Нарцисс в цепях - Лорел Гамильтон

— От моих людей никто ничего не узнает. Я тебе даюслово.

— Это да, но от других департаментов? Сколько людей неиз полиции торчат на каждом осмотре места преступления, не говоря уже отехнических работниках? Дольф, это вылезет наружу, рано или поздно.

— Я-то крышку придержу, Анита, но ручаться могу толькоза своих людей.

— Я знаю, Дольф, но Энди Тэлбот хочет быть врачом. Емуникогда не попасть в медицинскую школу, если узнают. Ребекка Мортон —хиропрактик. Если узнают, кто она, у нее отберут лицензию.

— Слушай, почему все они лезут в профессии, где у нихпроблемы?

Я пожала плечами, хотя он и не видел:

— Судьба, Дольф.

— Я бы сказал, упрямство, — возразил он.

— В каком смысле?

— Скажи человеку, что ему чего-то нельзя, и ему тут жеэтого захочется.

Это он по делу сказал.

— Да, может быть.

— И как эти исчезновения связаны с нападением на твойдом?

Черт возьми, я же сказала «всю правду». Теперь мне даетсяшанс это исполнить. Я как следует набрала в грудь воздуху и рассказала емупочти всю правду. Рассказала, как Грегори позвал на помощь, не вдаваясь, зачемон меня звал. Дольф не усомнился, что ко мне имеет смысл обращаться дляспасения от чудовищ. Но он сказал:

— Он мог бы позвонить в полицию.

— Не так много времени прошло с тех пор, как полицияубивала оборотней на месте, Дольф. Вряд ли можно их упрекать, что они васпобаиваются.

— Почему ты мне не рассказала, когда мы приезжали?

— Ты на меня злился, — сказала я, будто это былообъяснение. В своем роде, конечно, было, но звучало по-детски.

— Что ты сейчас недоговариваешь? — спросил он.

— Я тебе говорю правду, а ты все равно сомневаешься.Это уже обидно, Дольф.

— Еще обиднее будет, если я выясню, что ты и здесьскрываешь улики.

— Угрозы? Это на тебя не похоже, Дольф.

— Устал я, — сказал он.

Я не сразу ответила.

— Дольф, тебе бы надо отдохнуть.

— Ладно. Если ты пока никого не будешь убивать, можетбыть, я смогу подогнать все отчеты.

— Я очень постараюсь, — обещала я.

— Уж постарайся. — Я услышала глубокийвздох. — Это вся информация, которую ты хочешь мне сообщить?

— Ага.

— Я снова побеседую с родственниками. Ты знаешь,сколько теперь будет лишней работы, и только потому, что они тогда врали, каксивые мерины?

— Они не хотели затруднить тебе работу, Дольф. Онипросто боялись.

— А кто не боится? — И он повесил трубку.

Я осталась с гудящей трубкой в руках. Да, мужик не внастроении. Я знала почему и, наверное, была одной из немногих вне его семьи,кто это знал. Интересно, насколько еще ворчливее он станет, и скажется ли этона его работе, если уже не сказалось. Если его ненависть к монстрам лишит егообъективности, то как глава РГРПС он ничего не будет стоить. Вот черт. Ладно,это проблемы завтрашнего дня. Добавим к списку вещей, о которых будембеспокоиться потом. Учитывая, насколько быстро растет этот список, вряд ли допоследнего пункта дойдет очередь. Или я буду выбирать оттуда строчки, бросаямонету. Или просто наплюю на этот список.

Последняя мысль мне понравилась.