Опасный оборотень - Татьяна Чащина

— Я слышала, ты говорил, — улыбнулась я.

Сидела у него на коленях и пальцами чесала бороду. А он, закинув голову к стволу сосны, наслаждался ухаживаниями. Посмотрел на меня, хитро улыбнулся, показывая клыки. А заходящее солнце лучами устремилось вглубь его глаз, сделав их почти чёрными. И улыбка у него невероятно красивая. Ямочки на щеках и морщинки у глаз. И такой он стал милый, что я влюблялась всё сильнее и сильнее. И терялась от этого, потому что, как человек разумный начинала думать о будущем. Плакали мои мечты о белом платье и украшенном цветами лимузине. Никакого медового месяца на берегах тихого океана.

Он словно почувствовал, что я расстроилась, погладил меня по спине мягкой рукой, не задевая когтями. И я почувствовала, как опять становится хорошо, мысли уходят…

Колдует что ли?

Я нахмурилась и приподняла одну бровь. А он продолжал улыбаться и смотреть такими сказочными, магическими глазами, в которых таилась бесконечная тайга.

— Раз не говоришь со мной, я домой пойду.

Меньше всего хотелось уходить, но и ночевать под ёлкой не хотелось вовсе…

— Что дальше?

Я расстраивалась, он успокаивал. И пошла невидимая борьба.

Пока я не услышала отдалённые голоса.

Меня искали. А руки горячие скользили по моей спине и губы припали к моей шее. Оборотень звучно вдохнул мой запах и на выдохе шепнул:

— Приходи.

Он отпустил меня, и я спешно стала натягивать на себя сорочку. Дедушкина рубаха так и не высохла, поэтому я просто взяла её в руки. Посмотрела на себя. На ногах не осталось крови и семени. Я была, как сбежавшая в дождь девица.

— Я рядом, — шорох его голоса, хрип и скрип. Ему ещё было тяжело говорить.

Он рядом. Он всегда со мной. По влажной траве я отошла к скале и набрала горсть земляники. Его глаза светились в лучах заходящего солнца. Он вставал на четыре конечности и пятился назад, медленно исчезая из вида в густых кустах, что росли между соснами.

Мой мужчина. Первый и, я бы очень хотела, чтобы он остался единственным.

— Алиска! — обеспокоенно кричал отец.

Я выпрямилась и с улыбкой посмотрела на целую делегацию, что пожаловала к скалам. Кушала ягоды из ладони. И пока отец собирался высказать мне всё, что он думает о моих прогулках по лесу, вперёд выбежала Милена с хвостом на макушке, в спортивном костюме. Глаза округлила и кинулась собирать землянику.

— Ничего себе! Посмотрите, сколько ягод! — восторженно кричала она на весь лес. — Папа! Давай пакет, сейчас на пирог соберём.

— Ох, ничего себе! — присоединился к ней Егор. Этот пришёл меня искать в брюках и брендовой тёмной рубахе по фигуре. И золотые часы поблёскивали на его бледной худощавой руке.

Брат поднял на меня хитрые серо-голубые глаза и улыбнулся.

С ними пришёл дед-рыболов и внимательно с ухмылкой меня рассматривал. Он знал, к кому я бегаю. Он всё обо мне знал, но никому не рассказал.

Меня вдруг окутало тепло. Смеясь, мы собирали землянику. Папа пожурил меня, но не сделал выговор, потому что Милена встала на мою сторону и заявила, что сама готова сбегать в столь чудесное место, как эти скалы, усыпанные ароматными лесными ягодами.

Мы уходили домой шумной семейной компанией. И рука Егора неожиданно мне легла на плечо. Никто этого не заметил. Как будто так и должно быть. И я не отшатнулась, не сопротивлялась. Ела ягоды и смеялась шуткам Милены.

Хорошо было. А стало ещё лучше, когда я обернулась и увидела два огонька глаз оборотня в полутьме леса.

Провожал меня. Знал, что я вернусь.

Наверно это был самый прекрасный вечер в нашей семье. Потому что в этот час мы были единым целым. Очень не хватало Лизоньки, но ей с отцом лучше, чем с мамой.

Пирог был готов, готовили чашки. Мы с Миленой накрывали на стол. В кресле под светом жёлтых ламп сидел в кресле мой представительный старший брат Егор. Следил за мной. Я переоделась. Теперь в джинсах и футболке была в ярком контрасте с его деловым классическим костюмом. Он не просто так оделся. Прямо с дачи, он поедет в аэропорт. И вообще он не мог избавиться от бизнес-стиля. Только рубахи, только брюки.