Ты - дура! Или приключения дракоши - Елена Белова

Но выяснять отношения я сейчас не пойду.

Нет уж.

Попозже. Когда колдун будет один. И не здесь.

Пусть объяснит мне все: и про переброс, и про Лесогорье… интересное название. И пусть только попробует снова соврать, поганец! А сейчас… сейчас надо о другом думать.

Неужели я смогу вернуться? Рик, я увижу Рика! Господи, неужели… ой… а как папу оставить?

Задрожал телефон. Хорошо, что на немом режиме стоял, никто не услышал.

Черт, этого еще не хватало!

Я вымелась из приемной, как студент-бюджетник из дорогого ресторана. Ага… Секретарь далеко не ушел – не дальше первой приемной. Люба вовсю охмуряла очкарика, Ольга перекрыла выход. Молодцы, подружки.

Я схватилась за телефон.

– Да?

– Александра Игоревна, говорит Татьяна-вторая. Я от Софии Леонидовны звоню, нового врача. В детдом только что доставили оборудование и лекарства.

– Ну так это ж хорошо?

– Не уверена. Врач говорит, что оборудование еще ничего, особенно для солярия. А лекарства частью просроченные, частью подделка. Витамины – целиком контрафакт, детям их давать нельзя. Словом, вам лучше приехать.

* * *

Хомяк сжался на своем дорогом кресле, как крыса в мышеловке.

– Александра Игоревна, я только сделал заказ! Откуда мне было знать, что товар некачественный?

– Действительно, откуда ему было знать? – как бы про себя проговорила Татьяна – Подумаешь, упаковки-то одинаковые.

– Вот именно! – обрадовался крысохомяк.

– Только дешевле в полтора раза.

– Ну… я не…

– А что, брат не предупредил, что товар просроченный? – Голос у Тани был ласково-сочувственный, как шерсть дикобраза. И так же вот-вот выпустит иголки.

– Какой… брат? – Хомяк вспотел.

– Ваш. Владелец аптечного склада. Варсонофьев Петр Вениаминович! У которого вы купили лекарства.

– Как интересно! – пропела я (именно пропела, хотя настроение было – придушить эту сволочь!). – Надо папе рассказать – он развеселится.

Директор хрюкнул. Встречаться с моим папой и юристами ему явно не хотелось.

– Где деньги, урод?

Хомяк еще сильней съежился, затравленно оглянулся и вдруг сорвался с кресла!

– А ну стой!

Он нашелся у подъезда. В новом джипе, довольно дорогом. Сидит, лапками по панели шарит.

– Ключики ищем? – ухмыльнулась Татьяна. – А они вот они. Ты, крыса! У детей воровать?!

И вдруг хомяк… окрысился, иначе не скажу. Глаза нехорошо сверкнули, пальцы скрючились, и он вцепился в руль, как в чье-то горло. С ненавистью.

– Да кому они нужны, эти отродья пьяниц, кому?! Все равно вырастут отбросами, как их родители! А мне всего сто тысяч не хватало, всего сто тысяч! Всего-то сто, пока фарт прет! Что, обеднеет она от этого? Все равно ведь надоест ей эта игрушка, поразвлечется, поиграет в добренькую и бросит! И снова возись с этими пискливыми крысенышами, рацион им, витаминчики, прививки! А что мне с этого?!

Крысеныши?

Ах ты скотина…

Такой злости, такой кипящей злобы я давно не чувствовала. Просто в глазах потемнело. И почему-то заскрипела под моими пальцами дверца машины.

– Ах ты крысохомяк… Ах ты тварь помойная…

– Александра Игоревна!

– Пустите! А! А! А-а-а-а!

Что-то хрустнуло, асфальт под ногами задергался, словно вырываясь ко всем хурмысам, кто-то вскрикнул, кто-то дико заверещал, как перепуганный кролик; спину, шею, голову как молнией прошило… ох… мамочка… мама… Воздух пошел волнами, очень горячий, горячий, горя…

И все кончилось.

Стихло. Ушло. Меня еще трясло, глаза еле открыла.

И увидела зеленоватое небо.

В первый момент я замерла. Не может быть… Не… не…

Зеленое небо! То самое солнце! Знакомые деревья. И воздух, совсем не московский воздух! Неужели?! Ветер принес еще больше этого свежего воздуха, дунул в лицо, погладил чешую, и я радостно засмеялась, раскинув крылья ему навстречу. Я здесь! Я вернулась!

– Александра?! – послышался за спиной голос, от которого сердце ухнуло куда-то в хвост. Я быстро повернула шею – Рик! Рик, мой шаман, Рикке!

Он стоял рядом с копией своей избушки и смотрел на меня серыми глазами. Это точно он? Это не глюк?! Но глюк же не будет держать в руках деревянную миску с мыльной пеной?

– Санни? – Он тоже головой тряхнул, словно не верил. Отложил в сторону миску. – Санни?

– Рик…

– Ты вернулась?

– Ну…

– А это что?

Я опустила глаза. Ой… моя правая лапа все еще сжимала дверцу того самого джипа. Малость покореженного. Ой… Я быстренько отпихнула эту пакость подальше. Из нее выпрыгнул какой-то зверек, типа крысы… или хомяка… Он оглянулся, пискнул и метнулся в кусты, но я внимания особого не обратила. Рик важнее. Ну что он молчит? Не рад?

– Рик? Ой, секундочку. – Я углядела на кусте две сохнущие рубашки, сцапала одну и быстренько кувыркнулась. – Рик, это я.

– Ага…

Я шагнула ближе.

– Я вернулась!

– Ага… – Шаман говорил как-то сдавленно, словно никак поверить не мог. Или не хотел?

– Ты не рад? Ну что ты молчишь?

Серые глаза потеплели, и он наконец шагнул мне навстречу.

– Рад. Очень. Просто… просто я так надеялся, что ты там в безопасности! И вот. Ох, Санни…

А руки у него по-прежнему теплые, надежные-надежные. Ну не переживай так, милый. Я здесь.

– Ну, Рик. Ну что-нибудь придумаем. А? Хочешь, я этого Ставинне еще дальше пошлю?

– Санни! Ты…

– Знаю. Я дура. Но ты ж меня все равно поцелуешь?