Алиф-невидимка - Дж. Уиллоу Уилсон

— Я никогда не хотел стать героем, — произнес Алиф, понимая, что это правда. — Моей целью было то, что происходит — победить.

Дина с восхищением смотрела на него. На волне всеобщего воодушевления Алифу вдруг безумно захотелось поцеловать ее, прямо здесь, в бушующем эпицентре революции, подобно герою в американских фильмах. Он бы, безусловно, поддался этому желанию, если бы не услышал полный ужаса крик, донесшийся с другого конца комнаты. Кричал какой-то мужчина. Толпа заволновалась, и несколько голосов стали требовать веревку.

— Что происходит? — спросил Алиф мужчину с набриолиненными волосами, то и дело выкрикивавшего команды. Тот повернулся к юноше и осклабился, обнажив темные от никотина зубы.

— Похоже, нам попался принц, — ответил он. — Змееныш, хозяин этой квартиры.

Алиф почувствовал, как у него кровь отлила от лица.

— Абу Талиб, — в ужасе прошептала Дина.

Алиф не ответил. Он начал расталкивать толпу, пробиваясь к центру комнаты. Не обращая внимания на сыпавшиеся в ответ удары и тычки, он упорно двигался в сторону белого головного убора, мелькавшего среди незнакомых темных голов манифестантов. Не успел он сделать нескольких шагов, как кто-то схватил его за запястье и пребольно впился в него ногтями. Алиф вскрикнул, пытаясь выдернуть руку, и вдруг почувствовал, как его тащат обратно к окну.

— Хитер же ты, гаденыш! — На лице Руки красовался синяк. Из уголка рта сочилась тонкая струйка крови. — Ты сбросил меня с резервной сети. Ясно, что ты вник в «Альф Яум» гораздо глубже, чем я думал.

— Я не пользовался «Альф Яум», — прохрипел Алиф, — я использовал свою программу. Тин Сари.

— Не ври мне. Что, этот дилетантский клавиатурный регистратор? Я же испытывал его на твоих друзьях. Тридцать два процента совпадений. Это даже хуже, чем гадание на кофейной гуще. — Рука еще сильнее сжал его запястье.

— У тебя не хватило терпения. — Алиф пытался вырваться, но это ему не удавалось, поскольку Рука обладал поразительной для субтильного человека силой. — Надо было дать ему время для сбора достаточного объема данных. На это уходят недели.

— И опять ты врешь. Никакая зомби-сеть не научится определять отдельную личность, хоть ты ей годы на это дай.

Ноги Алифа с хрустом заскользили по битому стеклу. Сквозь разбитое окно снизу доносился неровный гул толпы. С нарастающей тревогой Алиф вдруг понял, что Рука хочет столкнуть его вниз. Безглазые твари с каким-то странным любопытством подкрадывались к нему сквозь непрестанно двигавшиеся и шаркающие ноги манифестантов. Алиф отчаянно вырывался, кричал и извивался, из-под его ног вылетали осколки стекла, скользившие по заплеванному и замусоренному мозаичному полу. Рука, казалось, не замечал его яростных попыток и почти шутя сжимал руку Алифа мертвой хваткой, словно в него вселилась сила, о существовании которой он и не подозревал.

— Она не заработает, — настаивал он, — эта твоя зомби-сеть. Ни одна программа не может проникнуть в невидимое, в то, что скрыто в сердцах людей.

— Она и не работает.

Алиф собрал все силы в один рывок, и ему удалось сбросить хватку Руки. Тяжело дыша, он прислонился к металлической балке, обрамлявшей окно.

— Программа не имеет никакого отношения к невидимому. Она работает, поскольку засекает нечто явное. Используемые тобой слова, то, как ты их употребляешь, как ты их печатаешь, когда ты их отправляешь. Подобные вещи нельзя скрыть за новым именем. Невидимое остается невидимым. А очевидного не спрячешь.

Толпа всколыхнулась, прижав Руку к Алифу, а юношу к оконной раме. Дина исчезла за лесом поднятых рук со сжатыми кулаками. Само прикосновение к Руке было Алифу столь ненавистно и отвратительно, что у него затряслись руки. Хотя в окно вовсю светило солнце, на него вдруг обрушились воспоминания о тьме и о том, кто его туда бросил. Взмахнув руками, он обхватил ладонью торчавший из рамы зазубренный осколок стекла и испытал какое-то странное облегчение, когда его руку пронзила резкая боль.

— Ничтожный червяк! — Рука высвободился и схватил Алифа за горло. — Червяк, который грызет и грызет, пока все не рухнет. Кто ты? Кто ты на самом деле?!

Задыхаясь, Алиф выхватил из рамы осколок стекла и, описав рукой широкую дугу, полоснул Руку по шее и по плечу. Тот взвыл от боли, когда на его белом одеянии заалела широкая полоса. Его хватка ослабла, рука отпустила шею Алифа, бессильно свесившуюся набок. Рука попытался совладать с собой, поднявшись и неуклюже стараясь дать команду безглазым тварям, сжав кулак здоровой рукой. Но ничего не произошло. Твари с любопытством таращились на него своими перепончатыми мордами, но не сдвинулись с места. Они оказались скорее практичными, нежели верными, как он и говорил.

Рука отступил нетвердыми шагами и скрылся в толпе. Последнее, что Алиф прочел в его потухших глазах, были недоумение и досада.

* * *

Собрав все силы, Дина пробивалась к Алифу. Она не заметила, как ее никаб зацепился за чей-то рюкзачок и съехал набок, на какое-то бесценное мгновение открыв нижнюю часть ее лица. Ее губы, которые Алиф так и не поцеловал, были сжаты от страха. Секунду спустя она скрылась за мужчинами, толкавшими друг друга и выкрикивавшими проклятия. Толпа в ужасе отпрянула, когда один из них ударил другого и сбил его с ног. Алифа намертво прижали к подоконнику, он отчаянно забился, ища ногами пол. Совсем близко он увидел зеленые глаза Дины в обрамлении черной ткани. Кто-то попытался схватить его за шиворот, но было уже поздно: Алиф вывалился из окна. Он взмахнул руками, пытаясь за что-нибудь уцепиться, но тщетно — вокруг был только воздух.