Пробужденный - Коллин Хоук

– Откуда вам знать?!

– Я знаю это, юная дева, потому что имею дело с человеческими душами. Судить их – моя работа, если угодно.

– А мне плевать, кем вы работаете. Могли бы проявить чуть больше терпения. Больше сочувствия!

– А смысл? Вы бы все равно остались с разбитыми сердцами – причем он еще и в буквальном смысле. Подарив вам больше времени вместе, я бы не облегчил вашу боль, а лишь сделал расставание еще тяжелее.

Я сжала кулаки, чувствуя, как вскипает внутри пламя – но не солнечное, а земное, черное и яростное.

– Знаете что? – выплюнула я. – Вы не заслуживаете, чтобы он вам служил. Вы… вы недостойны его жертвы!

Улыбка Анубиса погасла, а глаза сузились.

– К счастью для тебя, мое божественное милосердие не знает границ – а потому я снизойду к твоим обстоятельствам и сделаю вид, что не слышал этих оскорблений. Но на будущее советую тщательнее обдумывать слова и следить за тем, с кем разговариваешь. А теперь, если обещаешь стоять тихо, я позволю тебе взглянуть, как я буду готовить тело твоего возлюбленного принца к путешествию в загробный мир.

Анубис сотворил из воздуха стопку тряпиц и принялся протирать залитую кровью грудь Амона.

– Ты знаешь об истинном назначении пирамид? – спросил он, не отрываясь от дела.

Я подняла на бога омертвелый взгляд, зная, что он просто пытается отвлечь меня от случившегося. Черный пес ткнулся мне носом в ладонь и сочувственно заскулил. Анубису пришлось еще раз повторить вопрос, прежде чем я вышла из оцепенения.

– Что? Нет. Наверное, нет.

– Это место восхождения. Также пирамиды называются домом природы, домом силы или домом души.

Анубис поднял ладонь, и очищенное тело Амона взмыло с алтаря. Затем он скрестил руки парня на груди, как делают обычно с мумиями, и, призвав из углов зала несколько струек песка, превратил их в длинные полосы ткани. Те мгновенно обмотали ступни Амона и принялись обертывать его дальше, постепенно скрывая в наслоениях тугих лент.

– Видишь ли, – продолжил бог, – человеческое тело подобно пирамиде. Оно может проводить огромные потоки энергии. Также оно вмещает душу – и, поскольку состоит из естественных материалов, постепенно возвращается в прах, из которого и было сотворено. Однако сделать мумию – значит создать вечное тело – такое, чтобы покинувшая его душа, или ка, при необходимости могла вернуться обратно. Процесс этот сложен и требует обязательного соблюдения трех условий. Во-первых, нужно надлежащим образом подготовить тело – что я сейчас и делаю.

Змеящиеся в воздухе ленты уже добрались до шеи Амона, и я не смогла сдержать слез, глядя, как они проворно обертывают его голову. Анубис придирчиво осмотрел парящее в воздухе тело и, не оглядываясь, бросил:

– Я пытаюсь тебя развлечь. Хотя бы слушай внимательно.

Я уставилась на бога, но тот даже не повернулся. Казалось, погребальный ритуал доставляет ему искреннее удовольствие. Следующим делом он создал саркофаг – богато украшенный ларец из полированного дерева. Приблизившись, я разглядела искусную резьбу, изображающую недавнюю битву Амона с Себаком и его армией мертвецов. Затем из моей груди вырвался краткий вздох: на одном из рисунков я узнала себя, стоящую возле парня на вершине пирамиды.

– Он… прекрасен, – тихо сказала я, проводя ладонью по блестящей крышке. Пальцы остановились на изображении девушки и мужчины, рука в руке любующихся восходом огромного солнца.

– Нравится? Украшение саркофагов – один из моих талантов.

Анубис предупреждающе откашлялся, и я отступила на шаг. Обмотанное лентами тело Амона проплыло по воздуху и плавно опустилось в гроб.

– Как я уже сказал, для правильной мумификации необходимо выполнить три условия.

– Подготовить тело, – прошептала я, неотрывно следя за действиями Анубиса. Тот склонился над саркофагом, и, создав из песка несколько драгоценных брошей, одну за другой опустил их в гроб.

– Верно, – кивнул бог. – Ты все-таки слушала.

– Что это?

– Защитные амулеты. Они отпугнут нечестивцев, замысливших нарушить сон Амона. Хотя нынешний великий визирь уже торопится к нам по туннелям, чтобы забрать тела братьев в потайные гробницы, я решил принять некоторые меры предосторожности. Раньше они не казались необходимыми, но после того, как воплощение солнечного бога похитили прямо из-под носа визиря, стало ясно, что никакая защита не будет лишней. А теперь…

Анубис властно вскинул руку, призывая песок для еще одного амулета, но ладонь его осталась пуста.

– Странно, – пробормотал бог.

– Что-то не так?

– Последний амулет творится из сердца. Он должен быть в форме скарабея.

– Скарабей сердца? – выдохнула я.

– Да, – Анубис обратил на меня внимательный взгляд. – Ты знаешь, где он?

Грудь сдавило, и вместо того, чтобы сказать правду, я ответила вопросом на вопрос:

– А что будет, если он не найдется?

– Ничего, я полагаю. Скарабей сердца лишь помогает привязать ка к телу, но уж с этим у Амона не должно возникнуть затруднений.

– Хорошо.

Поразмыслив, я решила сохранить свой подарок в тайне. Если сердце необязательно класть в гроб, я бы хотела оставить его у себя. В конце концов, это было единственное мое напоминание об Амоне.

– Ну вот, тело готово.

– А какое третье условие?

– Третье? Мы даже не перешли ко второму.

– Я думала, вторым были защитные амулеты.

– Нет. Второе условие – обеспечить тело необходимым питанием.

– Разве еда не сгниет через несколько дней?

– Сгниет, но я говорю не о еде. Если ты заметила, я сказал «питание».

Я нахмурилась и скрестила руки на груди.

– Спасибо, слово мне известно.

– К сожалению, многие люди неверно его толкуют, – продолжил Анубис, пропустив мою ремарку мимо ушей. – Под питанием я понимаю насыщение таким количеством энергии, чтобы тело продержалось в целости тысячу лет – или дольше. Сила, необходимая для питания Амона, заключена в его погребальных сосудах.

– Поэтому, когда он их не нашел, ему понадобилась я.

– Верно.

– А вам не вредит, что вы отдаете такое количество энергии?

– К твоему сведению, я бог. А потому моих запасов вполне достаточно, чтобы без ущерба питать трех сынов Египта во время их сна.

Анубис склонился к Амону, и я увидела, как в его плечах стремительно скапливается энергия, похожая на стайку золотистых искр. Затем она двумя сияющими потоками перетекла ему в ладони и принялась волнами выплескиваться на тело принца. Закончив с «питанием», бог отступил на шаг назад.

– Готово. И последнее, – он прошествовал к изголовью саркофага и нетерпеливо взмахнул рукой, приказывая мне подойти. – Здесь ты тоже можешь поучаствовать.