Зажечь звезду - Софья Ролдугина

Впрочем, меня заносит.

– Ты понимаешь, что если бы не я, Орден не захлопнул бы сейчас эту мышеловку? Я предал! Я виновен!

Полагаю, это можно считать извинением – столько эмоций.

– Ну и что? Захлопнул бы другую и в другой раз, – логично предположила Феникс, ковыряя ногтем зеленоватую прожилку пиргита в полу. Как ни странно, металл под её пальцами исправно крошился, как сливочное масло. Ну и ногти… Может, нам дорогу наружу проковырять?

– Вот-вот, – поддакнула я. – Они ужасно прилипчивые типы. Так что хватит терзаться муками совести. Надо действовать. Детишек спасать, Орден запугивать, а то что-то он совсем от рук отбился…

Феникс хихикнула. Клод…

– И перестаньте так странно смотреть, Клод. Видите ли, у меня большой опыт в том, чтобы бывать преданной кем-то, так что я прекрасно знаю, как надлежит действовать в подобной ситуации. – Я сделала паузу и заявила торжественно: – Плюнуть, простить и не забыть. Ну как, мир? Не будете мне больше кнопки на стул подкладывать?

Клод улыбнулся. То ли он всё-таки учился в школе, то ли смотрел отечественные фильмы.

– Не буду. А вот инквизиторам – подложу гвоздь. Двадцатипятисантиметровый.

– Жесть, – впечатлилась Феникс. – Бедный Орден. Какая экстремальная личная жизнь у смотрителей. То единороги, то гвозди…

– Да нет, – быстро прикинула я. – Если разделить его на всех, то каждому и по металлической горошине не хватит. Кстати, о металлах… У меня наметилась идея, как выбраться отсюда, но для этого потребуется объединить усилия. Клод, вы готовы нам помочь?

Он посерьёзнел.

– Да. Что я должен делать?

– Ну… есть несколько мыслей, – я покраснела. – Но сначала хочу спросить: Клод, вы можете выломать решётку? Или хотя бы поднять её?

Ведарси покачал головой.

– В этой ипостаси я лишь незначительно сильнее человека. Применение драконьей силы сродни магии и поэтому точно так же блокируется пиргитом. Впрочем, мы можем попробовать поднять её втроём.

Я с сомнением покосилась на решётку. Нет, вряд ли такое количество металла смогут хотя бы сдвинуть с места две хрупкие девушки и один запертый в уязвимом облике лост.

– Пролёт, – констатировала Феникс, безошибочно угадав направление моих мыслей.

– Ладно, предлагаю вариант второй, усовершенствованный. Честно говоря, не уверена, что это сработает, но попробовать стоит, – призналась я. – Феникс, – подруга с готовностью обернулась, – помнишь, как Мэйсон посоветовал мне выловить остатки инквизиторского зелья из крови, используя кольцо? Так вот, тогда выяснилось, что хотя пиргит – металл неземного происхождения и не может мгновенно изменять свою структуру под воздействием живого серебра, подобно другим материалам, он всё же теряет свои поглощающие свойства и превращается в труху – постепенно. Поэтому мы с тобой, Феникс, сейчас попробуем изменить участок решётки, а вы, Клод, попытаетесь выломать его. С простым железом-то справитесь?

– Не знаю, – задумчиво сощурился дракон. – Постараюсь. Если не прикасаться к пиргиту, возможно, я смогу призвать часть своей силы. А как бы хотелось сейчас перекинуться!

Я оглядела нашу тесную камеру и представила, как две несчастные равейны ровным слоем размазываются по каменным стенам.

– Обойдёмся пока без превращений. Вам силы понадобятся, когда мы будем отбивать детишек. Так что отдыхайте пока.

Для управления кольцом нужно всего-навсего ясно представить, чего именно ты хочешь. На первый взгляд, не сложно. Но если вдуматься… Я, к примеру, не представляю себе, как устроен пиргит и весьма скупо осведомлена о структуре живого серебра. Поэтому для инициации процесса превращения одного металла в другой обычно рисую в воображении картинку, на которой чёрное перекрашивается в белое.

Под «чёрным» подразумевается пиргит, а под «белым», соответственно, – живое серебро. На практике преображение происходит достаточно эффектно, с фонтанами искр и прочими дешёвыми спецэффектами, так что со стороны это больше похоже на газовую сварку.

Не знаю, как заставляла работать своё кольцо Феникс, но у неё решётка просто меняла цвет – и всё. Возможно, воображение у моей подруги функционировало не так убого, как моё, или она просто-напросто не проспала лекцию по алхимии, которую прочитала нам эстаминиэль Мелисса во время одного из визитов в Зелёный.

Как бы то ни было, итогом нашего получасового издевательства над законами физики стало посветлевшая область размером около квадратного метра. К тому времени мозги у меня чуть не закипели от постоянного муссирования одного и того же образа.

– Думаешь, сойдёт? – с сомнением покосилась я на подругу.

Клод, от нервного напряжения снова надевший маску слащавого высокомерного щёголя, наблюдал за нами со снисходительной улыбкой. Услышав мои слова, он вздрогнул и подался вперёд, жадно разглядывая изменённые прутья.

– А то! – несколько мечтательно откликнулась Феникс, поглаживая решётку. – Мы же так старались…

– Ну что ж, Клод – ваша очередь. – Я с удовольствием уступила ведарси место «на сцене», заняв его – «в первых рядах».

Мужчина нетерпеливо ухватился за решётку. Рванул, словно проверяя на прочность. Под рубашкой отчётливо напряглись мускулы.

Феникс почему-то нервно хихикнула.

Следующие пять минут прошли в безуспешных попытках расшатать, разогнуть, искривить или выломать несчастные прутья. Клод пыхтел, лицо его раскраснелось, очки сбились, а волосы от постоянного взъерошивания стали напоминать галочье гнездо – если бы, конечно, галки вили гнёзда из серебряной паутины.

– Сдаюсь, – отступился, наконец, дракон, – это мне не по силам. Простите.

Я поникла. Всё тщетно… А ведь такая хорошая идея была!

– Дайте-ка я попробую, – внезапно вмешалась Феникс. И заработала сразу два изумлённых взгляда – от меня и от Клода.

– Ну, попробуй, – махнула рукой я.

Девушка оправила куртку, зачесала пятернёй разлохматившиеся волосы, осторожно положила руки на решётку… и та засветилась – сначала красным, потом белым, а потом просто стекла вниз раскалённой лужей. Вода вокруг неё тут же вскипела и взметнулась горячим паровым облаком.

Я порадовалась, что мы с Клодом предусмотрительно отошли подальше – иначе сейчас точно обварились бы.

– Как ты это сделала? – вырвалось у меня поражённое. – Здесь же слишком сильное излучение для магии!

Клод смотрел так, что хотелось провалиться сквозь землю. Ну да, я не догадалась, но кто виноват, что сил у него не хватило?

– Ну, в пределах себя-то мы можем колдовать? – Она застенчиво ковырнула лужу мыском. Лично мне даже стоять рядом с раскалённым металлом было невозможно, но туфли «огненной» равейны нисколечко не пострадали. – Вот я и нагрела ладошки… а от них нагрелась решётка… Где-то две тысячи градусов, типа того, – рассеянно добавила Феникс, осторожно протискиваясь в дыру. – Или три. Ну, я не знаю, когда там железо плавится, пришлось побольше брать.