Жертва Ведьмака - Джозеф Дилейни

В конце концов пришло время отправиться в Сандерленд и начать наше долгое морское путешествие в Грецию. Мы наняли пять повозок, на которые погрузили все, что могло нам понадобиться, а одну повозку накрыли темной парусиной, чтобы защитить маму от солнца.

Ведьмы Пендла ушли на день раньше. Маб и ее сестры вошли в число семи Маулдхиллов. Также там было девять Динов и одиннадцать ведьм из клана Малкинов, включая Грималкин. Алиса отправилась с ними. Мы даже не смогли попрощаться друг с другом.

Кратким и грустным было наше прощание с Джеком, Элли и Джеймсом. Джек крепко обнял маму, и когда они разжали объятия, в его глазах стояли слезы. Она пошла к повозке, и я увидел, что и ее щеки мокры от слез. Я пытался вычеркнуть эту сцену из головы – казалось, что они расстаются навсегда и уже никогда не увидят друг друга.

Я также подумал о нашей последней встрече с Ведьмаком. Сейчас я отправлялся в незнакомый край навстречу великим опасностям. Может, я никогда не увижу его больше. Как жаль, что я не попрощался с учителем и не поблагодарил его за все как следует!

Поездка прошла без происшествий, и мы наконец прибыли в шумный Сандерленд. Глубина канала не позволяла крупным судам подходить к берегу, но дальше в лимане стоял на якоре трехмачтовый корабль. Это была «Селеста», зафрахтованная нами для отплытия в Грецию, один из самых быстроходных торговых кораблей в Графстве.

– Теперь ты понимаешь, для чего мне понадобились деньги? – сказала мама. – Зафрахтовать такое судно – недешевое удовольствие. Так же, как и найти моряков, согласных взять на борт ведьм.

Между берегом и кораблем туда-сюда сновали лодки с нашей поклажей. Вечернее солнце светило ярко, но дул сильный ветер, и я нервничал, глядя на волны.

Послышался радостный лай, и Стрела со своими двумя щенками рванула ко мне. Билл Аркрайт шел сразу за ними.

– Готов к отплытию, мастер Уорд? Неплохой денек для этого, – заметил он. – Небольшие волны, правда, и дальше будет гораздо хуже. Зато научишься ходить по палубе как моряк.

Я ничего не ответил и взглянул мимо него на Алису. Она стояла рядом со сбившимися в кучку ведьмами. Кажется, она тоже очень переживала, но, поймав мой взгляд, помахала мне рукой. Я помахал в ответ и посмотрел на ведьм, которые уставились на бушующие волны.

Море не было для них такой преградой, как пресная речная вода, например, но соль представляла опасность. Погружение в море грозило им гибелью. Даже брызги были для них ядовиты, поэтому ведьмы надели перчатки и гетры, а обычно босоногие Маулдхиллы натянули шерстяные носки. Их лица плотно облегали кожаные маски со специальными отверстиями для глаз, носа и рта. Впрочем, я не сомневался, что, несмотря на все это обмундирование, весь путь до Греции ведьмы проведут скрючившись в трюме «Селесты». Мама сказала мне, что команда корабля предупреждена насчет своих пассажиров, но на берегу ведьмы уже привлекли настороженное внимание, и большинство матросов их сторонились.

На двух больших лодках нас переправили на корабль – группами по шесть человек.

Мама отправилась первой, в сопровождении капитана «Селесты». Следом перевезли ведьм, их вопли и вой из-за соленых брызг постепенно стихали, удаляясь. Но Алиса не поплыла с ними. Она подошла ко мне и встала рядом.

– Не возражаешь, если я переправлюсь с тобой, Том? – спросила она несколько смущенно.

– Конечно нет, – ответил я.

Так что мы с Алисой и Аркрайт и его собаки отправились в последней лодке. Животные волновались и с трудом сдерживались, их хозяину пришлось даже несколько раз резко одернуть Стрелу, чтобы она спокойно легла. Лодка опасно кренилась, но, к счастью, переправа была недолгой. Взобраться по веревочной лестнице на борт оказалось довольно легко, а для собак спустили корзины.

Мама и капитан – краснощекий здоровяк с большими бакенбардами – стояли у грот-мачты. Мама поманила меня к себе.

– Это капитан Бейнс, – представила она с улыбкой. – Лучший мореход в нашем Графстве.

– Да, я родился и вырос в Графстве и в твоем возрасте, мальчик, уже был моряком, – ответил он. – Но насчет лучшего – не уверен. В нашей части света немало отличных моряков.

– Вы просто скромничаете, – сказала мама. – И потом, капитан, возражать леди некрасиво!

– Тогда приношу свои извинения, – поклонился капитан. – Действительно, я в большом долгу перед твоей мамой, – сказал он, поворачиваясь ко мне. – У меня два сына-близнеца – на прошлой неделе им как раз исполнилось по пять лет. Если бы не она, они бы умерли. И их мать, возможно, тоже. Твоя мама – лучшая повитуха нашего Графства.

Это была правда. До возвращения в Грецию мама принимала роды у многих женщин в Графстве и спасла немало жизней.

– И я действительно буду невежлив, если не покажу вам обоим свой корабль, – продолжал он. – Он станет вашим домом на ближайшую пару недель, так что вам, пожалуй, следует узнать, куда вы попали.

Капитан провел нас по разным отсекам трюма, в том числе камбузу и арсеналу, и вскоре я уже понимал, что он имел в виду. Хотя «Селеста» и выглядела внушительно с берега, на самом деле для такого количества пассажиров она была маловата. Каюты матросов, расположенные на носу корабля, казались тесными, но капитан отметил, что не все ложатся спать одновременно. У матросов три вахты, так что в любое время треть команды находится на дежурстве. Ведьм разместили на корме, в задней части корабля. Там же был отдельный кубрик, в котором предстояло жить мне с Биллом Аркрайтом. И еще две каюты: одна – для капитана, вторая – для мамы.