Зажечь звезду - Софья Ролдугина

– С крыльями – это пегас, – хрюкнула Феникс. – Который к поэтам прилетает… Вдохновение, вроде.

– А, ну да, точно…

– Издеваетесь? – тихо, но выразительно поинтересовался Серго. У меня разом пропало желание веселиться. «Паутинка» показалась ужасно ненадёжной… Держа марку, я выдавила из себя последний смешок, глубоко вдохнула и только после этого взглянула на пленника «липкой сети».

– Простите, Серго, я не нарочно. Наверное, нервное. На самом деле такие вот демонстрации, – я потянула одну из нитей, – совсем не в моём стиле. Грубая сила – это не метод эстаминиэль, поверьте. – Узор мягко рассыпался на отдельные «паутинки», почти сразу занявшие свои прежние места. Единорог (меня снова начинало распирать, когда я проговаривала это слово про себя) спрыгнул на пол без всяких видимых неудобств. Как будто и не было ничего: он даже не стал нервным жестом одёргивать одежду или отряхиваться, как обычно делают люди. – Ещё раз простите. Это было невежливо.

– Замётано. Я тоже, – он скривился, – погорячился. Но рыжие, гм, мне всё-таки нравятся больше.

Он улыбнулся.

– Ой, была бы здесь Этна… – мечтательно заметила Феникс, романтически устремляя взгляд вверх. Потом что-то представила, нахмурилась и тихо добавила тем же тоном: – Ой, нет, лучше бы не была…

– Она рыжая? – заинтересованно наклонился к нам Серго.

– Она – Этна, – мрачно просветила его я. – Вулкан такой, знаете ли. И по характеру тоже.

– Хорошо бы самому посмотреть, – задумался единорог.

– Серж! – синхронно взвыли Эмиль и Элиза. На лицах у них было написано здоровое опасение за рассудок Серго. Конечно, если уж мы, по собственному признанию, мирные и вежливые равейны такое учудили, то чего ждать от вулкана?

– Братишка, придержи на время свой характер, ладно? – добавила Элиза, застенчиво царапая ногтем стену.

– Нам действительно нужна их помощь. – Эмиль выразительно посмотрел на единорога.

Тот с осуждением покачал головой. Как мне показалось, оно скорее относилось к Эмилю, чем к нам.

– Не нравится мне это. Знаете, неплохие вы девки, хоть и равейны. – Он доверительно придвинулся, почти вплотную. – И мой вам совет: уезжайте, пока не поздно. Дурные дела здесь творятся.

– И эти дела мы, разумеется, обсудим за завтраком. – Эмиль со значением посмотрел на Сержа.

Волшебное слово «завтрак» тут же сплотило всех нас, как одну дружную семью. Эмиль, как и положено главе дома, раздавал указания. Клод, ухаживая за «милыми леди» усадил нас на почётное место на пушистой шкуре, Элиза позаимствовала из ниши в стене неглубокие керамические миски, десяток ложек и черпак, торжественно вручив их Сержу. Тот быстро стащил с огня чугунок и принялся раскладывать по пиалам рассыпчатое блюдо, по запаху напоминающее плов. Рой, тайком корча нам с Феникс презрительные гримасы, сноровисто, как официант со стажем, поставил перед каждым порцию, дополняя её куском неровно отрезанного хлеба. Мне дополнительно досталась ещё и маленькая белая таблетка – видимо, обещанное обезболивающее. Из всех ведарси только Эмилия ничего не делала, продолжая спать.

– Э… А вы не собираетесь её будить? – Я с сомнением покосилась на свернувшуюся перед очагом девушку.

Клод удостоил меня снисходительного взгляда.

– Она уже давно проснулась. Правда, дорогая?

– А в зубы? – равнодушно поинтересовалась она, не меняя позы.

– За что?

– За «дорогую». Или дождёшься, пока Рой разозлится? Или Эль?

– Твой супруг, в отличие от тебя, милая, не станет переживать по пустякам… Как и моя благоверная.

Мой бедный рассудок явно не успевал переваривать информацию.

– Так, подождите. Супруги? Разве вы не родственники?

Взгляды всех присутствующих, включая окончательно проснувшуюся Эмилию, устремились на меня. Воцарилось молчание. Я в полной мере прочувствовала, что значит быть брюнеткой среди блондинов. Причём единственной.

– Родственники, – неохотно ответил, наконец, Клод, усаживаясь на мех. – Но весьма дальние. Из нас шестерых только Эмиль и Эмилия, а ещё – Серж… Не смотри на меня так, пожалуйста… Хорошо, Серго с Элизой – достаточно близки по крови. Брат с сестрой и дед с внучкой. Мы с Эмилем – условно дядя и племянник, но наши семьи разошлись столько поколений назад, что уже не рассчитаешь точно степень родства. При этом я – брат матери Элизы… да, Серго, я помню, ты предпочитаешь звать её Эльзой.

– Мне всё равно, – быстро вставила девочка.

– Рой – брат Эмиля, но семьи разошлись за девять поколений до их рождения. При этом Эмилия и Рой – пара, как мы с Эльзой. Вот и всё, никаких секретов, и не стоило задумываться об этом… Да не сидите, как чужие, ешьте, – добавил он с улыбкой. – Приятного аппетита!

Я попыталась представить себе родственные связи в этой семейке, и впервые в жизни мне отказало воображение. Познавательная трапеза получается, да… Только есть уже что-то не хочется. А раз так – продолжим беседу.

– М-м-м… Эмиль, у вас такая сплочённая семья… Да и силы хватает. – Я задумчиво ковырнула ложкой смесь риса с мясом. Нет, это выше моих сил. Ограничусь хлебом, пожалуй. – Один единорог чего стоит, – «Если, конечно, Серго действительно единорог», – добавила я про себя. – Наверняка с вами считаются…

– К чему вы ведёте, Найта? – спокойно прервал моё мычание Эмиль.

Честно говоря, он представлял собой довольно забавную картинку: аристократичного вида мужчина в деловом костюме, восседающий с исцарапанной миской в руках на лохматой шкуре. Ведарси, обречённый на людях носить маску – здесь, в кругу своих, он мог не заботиться о её достоверности.

– Не представляю, какая проблема могла у вас возникнуть, – честно призналась я.

Воцарилась тишина.

– Дети, – веско произнёс Рой. – Пропали дети. Наши с Эмилией близнецы и приёмыш-авайен Клода.

Я закашлялась от неожиданности. Не вязались у меня «мальчик-одуванчик» и слащавый доктор с образами отцов.

– Давно пропали? – безмятежно поинтересовалась Феникс, кроша ногтями хлеб. Нервничает.

– Люк и Райва – около двух месяцев назад. Дафна – спустя неделю после первого исчезновения, – сухо ответила Эмилия. – Несмотря на то, что девочку берегли, как зеницу ока. Сила… – Она скривилась. – Сила – это, безусловно, хорошо, но только если знаешь, куда её направить. Мы не шакаи-ар, чтобы по запаху находить людей, – зло закончила фразу девушка. – И не маги, чтобы составить для этой же цели заклинание. Быть ведарси – не означает обладать всемогуществом. Да, дракона, или морского змея, или единорога трудно убить, я уж не упоминаю о воскресающих из пепла фениксах. В открытом бою мы непобедимы. Но дети беззащитны. Близнецы даже ещё не умели оборачиваться!

– Сколько им было лет? – вырвался у меня вопрос.

– Четыре года.