Алекс Верус. Бегство - Бенедикт Джэка

Окрестности казались чисто вымытыми. Соседние дома отбрасывали длинные тени, а старая кирпичная кладка зданий выглядела как новенькая.

Это был Лондон – мой дом. Древний, плотно застроенный и никогда не умолкающий.

Достав из кармана телефон, я позвонил Талисиду. На тот случай, если вы гадаете, почему я выбрался на крышу, отвечу: я не хотел, чтобы мой разговор стал достоянием общественности.

Что ж, совершенно разумный поступок. Перестаньте косо смотреть на меня.

Талисид ответил именно тогда, когда я и ожидал.

– Доброе утро, Верус.

– Как все прошло в пятницу?

– Чистая рутина. С точки зрения Совета вопрос закрыт.

– Вы выяснили, кто убил баргхеста?

– В этом нет необходимости. Теперь, когда он мертв, нет смысла тратить время на расследование.

– Куда поместили труп?

– Он уничтожен.

– Ясно.

– Вы хотели его изучить?

– Я надеялся, что этим займутся.

Если говорить откровенно, такая развязка не стала для меня неожиданностью, однако я был несколько разочарованным.

– Если хотите, могу предоставить вам протокол о вскрытии.

– Протокол?..

Талисид усмехнулся:

– Значит, что у вас все-таки не абсолютный иммунитет к сюрпризам, Верус!

– Но ведь вы говорили, что в этом не было необходимости?

– Не было, – подтвердил маг. – Тем не менее я отправил тело на экспертизу.

– Почему?

– Сгораете от любопытства, Верус?.

– А вы, значит, решили удовлетворить мое любопытство?

– Нет, я рассудил, что мне тоже стоит обратить внимание на некоторые важные мелочи. Считайте это комплиментом.

– Ладно, Сунь-Цзы^[1], – фыркнул я. – И что вы обнаружили?

Тасисид зашелестел бумагами.

– В физическом плане баргхест не имел никаких повреждений за исключением малозначительных ссадин и порезов. С точки зрения обычного анализа, оборотень был абсолютно здоров.

– Если не считать того, что он уже мертв?

– Если не считать того, что он уже мертв, – повторил Тасилид. – Да, в цеху были следы от огнестрельного оружия, но они, похоже, тут ни при чем. Магическое сканирование также дало отрицательный результат. Магия жизни или смерти, как правило, оставляет четко различимые свидетельства в клеточной структуре, что относится и к магии разума, и к чарам, воздействующим на головной мозг. В общем, мы не обнаружили никаких признаков того, что смерть оборотня наступила вследствие колдовства.

Я нахмурился:

– То есть баргхеста убили голыми руками – безо всяких заклятий?

– Не совсем. Хотя никаких следов заклинания мы не заметили, остаток ауры баргхеста почти не прощупывался. А ведь такие остаточные явления можно зафиксировать как раз после смерти. Но нашему оборотню не повезло. Что-то напрямую высосало из него жизненную энергию. Наш эксперт считает, что именно это явилось причиной смерти, и я с ним согласен. Баргхест – магическое существо. Отнимите у него магию – и вы избавитесь от баргхеста.

Я задумался:

– Весьма необычный способ убийства, верно?

– Вы правы. Вы заинтригованы, Верус?

– Пожалуй… Кстати, могу оказать вам дружескую услугу. Если я, в свою очередь, докопаюсь до чего-нибудь интересного, связанного с оборотнем, дам вам знать.

– Буду вам очень признателен. Есть еще вопросы?

– Да. Вы знаете женщину по имени Меридит?

– Меридит… Темноволосая, невысокого роста, лет тридцати с хвостиком? Красотка!.. Может спровоцировать автомобильную аварию, просто гуляя по улице?

– Точно.

– Неприсоединившийся маг. На протяжении нескольких лет общалась с разными типами из Совета, но всегда оставалась независимой. Вероятно, в лагере черных у нее сохранились кое-какие связи, хотя доказательств этому нет. Раньше баловалась политикой и регулярно появлялась в свете, но в прошлом году впуталась в историю с Дагоном и здорово обожглась. С тех пор я не встречал ее на балах и вечеринках.

Я принялся медленно расхаживать по крыше.

– Какой она владеет магией?

– Меридит – обольстительница. Чары не особо сильные, но дело свое она знает прекрасно. Без труда крутит мужчинами, как пожелает.

Я застыл как вкопанный.

– Верус? Куда вы пропали?

Я ничего не ответил.

– Я здесь, – произнес я наконец.

– Какие-либо проблемы?

– Нет, – заявил я. – Я в полном порядке. Значит, у нее есть влиятельные покровители и друзья?

– Ни наставника, ни учеников. Она якшалась с самыми разными магами, однако отношения быстро прерывались. Как правило, речь шла об активных политиках Совета, конечно же, мужчинах. Можете сами догадаться, что говорят по данному поводу всякие сплетники, хотя в действительности Меридит – темная лошадка.

Я медленно кивнул.

– Спасибо за помощь, – тихо произнес я.

– Не за что, Верус. Я так понимаю, вы спрашивали не из академического интереса.

– Угу.

– Считайте, что я вас предупредил, – развеселился Талисид. – Жду продолжения истории из первых уст.

– Если я буду в состоянии говорить, – пробурчал я. – Хотя я буду держать вас в курсе насчет баргхеста.

– Отлично, Верус. Созвонимся, – сказал Талисид и отключился.

Я уставился на экран телефона. Порыв ветра взъерошил мне волосы, и мои руки покрылись гусиной кожей.

Мне стало не по себе.

Обольстительницы пользуются магией чар или чувств. Мужчин, владеющих чарами, крайне мало, поэтому эта ветвь считается чисто женским умением. Обольстительницы не могут влиять на мысли и взгляды так, как способен сделать маг разума, зато они мастерски подчиняют себе чувства и эмоции окружающих.

Они находятся в самом низу магической шкалы, но у них есть несомненное преимущество перед другими: обнаружить их чары в высшей степени сложно. Практически невозможно определить, когда обольстительница использует магию, а когда проявляет к тебе простое дружелюбие. Разница между обыкновенным кокетством и магическим даром, конечно же, есть, но она весьма расплывчата и неуловима.

Для обольстительниц их магия столь же естественна, как дружеский треп. Они с легкостью творят чары и порой даже не замечают, что в ловушку угодила очередная жертва их колдовства.