Колыбельная - Елена Ахметова

— В общем, мне без разницы, как, но отвлекись ты уже от работы, — поняв, что ее неверие не осталось незамеченным, раздосадовано потребовала Беляна. — Все равно вы топчетесь на месте, почему бы не расслабиться, а потом взглянуть на проблему свежим взглядом?

Что хуже всего, она была права — в своем бестактно-безжалостном стиле, но права. Десятичасовой рабочий день — отнюдь не залог успеха, как и семидневная рабочая неделя. После определенного момента, на грани выносливости человеческой психики, они дружно становятся синонимами скорого провала.

Но представить в своей жизни любовника…

Я поймала себя на том, что уныло посматриваю на свое искаженное отражение в крышке кастрюли, и вдумчиво показала ему язык.

Краше оно не стало.

Наутро его украсили вместительные мешки под глазами: Беляна как в воду глядела, когда говорила, что ночью я буду вариться в собственном соку вместо того, чтобы спать. Задремать я сумела, только когда Тайка сочла необходимым нахально запрыгнуть на кровать и устроиться в ногах, старательно делая невинную морду и нацелив на меня острое рыжее ухо — а ну как хозяйка все-таки вспомнит про запрет и сгонит?

Хозяйка в очередной раз проявила дюжую безалаберность в вопросах дрессировки и оставила собаку спать на кровати. Поэтому мешки под глазами удачно дополнялись рыжей шерстью, налипшей на домашнюю футболку. На фоне Беляны, выспавшейся и свежей, как майский ландыш, я смотрелась особенно колоритно.

Разумеется, по закону подлости в такое чудесное утро Лют не мог не прийти пораньше.

Тайку его появление привычно привело в восторг, и она немедленно затребовала внимания и ласки, едва не сшибив его с высоты купола в сугроб. Лют, что характерно, даже не стал пытаться поймать животину и устоять на ногах, а сразу отскочил вбок — и возжаждавшая особистского тела собака в пресловутый сугроб воткнулась в гордом одиночестве. Снег Тайку обрадовал не меньше (в нем можно было с шумом рыться), но я все равно зазвала ее обратно в купол — поутру красный столбик в термометре обнаружился ниже собственно шкалы, начинающейся с красочной отметки в минус пятьдесят. Что-то подсказывало, что в такую холодрыгу золотое правило в духе «никто не подозревает человека с собакой» даст сбой, даже если собака будет стильной.

Беляна, выглянувшая в купол следом за мной, вся съежилась и покрылась гусиной кожей. Закутанный до шарообразного состояния Лют поглядывал на нее с сочувственным пониманием и дверцу купола закрыл сразу же, как только Тайка смирилась с неизбежным и поднялась наверх.

— Можно, я у тебя останусь? — жалобно простонала Беляна, поспешно ныряя обратно в дом. — Вы же все равно скоро уйдете, третьей лишней я не буду…

— Оставайся, — легко согласилась я: после вечерней вспышки выгонять людей на мороз (тем более такой!) меня уже что-то не тянуло.

Найден здесь бы непременно вставил что-нибудь про то, что еще одна девушка никогда не бывает лишней. Лют, к моей радости, шутить на подобные темы не собирался, да и вообще держался несколько настороженно — будто ждал, что я снова сорвусь. Заговорить со мной он рискнул, только когда Беляна, обрадованная разрешением переждать утренний морозец, привычно выкрутила до упора регулятор температуры на водонагревателе и прочно оккупировала ванную комнату.

— Все еще сердишься?

— Нет, — призналась я, чувствуя себя так, будто одним вопросом из меня вышибли весь воздух. — Наоборот, хотела извиниться. Вчера я…

— Забыла, что мне есть восемнадцать, — подсказал Лют, видя, что я не могу подыскать слова. — И что я могу исполнять приказ.

Снимать парку он не торопился, и я, проглотив неуместное любопытство (как выглядела татуировка целиком, я еще не видела), отправила особиста в кресло возле буржуйки, наградив за послушание большой кружкой чая. Тайка немедленно уселась у подлокотника, быстро убедилась, что ничего вкусного здесь не дают, но уходить не стала.

— А ты исполняешь приказ? — осторожно спросила я, когда Лют растекся по креслу, блаженно щурясь на огненные отсветы на полу.

— Не официальный, но исполняю, — признался разомлевший особист — и тут же подобрался, выдав привычное: — Только не требуй подробностей. Тебе это ничем не грозит. Честно.

— Что, твой излишне догадливый начальник решил, что нечего тянуть резину с крысами и пора татуировать людей? — все-таки поинтересовалась я.

Лют прищурился, почти сомкнув ресницы, и укоризненно покачал головой.

— Женщина, тебе известно, что любопытство сделало с несчастной кошкой? Или все твои познания в области притч ограничиваются скучающими драконами?

— Еще есть пара историй о драконах гневающихся и одна — про влюбленного, — признав поражение, вздохнула я. — Ты… не боишься?

Особист неосознанно потянулся к правому плечу, но отдернул руку.

— Как тебе сказать… у вас в лаборатории почти все крысы с татуировками до сих пор живы, так?

Я кивнула. Татуировщик уже посматривал на профессора, как на маньячку, но дисциплинированно орудовал машинкой, пополняя ряды продвинутых крыс. Те щеголяли обритыми боками, линяли, норовили расчесать свежие рисунки и слизать сукровицу, но после случая с крысаком, которому так и не сдалась стойкая «чистая» девочка, из всех подопытных погибла одна — и та убитая не магией, а невзлюбившим ее соседом по клетке. Аналогичную проблему у остальных крыс легко решило раздельное проживание — вместе сселяли только тех, у кого татуировка уже поджила. Все пары из «продвинутых» крыс оставались живы.

— Скорее всего, через неделю-другую центру спустят разрешение набирать добровольцев из числа людей, — сделал вывод Лют. — А значит, первые маги — если все-таки все получится — будут из числа гражданских, как и ты. МагКонтроль такое положение вещей категорически не устраивает. Наверху хотят магов на пожизненном договоре.

Я нахмурилась.

— Мне тоже предложат?..

— Нескоро, — не стал ничего отрицать особист. — Пока ты под наблюдением спецслужб, такой необходимости нет. Но как только феномен магов удастся воспроизвести, тебе предложат перевестись на постоянную службу. И нет, — безжалостно добавил он, не дожидаясь следующего вопроса, — отказаться не получится. Вряд ли у нас сразу появится целая армия магов, чтобы каждый человек не был на счету. Я бы на твоем месте вообще сработал на опережение и подал докладную с просьбой о назначении в тот отдел МагКонтроля, в который хочется, пока еще есть возможность выбирать.

— Я в принципе не хочу в МагКонтроль, — тоскливо призналась я.

— У нас есть проектный отдел, — хмыкнул Лют. — О, все, узнаю этот блеск в глазах. Кажется, месяца с полтора его не видел… нет, ну а как ты думала? Не может же организация с таким уровнем секретности отдавать на сторону проекты своих зданий и сооружений!

— А курсы переквалификации у вас есть? — с надеждой спросила я, сама не заметив, как подалась вперед, напрочь забыв про свой чай.