Смутное время - Владимир Торин

– Междоусобная война? – удивленно спросил рыцарь.

– Да, весь лес погряз в хаосе. Одно большое бранное поле. Сотни армий, которые дерутся сами за себя и против всех. А потом подключились драконы, варвары и орки. Дома рвали друг другу глотки, как бешеные псы из-за кости.

– И что же это была за кость, Наин? Кайнт-Конкр?

– Ты верно мыслишь, Ильдиар, и с тобой поэтому легко вести беседу. – Гном кивнул графу; тот ответил таким же вежливым кивком. – Но не Кайнт-Конкр, точнее – Дубовый Трон.

– Дубовый Трон?

– Дубовый Трон. Трон Правителя Конкра, сделанный многие века назад нашими первыми мастерами для эльфийских князей. – Гном мечтательно причмокнул. – Это великолепное творение Гимнера Драуна, создавшего Ахабет – Златые Оковы Кроуна. Это было высокое кресло, выполненное из золота и серебра, из лунного металла и смарагдов…

– Подожди, – перебил гнома Ильдиар. Что-то сразу стукнуло по сознанию, когда он услышал имя своего старого врага и соперника, магистра злокозненного ордена Дракона. – Ты сказал, Оковы Кроуна?

– Да, Златые Оковы Кроуна, а что?

– Что это было такое? И кто такой Кроун?

– Кроун был первым драконом, появившимся на этих просторах. Самым большим, самым злым и самым голодным из всех существующих во все времена. Когда Бансрот поднял восстание против богов, Кроун шел с ним. Именно Эох-Кроун, что значит Титан Пламени, помог Бансроту захватить Столицу Высших Людей и пленить Йоргентротта, сына вашего Хранна.

– Как же я про это ничего не знал? Одна из скрижалей повествует о падении Всеблагого и Святого Йоргентротта, Сына Хранна, но про Кроуна там ни слова не сказано…

– А когда, ты думаешь, появились в мире гномы? – хмуро спросил Наин.

– Когда боги победили Бансрота и Пожиратели попытались выбраться из-под скал – своих темниц. Это знает любой послушник Вечных.

– Тогда как ты объяснишь то, что двадцать тысяч гномов выступили на стороне богов и победили демонские рати при Азурах-Арибе, на Берегу Духов, в бою у Стен Тэриона? За многие сотни лет до падения Пр?клятого. У нас про эти события знает каждый ребенок. Тогда мы сражались плечом к плечу с первыми князьями эльфов – Вараэнами. Так они называли себя. Наши легенды рассказывают, что в те времена каждый боец нашего воинства чувствовал себя непобедимым. Мы были мощью, эльфы являлись скоростью. Взаимовыручка, понимаешь, о чем я? Это как будто ты кузнец, да? Ты бьешь молотом по наковальне, у тебя из-под рук выходят просто невероятной красоты изделия, но ты не можешь ковать, когда горн остыл, – для этого тебе нужен помощник, чтобы раздувать его мехами, понимаешь? Так вот: мы были молотом, эльфы – мехами. Именно тогда мы построили Храм, посвященный нашим богам, в честь победы в Войне Титанов.

– Почему Титанов? У нас в Святом Писании те события описаны как «Гибельные Дни».

– Потому что сами боги спускались на бранное поле и дрались до последнего вздоха их врагов. Потому что Демоны Первых Кругов возвышались над своими ратями, подобно башням. Потому что могучие Титаны, первые существа, сотворенные богами, сражались с обеих сторон. И когда они сходились, боги и демоны, в бой шли не мечи и топоры, а молнии и пламя, ветер и снег. Бедняга Бансрот – ты явно не заслуживал постигшей тебя участи…

– Первый раз слышу, чтобы кто-то пожалел это падшее существо! – удивился граф де Нот. – Как ты можешь говорить, что Извечный Враг не заслуживал смерти?!

– А что ты знаешь о нем, человече? – В глазах гнома появился злой блеск.

– Полудемон, убийца, тиран и… да и еще много чего! – тут же нашелся белый рыцарь.

– Великий воин, доблестный боец, благородный король! – парировал Нор-Тегли. – Истину знают немногие, а тех, кто помнит те дни, – нет уже. Все уже давно пируют у Дрикха. Мой прадед рассказывал моему деду правду. Сам же он ее узнал от своего отца, а тот – от своего и так далее, до самого основателя рода. Бансрот всегда дрался честно, он уважал своих врагов – гномов и вас, людей. Несчастнейшее существо из всех живущих, он все же нашел упокоение души в мести. Но какие он творил деяния! – Ильдиар с ужасом слушал гнома, полагая, что путешествует бок о бок просто-напросто с безумцем. – Варвар убил его у стен Града богов, рассек на части мечом души. Тебе совсем его не жаль?

– Почему? – процедил граф де Нот. – Почему мне должно быть его жаль?

– Он всю войну был меж молотом и наковальней, а впоследствии попал в горн. Впереди – родичи со стороны покойной матери, боги, позади – отец, К’Талкх.

– Кто такой К’Талкх? – Злость сменилась любопытством.

– Царь Бездны, именно с ним ведут Вечную Войну наши братья в Тэрионе.

– Никогда об этом не знал, – сказал паладин.

– И никогда бы не узнал. Понимаешь: вашу историю пишут люди, и люди, возможно, специально, возможно, нет, вычеркивают и забывают всех остальных… Ну, ладно, вернемся к Кроуну. Так вот. В те дни, когда победа в войне богов с Бансротом казалась несбыточным маревом, когда пал в бою Великий Дрикх, именно тогда наши воины пленили Кроуна, и самый великий мастер народа Тегли Гимнер Драун сковал из золота и крепкого, как камень, лунного металла чудовищные цепи. Воители Древности заключили в них дракона… С тех пор прошло много веков, но Кроун до сих пор скован, заточен и охраняется неусыпной стражей.

– Где его темница?

– Этого я сказать тебе не могу, – твердо ответил Наин.

– Ты знаешь про орден Дракона, чьи земли лежат немного севернее Гортена, на вересковых пустошах?

– Слыхал, а что?

– Там замок стоит, так вот он называется замком Кроуна, и магистр их ордена Дракона – сэр Ричард Кроун.

– Этот бездарь? Всего лишь один из потомков Великого Кроуна. Праправнук…

– Он – дракон?! – в ужасе воскликнул Ильдиар. Это «небольшое» обстоятельство несколько уменьшало его шансы на весах их противостояния.

– Дракон? Червяк он, а не дракон. Был бы он истинным, ему не нужны были бы люди.

– Понятно. А эльфы?

– А что эльфы?

– Ты начал говорить об их войне и…

– А, ну да, ты меня сбил. Так вот…

Странники проехали по краю леса и через три дня добрались до подножий гор Дор-Тегли. Деревья отступили перед камнем, холмы превратились в предгорья.

– Ущелье Сумрака, – сказал Наин, – путь к Киан-Рун – Северным Вратам. Осталось еще четыре дня пути.

– Кто это? – спросил рыжебородый гном в зеленом плаще с капюшоном, что ехал подле Ильдиара и Наина, когда из-за камня вышла фигура, облаченная в серый балахон.

– Не имею понятия… – начал Наин.

Незнакомец ничего не сказал, просто вскинул перед собой руки, и с них сорвался устремившийся к Ильдиару огненный шар. Графу де Ноту потребовался лишь миг, чтобы понять, что происходит. Ренегаты.