Арканмирр - Петр Верещагин

Все идет так, как я предвидел…

(Император Палпатин)

Риер Шан, первоначально занимавший почти половину Венагора, теперь был лишь узкой полосой восточных утесов. Горные оплоты драконидов, осаждаемые четырьмя легионами Хиллсдауна, держались из последних сил. С'сейра давно начала эвакуацию на острова Жемчужного Архипелага, но места на них определенно не хватало для всего населения. Риер Шан был обречен.

Однако Белоснежка, давно подготовив coup-de-grace [Удар милосердия; здесь — завершающий удар (фр.)], почему-то медлила. Королева Драконидов не понимала, зачем Владычица Хиллсдауна затеяла срочную переброску своих южных легионов на север; Белоснежка рискнула даже оставить районы Айлеарта и Саутхолда открытыми для нападений дроу, бросив все силы на укрепление позиций у границ Хорг-маара. Что было, по меньшей мере, странно: Тлалок, однажды потерпев сокрушительное поражение — сама Ведунья не знала, сколько тысяч троллей тогда полегло, — больше никогда не предпринимал попыток вторгнуться в Хиллсдаун. Либо разведка Белоснежки сработала на порядок лучше, чем все летающие информаторы С'сейры, либо…

С'сейра прервалась. Настало время контакта с Посланцами Звезд. Придет ли сегодня очередное пророчество, она не знала, но пропускать встречу было бы большой наглостью — и еще большей глупостью.

Прошептав формулу, Королева Драконидов активизировала зеркало. Острые лучи, прошедшие сквозь хрустальную призму, вычертили на волшебном пергаменте ровные рунные строки. Читая извещение, Владычица Риер Шана чувствовала, как ее чешуя зеленеет от ужаса…

Хотите знать, какой удел вам завтра предстоит?

Возможно, мастер звездных дел вам нечто сообщит.

Однако помните: слова — лишь отраженье грез…

Сомнений чужда голова? И впрямь, вы — дети гроз.

Теперь внемлите: ваш завет нельзя вам не узнать,

Забвенье предрешит совет, который распознать

Едва ль возможно — чересчур для вас неясен он.

Летят скитальцы к Чаше Бурь, не ведая препон…

Забудьте собственный удел. Забудьте о судьбе.

Предназначение и цель сплелись в немой борьбе

За право управлять душой и разумом того,

Кого не устрашит ни зной, ни холод, ни покой.

Забудьте правила — их нет. Надежда — только сон,

Способный волю размягчить. Для каждой из сторон

Свой существует выбор, но не Свету и не Тьме

Его вершить, а тем, кто сон оставил в стороне.

Верней, тому. И выбирать он будет не для вас,

А для себя, чтобы узнать, кому был дан приказ…

Едина цель, но Свет и Тьма давно разделены

На части. Оттого тюрьма трещит под рев войны.

Опомнитесь ли вы? Иль Путь вам надоел? А ведь

Гроб распахнулся — и замкнуть его вам не суметь,

Отважные глупцы… Не та давно уж Грань — и вот

Для вас виднеется черта, когда она падет,

Рассвет одним лишь мертвецам тогда откроет дверь…

А, вы страшитесь, господа? Вы поняли теперь,

КОГО своею болтовней посмели пробудить?

Отрадно. Хоть такой ценой вас можно обучить.

Надейтесь, что ваш час придет — и вспомнятся слова

Аркана о потоках слез и снятых головах!

«Да кто же может сделать финальный выбор?» — подумала она. Ни одному смертному не дано познать даже начального этапа Игры, не говоря уж о том, чтобы участвовать в ней сознательно и с правом определять судьбу Игроков!

И все же…

Звезды не лгут, еще раз напомнила себе С'сейра. Особенно тогда, когда их слова складываются в ТАКИЕ ритмы.

А значит, надо действовать. И немедленно, пока кто-нибудь еще — Ведунья, в частности, — не догадался об истинном значении звездных пророчеств.

Королева Драконидов вновь активировала волшебное зеркало и заставила его показать Чашу Бурь…

— Джеты — это, можно сказать, народ внутри народа, — рассказывал Джанг. — Мы, дроу, все были некогда осуждены Богами Подземной Страны на изгнание, однако джеты и тогда выделялись своей независимостью. А теперь они, хотя и подчиняются Владычице Свартен-дора, фактически являются иной расой.