Девчонка из Слезных трущоб - Ирина Матлак

Я мысленно застонала: глубинные возьми, как же не вовремя!

Второй страж, который уже потихоньку начал соглашаться с доводами первого, сурово нахмурился и потребовал:

— Имя, фамилия, кем приходитесь Фриде… — он заглянул в свои записи, — Фриде Талмор.

Папочка сдвинул брови, стиснул челюсти, и к голосу северного орка добавился его же облик. Вся поза папы так и говорила: живым не дамся!

— Ясно. Обыск, — не терпящим возражений тоном резюмировал страж.

И началось.

Оттеснив меня в сторону, стражи покинули ранее осмотренную гостиную и вошли в папину спальню. Отец пытался возражать и сопротивляться, но пьянство сильно сказалось на здоровье, сила была уже не та, и серьезным препятствием на их пути он не стал. В его комнате я и сама не была уже поднебесные знают сколько и сейчас с ужасом обнаружила, в какой же она превратилась свинарник. Куча пустых бутылок, недоеденные, покрывшиеся плесенью бутерброды и одинокий носок, почему-то болтающийся под потолком.

Стражи увиденным тоже прониклись и тут же ретировались, отметив у себя в записях, что ничего подозрительного не найдено. А вот моя комната подверглась обыску с пристрастием — долгому и скрупулезному. Я взирала на сие действо с тоской и безнадежностью, понимая, что скоро у блюстителей правопорядка появятся ко мне новые вопросы.

В какой-то момент стало даже смешно: пряча браслет под матрац, я ведь всерьез не предполагала, что кто-то задастся целью отыскать его, да еще и так скоро.

На пол летели аккуратно разложенные на столике вещи, из шкафа доставалась немногочисленная одежда, с кровати снимались одеяла. Испугавшийся будильник сам потихоньку скатился с тумбочки и отполз под свою любимую колченогую табуретку — от незваных гостей подальше.

— Та-а-ак, — протянул второй страж, с каким-то мрачным удовлетворением глядя на меня.

— Та-а-ак, — вторил ему первый, неотрывно смотря на появившийся в руках напарника браслет. — И откуда это у нас?

— Прислали, — обреченно выдала я, понимая, что на этот раз мне конец окончательный и беспросветный.

— Кто прислал, ты, конечно, снова не знаешь?

Все, первый страж мне определенно разонравился!

— Слушай, — задумчиво проговорил он, переведя взгляд на напарника. — А не тот ли этот браслет, что пропал из поддельной коллекции? Помнишь, позавчера в следственный отдел столичный торговец обратился? Сказал, что его обманули, продали поддельный жемчуг, да к тому же еще и обокрали?

Напарник явно помнил, и теперь на меня обратились сразу два одинаково подозрительных взгляда, не сулящих ничего хорошего.

Мне не дали ни собраться, ни попрощаться с ничего не понимающим папой и буквально силком потащили на улицу. Я же в это время вспоминала разговор двух пиратов, услышанный у старого причала. Кажется, тогда они говорили о том же, о чем сейчас стражи. Получается, речь шла о торговце, окатившем меня презрением на рынке. Ему продали поддельный жемчуг, а потом у него же выкрали браслет, чтобы отправить мне? Но ведь это бред какой-то…

Пока я пребывала в размышлениях, меня под любопытные взгляды обитателей трущоб затолкали в казенную карету. Второй страж остался допрашивать отца, а первый повез меня в следственный отдел, располагающийся неподалеку. Все происходило настолько стремительно, что я окончательно опомнилась и осознала весь масштаб катастрофы, лишь когда карета тронулась с места.