Кто я для тебя? - Марго Белицкая

Гилберт гордо выпятил грудь.

— Зато у меня потрясающее чувство стиля.

— Ага, именно что потрясающе, потрясает до дрожи в коленках и обморока, — ехидно протянула Эржбет. — Кстати, стильный наш, ты в курсе, что в моде однотонные украшения для елки? Игрушки, мишура, бусы — все в одной цветовой гамме. Помню, в прошлом году Родерих украсил елку фиолетовыми шарами с бантиками. Очень элегантно.

— В жопу моду, — припечатал Гилберт. — Лучше давай следующий шарик.

Эржебет достала из коробки игрушку. Это оказалась пирамидка, сделанная из множества маленьких бусинок. Когда-то она видимо была очень яркой, но сейчас краски выцвели.

— Ого, какая старая игрушка, — заметила Эржбет, подавая пирамидку стоящему на стуле Гилберту.

— Да, старая, еще кайзеровских времен, — подтвердил тот. — Такие игрушки появились при Вилли Первом, помню, его дети и мелкий Люц их очень любили, уж не знаю, почему. Мелкий принц даже молочный зуб сломал, пытаясь одну такую разгрызть, хе-хе.

Кайзер Вильгельм Первый. Девятнадцатый век. До Великой Войны.

Сердце Эржбет кольнуло, перед мысленным взором всплыли образы тех далеких дней, когда ее жизнь была совсем другой. Мирное, наивное время, полное веры в светлое будущее. Если бы она знала, какие потрясения ждут впереди…

Задумавшись, Эржбет машинально передала Гилберту игрушку и достала из коробки следующую.

Прекрасная фигурка ангела в парчовом, расшитом бисером одеянии. Похоже, его крылья были сделаны из настоящего золота.

Гилберт оживился, спрыгнул со стула.

— Это же ангел Фрица! Их было ровно семь, мы вешали их на елку на Рождество. Я думал, все ангелы давно потерялись. Здорово! Похоже, в этом году Люц нашел коробку со старыми игрушками. Давай посмотрим, что там еще.

Гилберт вынул из коробки домик, раскрашенный под дерево, с красной крышей и синими занавесками. Эржебет сразу поняла, что он из давно почившего СССР. У игрушек того времени какая-то особая аура.

— Гдровская. — Гилберт тоже сразу почувствовал особый аромат прошлого. — Как там Ванька говорил… Избушка бабы Яки?

— Бабы Яги, — поправила Эржбет.

На нее снова накатили воспоминания, будя в сердце грусть и тоску по минувшему.

— Эй, Лизхен, ты чего куксишься? — настороженно спросил Гилберт. В его словах так и слышалось: «Я же вроде еще ничего не сделал».

— Просто вспомнила всякое, — пробормотала Эржбет. — Мы ведь уже столько раз встречали Рождество и Новый год, даже новый век. Каждый раз надеешься, что этот год, этот век будет лучше. Но все только хуже.

Гилберт с силой сжал ее руку.

— А ну отставить драму! Лучше подумай о том, сколько нового приносит нам каждый год. — Он широко улыбнулся. — Представляешь, как будет забавно встретить трехтысячный год? Наверняка у нас будет елка на Марсе! С зелеными человечками!

Эржебет невольно улыбнулась в ответ. Все же Гилберт всегда мог поднять ей настроение, именно за это она его и любила.

— Но даже на Марсе ты точно также надерешься на праздник. До зеленых человечков. Помнится, когда мы первый раз вместе встречали Рождество, ты нацепил на свой цвайхандер жареного вепря и прыгал по пиршественному столу, вопя «Смерть сарацинам!».

— Ничего подобного! Это ты напилась и начала стрелять из лука по всем гостям!

— А вот и нет!

— А вот и да!

И они дружно рассмеялись.