Гобелены Фьонавара - Гай Гэвриэл Кей

Затем они поехали назад, в лагерь, к Ивору, который теперь назывался по-новому, Авеном, однако сам остался совершенно таким же, как и был – простым и заботливым, каким Дэйв так хорошо его знал. И глубоко сидевшие глаза Ивора на исхлестанном ветрами лице были прежними. И Ивор сказал, этими своими словами еще сильнее обрадовав Дэйва:

– Добро пожаловать домой, Дэйвор. Что за светлая нить привела тебя назад в темноте!

А потом они пили вино сашен и ели вкусную еду у пылающих каминов, и вокруг было множество знакомых ему лиц. Включая лицо Лианы.

– Сколько же еще раз мне танцевать, изображая, как ты убиваешь ургаха? – спрашивала она, дерзко сверкая глазами, и губы ее были так нежны, когда она коснулась ими его щеки в легком поцелуе, для чего ей пришлось подняться на цыпочки.

Тэйбор появился значительно позже, и Дэйв, которому давно уже не терпелось обнять этого храброго мальчишку, отчего-то подойти к нему не решился: что-то в лице Тэйбора остановило его. Это «что-то» останавливало всех, даже его отца, Ивора. Через несколько минут, правда, Ивор пригласил Дэйва принять участие в небольшом совещании на дальнем конце стола у маленького бокового камина.

Там вместе с Дэйвом собрались семеро, а через несколько минут подошел и восьмой – Диармайд, несколько встрепанный и не такой элегантный, как всегда, и с собственным кувшином в руке. Дэйв так и не разобрался еще, как ему следует относиться к этому принцу; гораздо лучшее впечатление на него производил Айлерон, старший из братьев, ставший теперь Верховным королем Бреннина. К тому же, по мнению Дэйва, Диармайд был чересчур любезным и обходительным; с другой стороны, никакой особой «любезности» принц не проявил, когда во весь опор мчался на врага или когда столь решительно разобрался с тем строптивым дальри, которого приказал убить. Кстати, Ивор, заметил Дэйв, даже словом не упомянул об этом событии.

И Диармайд, хотя был здорово пьян, похоже, владел собой отлично и вполне трезвым голосом, быстро и четко изложил пожелания Верховного короля и его Первого мага по поводу того, чтобы Герейнт, шаман третьего племени, отправился под охраной отряда принца в Парас Дервал для участия в Совете магов, которые решительно намерены были установить источник этих зимних холодов и снегов, постепенно все сильнее придавливавших Бреннин к земле.

– Светлые альвы подтвердили то, о чем все мы догадывались, – сказал тихо принц, присев на корточки перед слепым Герейнтом. – Мы бы хотели выехать завтра утром – если это будет удобно шаману и всем вам.

Ивор кивнул в знак того, что принял во внимание столь учтивую просьбу. Но никто не произнес ни слова; все ждали, когда заговорит Герейнт.

Дэйву так и не удалось пока что преодолеть смущение, которое он всегда испытывал в присутствии этого морщинистого старика, чьи пустые глазницы, казалось, видят людей насквозь, видят все, что было и будет на темных тропинках времени. Кернан, покровитель дикой природы, некогда разговаривал с ним, Герейнтом, припомнил Дэйв, и это Кернан призвал Тэйбора поститься и показал ему во сне того немыслимого зверя, которого они только что видели в небесах. Эти мысли заставили его вспомнить Кинуин и того оленя в роще Фалинн. Но то была уже его собственная темная тропа времени.

Он постарался не думать об этом и услышал, как Герейнт говорит:

– … нам также понадобится Видящая.

– Ее еще нет в Парас Дервале, – сказал Диармайд. Все почему-то посмотрели на Дэйва.

– Она должна кое-кого привести с собой, – сказал он. – А нас послала вперед.

– Кого же она ведет с собой? – спросил Тульгер, сидевший рядом с Ивором.

И тут Дэйв вдруг проявил совершенно не свойственную ему осторожность и тихо ответил:

– Мне кажется, об этом лучше расскажет она сама. – И он заметил, как Ивор одобрительно кивнул.

– Ты прав, – усмехнулся Герейнт. – Хотя я и без того знаю, кто это. К тому же они оба уже прибыли в Парас Дервал. Причем еще до того, как вы оттуда уехали. – Именно эта способность Герейнта и сводила Дэйва с ума.

А вот Диармайд, похоже, ничуть не был этим обескуражен.

– Возможно, она прибыла туда вместе с Лореном? – улыбнулся он, точно в ответ на шутку. Но Дэйв не заметил, чтобы Герейнт шутил. – Ну так ты поедешь с нами? – продолжал принц, обращаясь к шаману.

– Только не в Парас Дервал, – спокойно ответил Герейнт. – Это чересчур далеко для моих старых костей.

– Ну да, но… – начал было Диармайд.

– Я встречусь с вами, – продолжал Герейнт, не обращая на него внимания, – в Гвен Истрат. Завтра же я отправлюсь в Храм Богини в Морвране. Вы ведь все равно вскоре все там соберетесь.

На этот раз даже Диармайд был, казалось, сбит с толку.

– Но почему? – спросил он.

– В какую сторону убежали волки? – с тем же спокойным видом спросил шаман, поворачиваясь в ту сторону, где сидел Торк.

– На юг, – уверенно ответил тот, и все примолкли.

С противоположного конца стола, где был большой камин, до них долетел громкий взрыв смеха. Дэйв невольно посмотрел в ту сторону и увидел, внезапно похолодев, что Лиана сидит рядом с Кевином, и они оба то и дело что-то шепчут друг другу на ухо. В глазах у него помутилось. Черт бы его побрал, этого ловеласа! И почему, интересно, именно он, блестящий и бесшабашный Кевин Лэйн, всегда должен оказаться где-то рядом с ним, Дэйвом, и все испортить? Внутренне кипя, Дэйв заставил себя снова повернуться к участникам маленького совещания.

– Вы все там соберетесь, – повторил Герейнт. – И к тому же Гвен Истрат – самое лучшее место для того, что нам предстоит.

Диармайд некоторое время внимательно смотрел на слепого шамана, потом сказал:

– Что ж, хорошо. Я так и скажу брату. Может быть, есть еще какие-то вопросы, которые нам следует сейчас обсудить?

– Только один. – Это сказал Левон. – Дэйв, у тебя Рог Овейна с собой?

Рог из Пендаранского леса, который звучит так, словно это голос самого Света!

– Да, – сказал Дэйв. Рог висел у него на груди под курткой.

– Это хорошо, – сказал Левон. – В таком случае, если Видящая уже в Парас Дервале, я бы тоже хотел отправиться туда с вами вместе. И еще я кое-что хотел бы попробовать, прежде чем все мы отправимся в Гвен Истрат.

Ивор при этих словах вздрогнул и повернулся к своему старшему сыну.

– Это весьма опрометчиво с твоей стороны, – медленно проговорил он. – И ты сам это отлично знаешь.

– Ничего я не знаю, – ответил Левон. – Я знаю только, что мы получили в дар Рог Овейна. Для чего же еще, как не для того, чтобы им воспользоваться?

В общем, это было вполне логично, и Ивор больше не сказал ни слова. И зря, как оказалось впоследствии, ибо идея эта была совершенно ошибочной.

– О чем речь? – спросил принц.

– Об Овейне, – ответил ему Левон, с трудом сдерживая сильное возбуждение. Лицо его прямо-таки светилось. – Я хочу разбудить Спящих и выпустить на волю Дикую Охоту!