Звезда ведьмы - Джеймс Клеменс

Блайт запрыгнул в седло, но удерживал лошадь на месте.

— Мы ведь пираты. Какой нам резон исполнять приказы?

— Это точно, капитан, — Рубака протянул руку Стрелку, помогая ему запрыгнуть на коня. — Дрянными мы были бы пиратами, если бы подчинялись всем приказам.

— Кто-то здесь говорил, — посмотрел на них принц, — что оставаться — сущее самоубийство.

— Жизнь слишком коротка, сколько ни живи, — пожал плечами Блайт.

Покачав головой, Тайрус сунул ногу в стремя, подтянулся в седло.

— Но мы-то пожили вволю, — пробормотал он.

— Точно, капитан!

— Тогда давайте поохотимся на одного дракона!

Сай-вен цеплялась за Каста не только пальцами, но и всей своей сущностью. Мчась вдоль черного туннеля, она сосредоточилась на мужчине, которого любила. Знала, стоит хоть чуточку ослабить внимание, чувства и желания Рагнар’ка многократно усилятся.

Она разделяла злобное ликование дракона, совершившего первые убийства. Вкус крови заполнил рот, неистовая радость растеклась по жилам, эхом отражаясь в душе, песней звучали вопли умирающих. Все эти мысли и ощущения грозили свести Сай-вен с ума, и Каст оставался единственным якорем, удерживающим ее от безумия.

«Держись, — просил он. — Нам осталось совсем немного».

Мер’ай закрыла глаза, окунаясь в простые и естественные чувства дракона, верхом на котором сидела. Свист ветра, взмах крыла, легкая боль в натруженных мышцах, ритмичный стук огромного сердца. Она пряталась в них.

Но подобно грому у края горизонта, к ней прорывались рев и рычание другого дракона. Сай-вен хотелось зажать уши руками, чтобы не слышать, но она боялась отпустить пальцы, чтобы не свалиться с Каста, стремительно летевшего над колоннадами и рядами изваяний, ловко ныряющего в арки.

Когда голоса усилились, она сжалась, но через несколько мгновений сообразила, что это не призрачное отражение ярости Рагнар’ка, а нечто реальное.

«Мы приближаемся к главной пещере», — сообщил Каст.

«Ты знаешь, что делать?» — глубоко вздохнув, спросила Сай-вен.

«Я готов ко всему. А ты?»

В его голосе слышалось беспокойство.

Мер’ай несколько раз вздохнула, успокаиваясь. Ее задача ничуть не легче, чем та, что досталась Касту. Выпрямившись, она открыла разум Рагнар’ку.

«Мой родной! — сообщила она. — Я прибыла, чтобы воссоединиться с тобой».

Связь между всадником и драконом запылала ярче, когда он заметил ее.

«Моя родная!» — взревел Рагнар’к.

Первобытные чувства дракона затопили ее душу.

Сай-вен крепче стиснула пальцы, с трудом удержавшись от крика. Если бы недавно она не была одержима сималтром, то отвратительные ощущения могли бы расплющить ее. Но она уже встречалась с тьмой и не позволит ей снова управлять собою.

«Приди и отведай свежей крови!»

Впереди виднелся конец туннеля, а за ним и пещера. Протискиваясь сквозь безумие, она ответила: «Я уже с тобой».

Его радость затопила разум, как, собственно, и предполагалось. Несмотря на печать тьмы, Рагнар’к оставался связанным со своей всадницей узами более древними, чем любое волшебство. Он просто не мог отказаться от соединения с ней.

Каст ворвался в огромную пещеру. На полу горел целый лес факелов, с высоты было хорошо видно, что они представляли собой пылающий водоворот, центром которого являлась огненная яма.

— Туда, — прошептала Сай-вен. — Лети к пламени в середине. Там я видела Тайруса в последний раз.

«А принц еще жив?»

— Да. Рагнар’к, похоже, охотится именно за ним. Наверное, ощущает запах магии в человеке.

«Тогда стоит поторопиться, — Каст помчался над факелами. — Где Рагнар’к?»

Нахмурившись, Сай-вен неуверенно покачала головой. Она знала, что дракон здесь, но его присутствие наполняло, казалось, всю пещеру. Более точно никто не смог бы сказать — сотканное из дыма тело было почти неразличимо во мраке.

Поискав, она заметила остатки армии д’варфов около ямы. Там же крутились всадники, а среди них — Тайрус.

Ей не понадобилось указывать на них Касту, в облике дракона его зрение было острее человеческого.

— Следи за Рагнар’ком.

И тут словно темное облако пронеслось под ними, частично скрыв копошащихся д’варфов. С громкими криками воины разбегались от надвигающегося облака.

«Рагнар’к», — отметил Каст.

— Лети к нему, — прошептала Сай-вен, дрожа.

Они ставили на кон все.

Связь с Рагнар’ком вспыхнула.

«Подарок, — сообщил он. — Кровавое мясо на кости!»

Он снова напал, кичась своим умением. Этой малостью он напомнил того Рагнар’ка, которого она знала — гордого, заносчивого. Но его следовало остановить во что бы то ни стало — неизвестно, сможет ли она пережить кровавую резню, учиненную драконом.

Нетерпение всадницы передалось Касту. Он сложил крылья, бросаясь к туманному облаку. Сай-вен низко наклонилась, прижавшись к любимому. После долгого перелета его чешуя дышала жаром, словно камни очага.

Они снижались, как катящийся с горы валун. Впереди вырастало дымное облако. Мер’ай ощутила удивление Рагнар’ка — поглощенный убийствами, он не заметил их приближения.

Дракон и всадница ворвались в облако. Сай-вен почувствовала, как вспыхнула кожа.

«Родной! — взывала она. — Присоединяйся к нам!»

Миновав дымовую завесу, они вылетели на чистый воздух.

Д’варфы разбегались с дороги Каста. Защелкали арбалеты.

— Не стрелять! — взревел знакомый голос Веннара.

Миновав ряды д’варфов, они приблизились к огненной яме. Языки пламени поднимались высоко над краем. Из-за жара дракону пришлось отклониться в сторону. Он лег на крыло и полетел, огибая провал по дуге.

Сай-вен видела полупрозрачное облако, преследующее их. Драконы любят погоню больше всего на свете, а ведь Рагнар’к — Темный Страж он или нет, — прежде всего оставался драконом. Она ощущала радость, нарастающую в его сердце.

Была еще одна малость, которую этот дракон любил больше погони.

— Родная! — простонал Рагнар’к.

Мер’ай чувствовала его желание. Однажды соединившись с кем-либо, дракон больше не осознавал себя целостным без всадника на хребте.

«Докажи свое происхождение, мой родной, — мысленно дразнила она. — Догони нас, присоединись к нам. Дай мне вновь оседлать тебя!»

Новый Рагнар’к, несший печать тьмы, полностью подчинялся своим низменным страстям. Он не мог отказаться от преследования, не мог противиться зову связанной, которая пообещала проехаться на нем.