Дикие. Книга 2. Лунный отряд - Александр Лондон

– Это означает нечто, что я удерживаю при себе до завершения сделки, нечто ценное для тебя, что я оставлю себе, если сделка провалится. Коллатеральное обеспечение – это гарантия для меня, что ты выполнишь свою часть.

– Но у тебя уже все наши зерна и орехи, – возразил Кит.

– Мне нужно нечто более для тебя ценное, – сказал Койот. – Нечто поистине незаменимое. – Он кивнул выдрам и рявкнул: – Взять черепаху! – Один из выдр схватил Старого Босса Черепаху. Койот с улыбкой взглянул на дядю Рика. – И этого мохнатого тоже.

Еще один выдр вскинул дубинку и вырубил старого енота одним ударом по макушке. Двое других сунули старика в мешок.

– Эй! – Кит с криком бросился вперед, но Койот оттолкнул его.

– Если ты хочешь когда-нибудь снова увидеть своего дядю, Кит, то принесешь мне эти банки через два рассвета от сего момента.

– Дядя Рик! – закричал Кит, но мешок не шевельнулся.

Кита замутило. Дурак он был, что пасть разинул. Он-то думал, что, выступая против вороватого Койота, рискует только собой, а теперь и дядю опасности подверг. Он хотел быть героем, но не подумал о невинных обывателях.

– Откуда ты узнал, что он мой дядя?

– Ох, Кит, твоя слава докатилась даже до Воющих Земель… Герой Вывихнутого переулка, – ответил Койот. – Я проделал весь этот путь, чтобы посмотреть, чего ты стоишь. Я не случайно выбрал для грабежа Вывихнутый переулок. Мне хотелось познакомиться с тобой, великим героем Диких, маленьким енотом-сиротой, одолевшим Безблохих. – Койот рассмеялся. – А теперь смотрю я на тебя, и меня на ха-ха пробивает. Тоже мне, герой-плакса! Ха!

Кит был ошеломлен и рассержен. Он вытер слезу кончиком хвоста и зарычал на Койота.

– Вот это уже больше похоже, – сказал тот. – Прояви характер! Посмотрим теперь, как ты снова спасешь свой переулок. А на случай, ежели ты подумываешь вызволить своего дядю до того, как я получу свои банки с кормом, имей в виду, что у меня имеются остроглазые и еще более остроклювые друзья, которые будут за тобой присматривать.

Койот коротко и пронзительно тявкнул, и над переулком проухали три тени. Три ушастые совы, все в камуфляжных охотничьих плащах и мягких камуфляжных шляпах, приземлились и взяли толпу в треугольник, нависая над звериной мелкотой и сверкая желтыми глазами.

Сестры-Наемницы из Цементного ряда присоединились к банде Койота.

– Приятно было грабить вас всех, – изысканно поклонился Койот. – Увидимся через два рассвета.

Его подручные взвалили мешок с дядей на тачку, груженную всем зерном и орехами, мусором и сокровищами, хранившимися прежде в Рептильем трастовом банке. Койот рявкнул на Шина и Флинна, чтоб толкали тачку. Братья-еноты теперь были в его банде.

– Предатели! – крикнула им Эйни, но Кит поднял лапу, останавливая ее.

Он пристально смотрел на близнецов.

– Мы всегда знали, что они проходимцы, – сказал он. – Все здесь знают, что им доверять нельзя.

– Эт верно, – отозвался Шин. – Жук жужжит, а голубь гулит.

– А енот до смерти жулит, – закончил за братца Флинн.

Кит сердито уставился на него, Флинн ответил ему таким же взглядом, но братья Чернохвосты ушли вместе с бандой выдр и всей едой, какая имелась в переулке.

– Погодите! – Сет Свистун вразвалочку подошел к Эйни. – Вертай мои очки, – проворчал он, щурясь в пустой воздух рядом с ней.

– С чего бы это? – скрестила лапки на груди Эйни.

– С того, что я вышибу тебе мозги через хвост, если не отдашь! – прорычал выдр.

Кит метнулся на защиту подруги, но она уже протягивала бандиту очки.

– С такой логикой не поспоришь, – вздохнула крыска.

– И твои зерна, – проворчал тот.

Эйни вытащила свой кошель с зернами и уронила ему в ладонь.

– Смотри, на что их тратишь.

Сет напялил очки и сунул ее кошель в мешок рядом с Китовым. Фыркнул, присоединился к своим и растаял в рассветных сумерках.

Переулок замер в молчаливом потрясении. У них отняли все, что у них было, а грозные Бешеные Шельмы абсолютно не сумели их защитить. Теперь все надежды возлагались на пушистую голову Кита.

Должно быть, так себя чувствовали члены Лунного Отряда в стародавние времена – все бремя дикого мира лежало на их плечах.

Но если они смогли, то и он сможет! Кит не подведет свой переулок. Не подведет дядю. Он спасет их всех.

– Почему ты защищаешь этих Чернохвостов? – недоумевала Эйни. – Они же тебя ненавидят.

– Они наши соседи, – ответил Кит. – В конце концов они сдержат слово.

– Они никогда раньше слова не держали.

– Тогда, полагаю, еще не конец.

Эйни покачала головой:

– Ты же не отдал тому выдру свой настоящий кошель с зернами?

– Не-а. А ты?

– Не-а. Я отдала ему свой «хвать-сюрприз».

Оба они носили с собой запасной кошелек-обманку, известный среди карманников как «хвать-сюрприз». В него клали лишь тонкий слой зерен, прикрывающий хрупкие осиные гнезда. Когда выдры откроют кошельки и своими большими лапами подавят гнезда, их ждет весьма неприятный сюрприз.

Если живешь в Вывихнутом переулке и при этом недостаточно велик и зол, чтобы драться, приходится иметь в запасе фокус-другой, дабы к тебе не совались.

– Эти выдры тупые, как мотыльки у костра, – сказала Эйни.

Солнце уже затуманило ночное небо первым розовым дыханием утра.

– Итак, Койота ты околпачил. Что теперь?

Все обитатели переулка смотрели на него – от жабы до крота, от воробья до мыши.

– Теперь? – Кит набрал побольше воздуха. – Время для Захвата.

– И как ты собираешься это проделать? – потребовал ответа Сизый Нед.

– На самом деле у нас в переулке не то чтобы валяются бессчетные банки с кормом Безблохих, – вежливо, но как можно суровее произнес церковный мыш Мартин.

– Я собираюсь поступить именно так, как сказал, – ответил им всем Кит. – Я намерен залезть в людские дома. Я намерен ограбить Безблохих, вернуть дядю и спасти наш переулок. – Он выпрямился и почувствовал себя как герой, каким ему полагалось быть. – И я заставлю этого койота пожалеть, что он вообще здесь появился.