Алиф-невидимка - Дж. Уиллоу Уилсон

Шум вентиляторов усилился, становясь почти осязаемым. Алифу казалось, что он слышит шум информационных потоков, когда в Городе стали подключаться провайдеры: пакеты нулей и единиц, разбегавшихся в стороны от хост-серверов и сетевых накопителей, пересекавших океаны, привлекавших новых сторонников революции через тысячи социальных сетей, где за миллионами жидкокристаллических дисплеев, хотя и невидимые отсюда, сидели настоящие, живые люди. Шум вентиляторов отозвался ревом толпы на площади, где демонстранты обнаружили, что их смартфоны и планшетники снова были онлайн. Ослабла цифровая хватка, которой Рука крепко держал Город. Мир узнает о происходящем на площади через тысячи новостных постов и загруженных видео и станет свидетелем перемен. Алиф вдруг перестал бояться, наслаждаясь слившимся воедино гудением людей и машин.

— Что это за шум?! — взревел Рука. Очнувшись от транса, он закрыл уши ладонями.

Алиф улыбнулся.

— Иллюзия свободы, — ответил он.

В коридоре послышались голоса. Тени множества поднимавшихся по лестнице людей заплясали на стенах, серыми пятнами падая на белоснежную отделку за порогом квартиры Нового Квартала. В комнату ворвался «передовой отряд» мальчишек, вооруженных палками и выкрикивавших лозунги на трех языках.

— Тебе конец! — завизжал Рука. — Вам всем конец!

Он повернул к Алифу искаженное гримасой безумия лицо и сделал какой-то странный жест левой рукой. Безглазые твари разом обернулись к нему. Алиф попятился к балкону, когда они бросились на него. Краем глаза он видел Дину, пробивавшуюся к нему сквозь толпу, и рассыпавшего проклятия Нового Квартала в его белом одеянии, зажатого среди плотной, разгоряченной людской массы.

Заполнившая комнату толпа, казалось, не замечала десятков ощетинившихся клыками пастей, издавших вой, когда Алиф поскользнулся на битом стекле и врезался в металлический поручень ограждения за окном. В тридцати метрах под ним простиралась площадь, представлявшая собой ревущее море людских голов. У Алифа закружилась голова, и оно стремительно ринулось на него. Он прижался спиной к ограждению, стараясь обрести равновесие и чувствуя спиной разогретый металл. Рука вопил на каком-то ужасном языке. Он поднял левую руку с зажатыми в кулак пальцами. Безглазые твари дернулись, взвыли и прыгнули, целясь Алифу в глотку.

Алиф увернулся, как мог. Две твари по инерции вылетели в окно и с визгом исчезли в раскаленном воздухе. Остальные отпрянули, трусливо прижавшись брюхом к полу. Они не обращали внимания на людскую толпу. Каким-то образом они ускользали из-под ног манифестантов, крутясь и извиваясь, словно тени на воде. Никто их не замечал.

Издав отчаянный вопль, Рука начал пробираться к окну, на своем пути повалив толстяка, вооруженного шампуром. Алиф напрягся, изготовившись дать отпор. Он никогда не дрался по-настоящему, но все же сжал кулак, потом разжал и сжал снова, поняв, что большой палец оказался внутри. Когда Рука сделал замах, Алиф поднял руку, чтобы ударить сбоку. Но Рука замахнулся не на Алифа.

Он рванулся к Дине.

Она почти пробралась к нему сквозь толпу, что-то крича, но он не слышал ее из-за всеобщего гама. Рука схватил ее за одеяние в районе шеи и дернул ее голову назад. Край ее никаба съехал, под ним были видны черные локоны, мокрые от пота. Глаза ее в ужасе округлились. Алиф закричал во весь голос, но его крик поглотили рев и громкое скандирование толпы. Стена из тел, ярких одеяний и самодельных лозунгов сомкнулась, и Алиф потерял ее из виду. Он толкнул стоявшую рядом женщину в бежевом в клетку хиджабе, лишь на секунду ощутив угрызения совести, когда она вскрикнула и в испуге отпрянула. Алиф ринулся в образовавшееся свободное пространство, ища глазами белое одеяние Руки или черный никаб Дины. Отвратительные безглазые твари безмолвно таращились на него из-под ног и локтей зажатых в толпе людей.

Наконец он увидел тянущиеся к нему знакомые тонкие смуглые пальцы и схватился за них. Они сжали его руку. За чьим-то плечом Алиф заметил, как Рука заскрипел зубами и завернул платок никаба Дины ей за голову, стянув тканью ее нос и рот. Ее пальцы разжались и потянулись к лицу, чтобы дать доступ воздуху. Алиф ринулся к Руке, опрокинув высокого мужчину на группку подростков. Рука вскрикнул от изумления. Отпустив Дину, он замахал руками, но безрезультатно: он неуклюже вклинился между двумя орущими прыщавыми юнцами, один из которых посмотрел на него с равнодушным отвращением, после чего резко ударил его локтем по горлу. Издав булькающий звук, Рука рухнул на пол, исчезнув в царившей вокруг толчее.

— Все в порядке? — Алиф едва слышал сам себя. Грудь Дины тяжело вздымалась под одеянием; на левом глазу, там, где лопнул сосуд, алело неровное пятнышко. Ничего не ответив, она прильнула к Алифу. Он подхватил ее на руки и двинулся мимо двух мужчин, поливавших друг друга градом взаимных обвинений: одного — с красной нарукавной повязкой коммунистического блока, другого — с густой бородой исламиста. В комнате было нечем дышать из-за висевшего в воздухе тяжелого запаха пота и крови. Алиф пробирался к разбитому окну, из которого веяло хоть и горячим, но все-таки свежим воздухом, заслоняя голову Дины от воздетых вверх кулаков и лозунгов, которыми размахивали манифестанты. Дойдя до окна, он поставил девушку на ноги и прислонился к стене, тяжело дыша.

— Как твой глаз? — спросил он. — Он сильно тебя ударил?

— Не очень, — едва слышно прохрипела она. Дина дрожащими руками поправила никаб. — Нам надо выбраться отсюда, прежде чем толпа окончательно озвереет. А где Абу Талиб?

Алиф приподнялся на цыпочки и вытянул шею, внимательно осматривая комнату. Ему показалось, что он заметил белый головной убор Нового Квартала в самой гуще толпы, но его заслонило лицо мужчины с набриолиненными волосами, от которого разило табаком. Он, словно оружие, то и дело вскидывал вверх свой смартфон.

— Появился Интернет! — гремел он. — Мобильники заработали! Электричество включилось! Все на площадь!

Голубоватый свет на мгновение сравнялся с сиянием заходящего солнца, когда люди достали из карманов и рюкзачков телефоны и планшетники. Темные твари, словно подстегнутые, разбежались по комнате, с сухим треском натыкаясь друг на друга.

— Это все ты, да? — Дина потянула Алифа за рукав рубашки. — Это из-за того, что ты сделал?

— Да, — еле слышно ответил Алиф.

Хотя сумка, где лежал его тихо урчавший нетбук, выдававший алгоритмы, затерялась где-то в людской толчее, результат его работы был налицо. Если бы он закрыл глаза, то увидел бы, как по экрану ползут его команды, и представил бы каждый этап безмолвной математической осады, когда Тин Сари одно за другим вскрывала остававшиеся у Руки цифровые логова. Алиф не чувствовал торжества, только некое облегчение. Он только тогда понял, что у него дрожат пальцы, когда Дина коснулась их.

— Ты расскажешь им, что именно ты это сделал? — Девушка прикрыла левый глаз рукой и восторженно смотрела на него здоровым глазом. — Все знают, что случилось в Аль Башире. Ты станешь героем.

Алиф согнул и разогнул дрожавшие руки. Энергия толпы перешла в другое русло: люди наперебой кричали в сотовые телефоны и набирали СМС-сообщения, созывая невидимых союзников на последний штурм. Алиф слышал, как кто-то сказал, что эмир скрылся; другой уверял, что силам безопасности дан приказ стрелять на поражение.