Полночный прилив - Стивен Эриксон

– И вы считаете, седа, что все это связано с Седьмым Завершением?

– С возрождением нашей империи? Я боюсь этого, поборник. Того, что при прочтении древнего пророчества была допущена фатальная ошибка. И империя уже явилась.

– Тисте эдур? С какой стати летерийскому пророчеству о них говорить?

– Пророчество относится к последним дням Первой империи, – покачал головой Куру Кван. – С тех пор столько всего утрачено, Брис. И знание, и сам тогдашний мир. Магия вышла из-под контроля, породив чудовищ, армии мертвецов убивали людей направо и налево, а потом куда-то исчезли. Существуют загадочные повести о целых магических областях, что распались на части. Может ли оказаться, что предназначение целого народа как раз и соответствует какой-то из дыр в нашем знании? Вполне. А как насчет других народов, о которых мы и не знаем-то ничего, кроме названий? Баргасты, ягги, трелли? А соседние с нами племена?..

Они приблизились к воротам дворца. Сонные стражи распахнули небольшую калитку. Двор был пуст и безмолвен. Остановившись и прервав свою речь, седа поднял голову к полускрытым дымкой звездам.

Брис, ничего не говоря, ждал рядом, глядя на то, как ночное небо отражается в линзах Куру Квана. И прикидывал, о чем тот сейчас думает.

Тегол Беддикт с улыбкой смотрел, как она прокладывает навстречу ему путь сквозь толпу.

– Главный следователь Рукет, мне так приятно вновь тебя видеть.

– Вовсе тебе не приятно, – парировала Рукет, – просто ты пытаешься меня озадачить.

– Каким же образом моя радость может озадачить?

– Таким, что я в нее не верю. И тебе не удастся меня одурачить ни своими жуткими штанами, ни идиотским насекомым на плече!

Изумленный Тегол скосил глаза.

– Эзгара? Я думал, ты остался на крыше.

– Ты зовешь его Эзгарой? Он ни капли не похож на короля! Будь у нашего короля две головы, я бы еще поняла, а так это глупость полная!

– Твои слова больно обижают нас, всех троих, не считая моего телохранителя, а равно, надо полагать, и обоих его братьев, где бы они сейчас ни были. Общим счетом – шестерых. Больно, больно обижают.

– А где Бугг?

– Наверное, в толпе у тебя за спиной.

– Ничего подобного. Они все куда-то смотрят.

– Мгновение назад он там был.

– Сейчас его нет, а толпа чем-то возбуждена.

– Просто толпится.

– То есть ты утверждаешь, что я не способна оценить состояние толпы? Очевидно, тебе кажется, что способность всем перечить усиливает твою привлекательность для противоположного пола. Готова ручаться, для определенного типа женщин – тех, что ты предпочитаешь, – так и есть. Однако мне наплевать на то, что тебе постоянно плевать на мои слова!

– Ну и кто здесь кому перечит?

– А я‑то еще собиралась пригласить тебя разделить со мной позднюю трапезу, – разозлилась Рукет. – Тут неподалеку есть один уютный ресторанчик…

– «Раздавленный павлин»?

– Угадал. Вот только твоя осведомленность меня совсем не радует. Поскольку по очевидной причине я не могу не прийти к выводу, что тебе не впервой использовать это место для тайных интрижек, что в свою очередь подразумевает, что ты якшаешься с дешевыми шлюхами. Даже и не понимаю, почему твои низкие моральные устои вдруг стали для меня неожиданностью. Следовало догадаться. В сухом остатке – знать тебя не желаю!

– Помилуй, я никогда не был в этом ресторане.

– Никогда? А откуда тебе о нем известно?

Он мне принадлежит.

– У него просто громкая репутация. Я был бы только рад, если бы сумел вспомнить подробности – кто мне про него рассказал, где, когда и в каких выражениях. Увы, сейчас уже поздновато для воспоминаний, да я и в любом случае вряд ли бы вспомнил.

– Так ты проголодался или нет?

– Я вечно голоден. А, вот и мой слуга! Слышал, Бугг? Главный следователь Рукет приглашает нас на ужин.

– Значит, кошка подождет.

– Кто здесь его приглашал? – вытаращила глаза Рукет.

– Я никуда не хожу без слуги, Рукет. И без телохранителя.

– Даже на свидания?

– Бугг, – обратился Тегол к слуге, – надеюсь, ты уже сделал здесь все возможное? И эти несчастные наконец могут немного поспать?

– Им давно пора, хозяин.

– Мы отправляемся в «Раздавленный павлин».

– Полагаете, это хорошая мысль, хозяин?

– Вполне. Прошу, Рукет, указывай дорогу.

– Вот замечательно-то! Предчувствую, что сегодня ночью от моей гордости вообще мало что останется. Ну, идемте вы все, сколько вас там, чего время терять.

Не успели они войти во внутренний дворик ресторана, как Тегол всплеснул руками:

– Ну надо же! Бугг, ты только посмотри, кто здесь! Это ведь Шанд, Риссар и Хеджун! Давайте же сдвинем вместе два стола и устроим праздник соратников по заговору.

– Какое поразительное совпадение, – пробормотал Бугг.

– Ради Странника, что это за женщины? – потребовала Рукет объяснений. – И почему у них такие злобные физиономии?

– Просто они меня узнали, – сказал Тегол, приближаясь к женщинам. – Ну, дорогие мои, как поживаете? Вижу, что неплохо. Мы вот решили к вам присоединиться.

– Что это с тобой за нелепое существо? – сразу спросила Шанд. – Плащик какой-то напялила…

– Кого ты назвала существом, дубина? – прошипела Рукет.

– Тегол обзавелся подружкой, – скривилась Риссар. – Так в его стиле! У нас мужика увел, а себе бабу – привел.

– Я‑то думала, у него что-то с той мертвой стервой, – проворчала Хеджун.

– С мертвой стервой? – Рукет обвела присутствующих вытаращенными от изумления глазами. – Он… спит… с мертвой стервой?

– Они не совсем правильно поняли… – начал было Тегол.

– Пойди побрей себе башку, – кипя от злости, выкрикнула Шанд, – чтобы всем было видно, что ты за уродка!

Телохранитель заметно встревожился. Посетители за другими столиками делали отчаянные жесты прислуге.

– Отличная шутка, поди, очень старалась, пока придумала? – парировала Рукет. – Тегол, что это за мужика ты у них увел? У них что, на троих был один мужик? И он выжил, даже с ума не сошел? Наверное, записался добровольцем на Утопалки?

– Я вот тебе сейчас постараюсь! – Шанд вскочила на ноги и схватилась за кинжал на поясе.

– И это все? – скривилась Рукет. – Негусто против моей рапиры, а?

– Покажем ей! – Риссар запрыгнула на стол, который мгновение спустя рухнул под ее весом, однако она успела кинуться вперед и охватить руками бедра Рукет. Главный следователь, потеряв равновесие, что-то пискнула от неожиданности. Рапира выпрыгнула из ножен и плашмя ударила Шанд по вытянутой руке; кинжал, кувыркаясь, улетел в угол. В тот же миг Хеджун ухватила следователя за руку и, выкрутив ее, отобрала рапиру. До блеска начищенный сапог ударил Хеджун в живот, та, застонав, осела на пол.