Маркусом.

– Натаниэль меня опередил. Он проследил, откуда в последний раз Мэтью звонил по мобильнику. Это был звонок тебе. Так вот, Мэтью в тот момент находился на территории Польши, – сказал Болдуин.