Потерявшиеся в мирах - Валентина Ульянова

И тут друзья заметили за его спиной проступающий среди тучи чёрный как ночь силуэт с распростёртыми когтистыми крыльями и с протянутой, как у кукловода, рукой.

— Инфида! — в ужасе воскликнул Сергей.

— Это она помогает ему летать! — догадалась Ася и почувствовала, как тяжелеют руки и путаются мысли. — И она гипнотизирует нас… — пролепетала она.

«Ещё немного, и мы не сможем ни молиться, ни сопротивляться, она не даст! — подумала девочка. — Что-то надо сейчас же придумать!» Но ничего не приходило в отяжелевшую, отуманенную голову…

Тем временем Маландрин вновь подлетел, потрясая ножом, и с криком:

— О Инфида, помоги мне принести тебе жертву! — обрушился на ребят.

Мальчики, у которых руки и головы тоже будто бы налились свинцом, мужественно сопротивлялись из последних сил. Они колотили колдуна по рукам, старались выхватить нож, пытались сдёрнуть его на землю. Но всё напрасно. По рукам их струилась кровь, глаза застилал колдовской туман, а чародей, по-прежнему сильный, нападал снова и снова.

Ася теперь могла вспомнить только обрывки молитв.

— Господи, помоги! Господи, помилуй! — отчаянно твердила она, пытаясь удержать в путающихся мыслях хотя бы коротенькие молитвы, но слова ускользали из меркнущего ума неудержимо. Но вдруг какой-то маленький отрывок псалма, который она так недавно замечательно помнила весь наизусть, всплыл в её памяти, и она в отчаянном молении почти выкрикнула эти защитные, явившиеся из другого, прошлого, чудесного мира, слова: — …ангелом Своим заповесть о тебе, сохранити тя во всех путех твоих!

И стоило ей сказать слово «ангел», как два воспоминания вспыхнули перед ней, точно молния. Она вспомнила, что, когда страшный Эдакс застиг её врасплох в гротах зловещей Тенебры, она позвала огнекрылого Игниса, ангела-хранитея Радоплеса, и он явился мгновенно, и защитил её, повергнув Эдакса ниц. И тут же представилось ей золотое изображение ангела на запертой Азавидом двери часовни. Оба воспоминания промелькнули в её уме в долю секунды, и сейчас же она воскликнула в полный голос:

— Ангел Светодолья, помоги нам, ради Христа!

В тот же миг белая, сверкающая молния прорезала небо сверху донизу. Инфида отпрянула и взвилась в зенит, в сумрачную глубину клубящихся туч, сверху раздался отчаянный вскрик Маландрина и секунду спустя он упал на камни балкона. И остался лежать чёрной помятой кучкой тряпья. Друзья застыли на месте.

Но вот снова сверкнула молния, расколов надвое небо и осветив всё вокруг голубоватым ослепительным светом. Однако грома не последовало. Ребята недоумённо переглянулись.

«Это не молния, — обрадованно догадалась Ася и вскочила с колен. — Это Ангел Светодолья прилетел нам помочь!»

Друзья подняли головы и вгляделись в небо. Ангел летал так стремительно, что рассмотреть его было почти нельзя, и им показалось, что среди туч мелькают, сражаясь не на жизнь, а на смерть, две молнии: одна — блистающая белым огнём, другая — чёрная, точно провал в никуда. Порывистый ветер превратился в вихрь, и свинцовые тучи закружились над башней быстро, словно в кошмарном сне.

Ася опомнилась первой:

— Бежим отсюда, пока Маландрин не очнулся!

И ребята бросились в смотровую башню, на лестницу, вниз. Они неслись, перескакивая через ступеньки, кружась в узком колодце, как на карусели, пока не выскочили во двор. Лишь отбежав от башни подальше, под защиту деревьев, они оглянулись.

И вовремя. В небе над их головами сверкающий ангел алмазно-ярким копьём ударил в чёрный согнутый силуэт с нетопыриными крыльями, и тот мгновенно исчез, разлетевшись по небу мутными круговыми волнами. Один из этих чёрных кругов долетел до башни Углынь — и она взорвалась, как от бомбы. Камни снарядами засвистели вокруг, тяжёлые глыбы древнего основания расселись, словно были сделаны из песка, и с грохотом обрушились в пропасть. Вторая волна, оставшаяся от Инфиды, пронеслась над руинами и сравняла их с землёй.

И всё утихло.

Ошеломлённые, стояли друзья на опушке багряного, притихшего леса. Ни грозного трезубца башни Углынь, ни Инфиды, ни Маландрина больше не было. Тучи рассеялись и золотистый солнечный свет полился на мир с голубого, по-осеннему прозрачного неба.

— Вот это да… — выдохнул Сергей, озираясь.

— Смотрите! — воскликнул Небензя и показал туда, где только что темнела дремучая чаща.

Деревья исчезали у них на глазах, открывая широкую каменистую дорогу, круто спускавшуюся вниз за седлом перевала.

— Вот он где оказался, перевал… — задумчиво пробормотал бывший ученик звездочёта. — Спрятан был колдовством!

— Ну да, — догадалась Ася, — Маландрин зачаровал это место, чтобы князь и его гонцы не нашли обратного пути в Светодолье. Так они с Азавидом надеялись сохранить свою власть.

— А… Кто это был? — снова спросил, оглядываясь, Небензя. — Кто победил Инфиду?

— Я помолилась Ангелу-хранителю вашего княжества, — улыбнулась Ася, — чтобы он нам помог. Он прилетел и помог.

— И сразу исчез! — с горечью воскликнул Небензя.

— Конечно, — пожал плечами Сергей, — он же сделал то, о чём его попросили. Инфида побеждена, башня с её чтилищем пала, и колдуна больше нет. Уверен, что больше нет и Мруста. Только, наверное… — он вздохнул, — ещё остались болезни тех, кто поклонялся им. Эта боязнь света…

Небензя и Ася с непониманием посмотрели на Сергея. Тогда он коротко рассказал им, как Инфида натравила на жителей княжества чёрный вихрь.

Ученик звездочёта слушал, широко распахнув глаза.

— Я ничего не знал, — беспомощно выдохнул он, когда Сергей замолчал.

Друзья с немым состраданием посмотрели на него.

— Я не знал! — воскликнул мальчик, и всё лицо его залил жаркий румянец ужаса и стыда.

— Да, конечно, не знал, — успокаивающе согласился Сергей.

Но Небензю это совсем не утешило, он потупился, помолчал и угрюмо сказал земле под своими ногами:

— А должен был бы понять! Меня разве бабушка не предупреждала?! А я ничего знать не хотел! Получается, что я сам кругом виноват! Получается, что я предатель. Предал Благословенного! И бабушку! И всех!

Ася положила руку ему на плечо.

— Теперь, всё будет хорошо, вот увидишь, — сказала она. — Главное, ты всё понял. Бог прощает того, кто кается.

Сергей похлопал товарища по спине:

— Ася права, Бог прощает! Не горюй!

Небензя с недоверием посмотрел на них, но увидел их сияющие глаза и просветлел:

— Как хорошо! Я постараюсь заслужить…

Но не успел он договорить, как вдруг на перевал из-за горы выбрался путник. Худой и оборванный, он шёл, шатаясь, едва держась на ногах. Ребята кинулись на помощь ему. Увидев их, он вздрогнул, огляделся и обрадованно прохрипел: