Дом Неба и Дыхания - Сара Маас

А внизу, в ваннах, устроенных прямо в полу…

Итан, стоявший слева от Брайс, шумно втянул воздух.

В ваннах спали три мистика, погруженные в зеленоватую мутную воду. Их лица скрывали дыхательные маски. Все они были одеты в белые сорочки, почти не скрывающие костлявых тел. Мужчина, женщина и… гермафродит. Так всегда было и будет. Совершенное равновесие.

В животе Брайс вновь появилось противное ощущение, словно кто-то вгрызался в стенки. Она знала: это будет продолжаться, пока она не уйдет отсюда.

– Перед тем как мы приступим к формальностям, не желаете ли выпить по чашке горячего чая? – спросил у Тариона старик, указав на массивный дубовый стол справа от основания пандуса.

– Нас время подпирает, – соврал Итан, вставая рядом с Тарионом.

Отлично. Пусть они и общаются с этим старым хрычом.

Итан выложил на стол золотые марки:

– Если этого недостаточно, выставите мне счет на остаток суммы.

Брайс удивила властность в тоне Итана. Этот тон она слышала и раньше, когда он, будучи капитаном команды, разговаривал с игроками. Он не раз вел себя как командир, но так было в прошлом. Итан, появившийся в ее квартире несколько дней назад, словно лишился всех командирских качеств.

– Конечно, конечно. – Маслянистые глаза старика переместились к пандусу. – Сейчас я разбужу моих чудесных помощников, и мы начнем.

Шаркая, он направился к пандусу и взялся за металлические перила.

Брайс оглянулась на трех мистиков в ваннах, на их тощие тела с бледной, сморщенной от постоянного пребывания в воде кожей. Рядом с ваннами в пол была вмурована плита с надписью на неизвестном языке.

– Не обращай на них внимания, госпожа! – крикнул ей старик, продолжая путь к платформе, находящейся посередине между потолком и полом. Бóльшую часть платформы занимал пульт, усеянный множеством рычажков, колесиков и циферблатов. – Когда мистики не заняты делом, они спят. Даже я не знаю, куда они путешествуют в своих снах и что видят.

Говорили, будто мистики способны видеть все миры. Дар не тяготил их и не отнимал силы. Но главной была не их удивительная способность, а то, чем они пожертвовали ради нее.

Жизнью. Настоящей, полноценной жизнью.

Брайс слышала, как Тарион натужно сглотнул. А ведь она его предупреждала. Десять раз твердила, чем все это кончится.

– Их семьи получают внушительную компенсацию, – сказал старик.

Казалось, он повторяет заученные фразы, составленные для успокоения излишне чувствительных посетителей. Старик добрался до пульта и защелкал тумблерами. Что-то зажужжало. Внутри ванн зажглись дополнительные светильники, ярче высвечивая тела мистиков.

– Это я говорю на тот случай, если вас волнует судьба моих помощников.

Он щелкнул еще одним тумблером. Брайс попятилась, когда в воздухе появилось голографическое изображение их солнечной системы. Золотой шар стал центром модели, обозначая солнце. Тарион шумно вздохнул. Чувствовалось, он впечатлен увиденным. Итан внимательно рассматривал голограмму, словно надеялся увидеть там своего брата.

Не дожидаясь спутников, Брайс стала подниматься по пандусу. Тем временем семь планет заняли свое положение в небесной иерархии, а в глубине вспыхнули звезды.

– А семьи мистиков навещают их? – спросила она, не сумев сгладить резкость тона.

Вообще-то, она не имела права приставать к старику с подобными вопросами. Она добровольно согласилась прийти сюда и воспользоваться способностями мистиков.

– Это не лучшим образом повлияло бы на обе стороны, – безучастно ответил старик, продолжая возиться с пультом.

– Как вас зовут? – спросила Брайс, продолжая подниматься.

– Длинноногая… – одернул ее Тарион.

Она пропустила его предостережение мимо ушей. Итан молчал.

Однако старика ничуть не задел ее вопрос.

– Некоторые зовут меня Астрономом.

– А другие? – желчно спросила она.

Астроном не ответил. Брайс поднималась все выше, к голографическим небесам. Тарион с Итаном плелись следом. Похоже, придурки запоздало поняли нелепость прихода сюда.

Один из мистиков дернулся, расплескивая воду.

– Нормальная реакция, – пояснил Астроном, глядя на показания циферблатов. – Всех почему-то там волнует благополучие моих помощников. Думаю, вам известно, что они сами сделали выбор. Я не принуждал их к сотрудничеству. – Он вздохнул. – Отказаться от жизни в мире, который мы называем реальным, чтобы созерцать такие чудеса вселенной, каких ни один ванир и смертный никогда не увидят. Эти трое хорошо работают, – пощипывая бороду, добавил он. – Они у меня не первый год, и никаких сбоев. А вот предыдущая группа… Их занесло слишком далеко и очень надолго. Я не сумел их дозваться. Один ушел и увел с собой остальных. Вся моя работа пошла прахом.

Брайс поставила мысленный заслон оправданиям старика. Правда была общеизвестна: мистики появлялись у всех народов и происходили преимущественно из бедных семей. Настолько бедных, что, когда рождался ребенок, наделенный таким даром, родители торопились продать его предсказателю вроде Астронома, который эксплуатировал талант мистика до самой смерти последнего. Одни умирали прямо в ваннах, одинокие и всеми забытые. Другие забирались в такие глубины космоса, что уже не могли найти обратную дорогу в свой разум.

Руки Брайс сжались в кулаки. Микай попустительствовал этому. Да и ее дерьмовый папаша закрывал на это глаза. Королю Осени вполне хватало власти, чтобы положить конец эксплуатации мистиков или хотя бы добиться запрета на столь варварское обращение с ними, но он палец о палец не ударил.

Усилием воли она подавила отвращение и заставила себя сосредоточиться на голограмме неба:

– Ваша звездная карта…

– Она называется планетарий.

– Этот планетарий – техническое устройство? – спросила Брайс, встав рядом с Астрономом. – Или магическое?

– А разве оно не может одновременно быть тем и другим?

Брайс снова сжала кулаки. В мозгу появилась неясная картина из детства.

– Такой же планетарий есть в личном кабинете Короля Осени.

– Да. И великолепный, скажу тебе. – Астроном щелкнул языком. – Его в давние времена изготовили авалленские умельцы Я не имел чести видеть ту модель, но слышал, что по точности она не отличается от моей или даже превосходит ее.

– А зачем вам эта… штучка?

– Подобный вопрос может задать лишь тот, у кого нет потребности заглядывать в космос. Планетарий помогает нам получать ответы на самые фундаментальные вопросы. Например: кто мы? Откуда мы?

Брайс промолчала. Воспользовавшись паузой, Тарион откашлялся.

– Своими вопросами мы не отнимем у вас много времени.