Врата ведьмы - Джеймс Клеменс

Осмелевшие скал’тумы перед ней готовились к новой атаке. Они шипели и скребли когтями по камням, разворачивали крошечные крылья и били ими по воздуху, но сил для полета им еще недоставало.

— Держитесь сзади, — бросила Элена спутникам, продолжая идти к чудовищам.

Дрожа от бушующего в ее ладонях урагана, она медленно, шаг за шагом, подходила к малготре. Позади нее девушка видела поднятую руку мантикоры, озаренную лунным светом, и зажатый в огромных пальцах черный обломок эбенового камня.

Она уже отводила взгляд, когда неожиданное движение привлекло ее внимание. На гранитной руке она заметила трех новорожденных скал’тумов, которые, покинув мать, карабкались к эбеновому валуну. Заинтересованная, охваченная любопытством, Элена замешкалась, наблюдая за ними.

Первый из молодых скал’тумов добрался до камня. Он выглядел напуганным, пытался пятиться, но ноги, казалось, не подчинялись ему. Он прикоснулся к камню, с визгом провалился в него, словно ныряя в черноту, и исчез. Слабый крик ужаса постепенно затих. Его братья прыгнули следом.

Но внимание Элены уже было приковано к малготре. Девушка наконец-то поняла, что же за таинство, происходившее здесь, они прервали. Когда малготра ощущала приближение родов, она приходила сюда — ее, словно ночного мотылька, притягивало темное пламя. И тогда она забиралась на руку мантикоры и производила на свет мерзких скал’утмов, скармливая их Вейру, чтобы тот поработил их и подчинил Темному Властелину. Вот где был источник пополнения бесконечных крылатых армий Черного Сердца — во вратах мантикоры.

Девушка знала наверняка, что этому необходимо положить конец.

— Чего ты ждешь? — спросил Эр’рил, подходя сзади.

— Держитесь за мной, — повторила она и протянула руки к столпившимся скал’тумам.

Сведя пальцы, ведьма выпустила неистовый поток льда и пламени. Трещали молнии, яростно ревели ветры. Элена направила штормовой огонь вдоль туннеля, поддерживая в нем мощь такой силы, чтобы пробить магическую защиту новорожденных монстров.

Глубоко в душе она ощутила миг, когда ее волшебство ударило по скал’тумам.

Она чувствовала, как злобные огоньки их жизней гаснут один за другим под неистовым напором ее усиленной гневом магии.

С каждой новой смертью сила ведьмы пела в ней громче, чем прежде, и девушке все труднее становилось подчинять ее, как будто в ней истончилась завеса между человеческим и магическим началами. Она изо всех сил боролась, пытаясь сохранить власть над колдовством. Но что-то изменилось в ней после близкого соприкосновения с Чо прошлой ночью. Магия ведьмы усилилась, крича о безумной жажде убийства, пробивая внутренние преграды.

Застыв в самом средоточии волшебства, Элена могла ощутить все окружавшие ее жизни, даже самые незначительные, но находившиеся поблизости. Она чувствовала вспышки жизненной силы спутников и могла отыскать неистовое пламя малготры.

Магия ведьмы продолжала пожирать крошечные огоньки новорожденных скал’тумов, но Элена точно знала если не сможет и дальше подчинять ее, то, вырвавшись на свободу, колдовство не удовлетворится столь малым пиром. Оно хотело уничтожить все — не только малготру, но и спутников девушки. Да и ее саму тоже.

Ежась от непомерной алчности ведьминой силы, Элена изо всех сил обуздывала магию. Огонь в ее ладонях медленно угас. Безумная песнь ведьмы в ушах смолкла, сменившись горестным криком малготры.

Девушка смотрела на обугленные, дымящиеся тела скал’тумов. Уцелел лишь один из них, сжавшийся в комок под брюхом матери. Его свистящее шипение сменилось жалобным повизгиванием. Малготра спустилась на пол, к последнему из своего выводка, продолжая трубно и печально реветь от боли и горя. На удивление нежно она обхватила новорожденного щупальцами и притянула к себе, защищая, словно мать ребенка.

— Почему ты остановилась? — приблизился к девушке Эр’рил. — Добей их!

Элена закусила губу, а потом проговорила:

— Я… Я не могу.

Она вспомнила увиденные огоньки жизней тех детенышей, которых только что убивала. Жизнь есть жизнь, и эта мать хотела спасти свое дитя. Малготра была таким же рабом Черного Сердца, как и любой другой. Она не хотела скармливать потомство вратам Вейра, но выбора у нее не было. Темная магия поработила малготру, подчинив собственным интересам.

— Уходи! — Элена шагнула к чудовищу, махнув рукой. — Забирай своего младенца и убирайся прочь!

Малготра зашипела, прикрывая собой скал’тума, но, увидев, что ведьма не нападает, снова испуганно и удивленно заголосила.

— Прочь! — взмахнула рукой Элена.

Тысячи выпуклых глаз следили за ней, взволнованно шевелясь, потом малготра резко выпрямила ноги и, стремительно выбежав из туннеля, взмыла в воздух, неся младенца в щупальцах. Огромные крылья распахнулись, поймав ночной ветер. Чудовище сделало круг в небе и скрылось за зубцами горного хребта.

— Почему ты позволила ей уйти? — удивился Эр’рил.

— Так было нужно, — покачала головой Элена. — Давайте сделаем то, зачем пришли.

Всем отрядом они пробрались между обугленными останками скал’тумов и вышли из туннеля. Девушка глубоко вдохнула, очищая легкие от смрада горелой плоти. Впереди простиралась гранитная рука изваяния, словно широкий мост, который вел к зажатой в кулаке глыбе эбенового камня.

На этот раз первым пошел Тол’чак с Трай’силом наперевес.

Элена держалась поблизости от Эр’рила.

Опустив глаза, она видела, что каменная поверхность руки тщательно обработана и представляет собой легкий путь. Можно было только догадываться, сколько безрадостного непосильного труда вложено в изготовление огромнейшей статуи. Тол’чак остановился, добравшись до запястья. Когтистые пальцы окружали эбеновый валун, будто чудовищные столбы.

— Можешь приступать. — Элена подошла к огру.

— Да, я могу, — кивнул Тол’чак и ступил на каменную ладонь, высоко подняв молот. — За дух моего отца!

Затем изо всех своих немалых сил он обрушил молот на эбеновый камень.

Но удара не получилось. Стальное навершие молота провалилось в черное нутро, как если бы камень был облаком. Потеряв равновесие, огр упал лицом вниз, стукнувшись о глыбу. Не вставая, он обернулся, поднял руку, и все увидели, что в его кулаке осталась лишь украшенная рунами рукоять. Молот бесследно исчез.

— Трай’сил! — отчаянно закричал Веннар, падая на колени.

Элена не могла отвести глаз от невредимой черной поверхности. Что же произошло? Молот использовали, когда добывали проклятый камень. Пророчество гласило, что он вернется сюда и освободит д’варфов от ига Темного Властелина. Так почему же ничего не получилось?

На краткий миг в девушке зародилось подозрение не Тол’чак ли тому виной? Но она отогнала гадкие мысли. Нет, это решительно невозможно. Огр много раз спасал ей жизнь, он всем сердцем служил делу добра.