Звезда ведьмы - Джеймс Клеменс

На нем одержимые во главе с Хантом везли мерзких тварей к флоту, намереваясь рассеять их среди моряков. Их нужно было остановить.

Они с Рагнар’ком отправились на разведку, чтобы обнаружить вражеское судно и выработать план нападения, в то время как «Воронье крыло» скрывался среди высоких облаков, ожидая знака, чтобы нырнуть вниз и атаковать. И кровавые наездники, и воины-элв’ины готовились к сражению.

Дракон лег на крыло и понесся к поверхности моря. Сай-вен открыла глаза и сразу увидела бледный корабль, мчащийся по волнам. Она могла поклясться, что слышала, как наполняются криками ветры. Это оставляло след воплощенное зло. Приглушенное магией дракона, оно казалось не таким ярким. И тем не менее дрожь пробежала по коже Сай-вен.

«Плохой корабль», — проворчал Рагнар’к, разделяя ее ощущения.

Сай-вен не возражала. Мерзкое судно, его команда, его груз, вне всякого сомнения, должны быть уничтожены, прежде чем они догонят флот. Но там, внизу, находились ее друзья, так же как и она непреднамеренно угодившие в ловушку. Она вспомнила Ханта, его открытую улыбку, его любовь и заботу о Шишон.

Чувство вины охватило ее. Почему она должна жить, а другие приговорены к погребению в морской бездне?

Дракон промчался вдоль корабля и повернул назад. Никто не поднял тревогу. Эбеново-черные крылья Рагнар’ка сливались с ночным мраком. Сай-вен оглядела пустую палубу. Никого, даже рулевого нет. Судно под всеми парусами и без моряков на палубе представляло собой зловещее зрелище. Особенно в этих коварных водах.

Вдоль бортов проплывали ледяные горы, а между ними взлетали к небу фонтаны пара. Пересекать вслепую подобное море — верная смерть. И тем не менее костяной корабль стремительно мчался вперед, оставляя позади шлейф стонов.

При внимательном рассмотрении паруса оказались сделанными из прошитой сухожилиями человеческой кожи. Такелаж выглядел влажным и пропитанным кровью. Скелет на форштевне воздел костяные руки вверх и открыл рот, будто в немой мольбе.

Увидев все это, Сай-вен почувствовала комок в горле. Подлинное безумие — пытаться атаковать такой корабль, но есть ли у них другой выход? Средоточие зла должно быть уничтожено.

— Возвращайся на «Воронье крыло», — прошептала она, подкрепляя приказ мысленно. — Нападем, когда луна взойдет.

Рагнар’к захлопал крыльями, поднимаясь к ожидавшему его судну. В этот миг какое-то движение на палубе привлекло внимание Сай-вен. Она оглянулась на ужасный корабль. Крышка люка поднялась, оттуда выбрался человек и, задрав голову, начал всматриваться в небо.

«Прячься», — приказала она дракону.

Тот взмыл и нырнул в одну из туч, полностью скрывшись. Мир исчез, закрытый облаком белесого тумана, воняющего серой. Влага оседала каплями на коже мер’ай.

Несмотря на душное тепло, Сай-вен дрожала и молилась, чтобы их не заметили. За тот краткий миг, пока дозорный стоял с запрокинутым лицом, она узнала Ханта.

Поймав крыльями восходящий поток, Рагнар’к поднялся над тучей. Здесь ярко сияли звезды и луна. Капли на крыльях дракона засверкали, будто самоцветы. Передернув плечами в последний раз, женщина отринула страх и подняла глаза к чистому небу.

В полулиге парил «Воронье крыло», его стальной киль алел в ночной тьме. Рагнар’к устремился к кораблю. Нельзя больше тянуть с атакой. Независимо от того, видел их Хант или нет, он держался настороже.

Догнав корабль элв’инов, дракон полетел рядом с ним. Сай-вен крикнула капитану:

— Сейчас! Все, как мы и думали, но нападать надо прямо сейчас!

Лисла махнула рукой, показывая, что поняла Сай-вен. За капитаном стояли моряки-элв’ины, а рядом с ними — отряд кровавых наездников. Все вооружены.

По команде паруса фок-мачты взяли на рифы, канаты натянулись. Лисла стояла посреди палубы, ее тело сияло от стихийной магии. Капитан выбросила руки вверх, а потом широко развела их и опустила.

«Воронье крыло», продолжение ее тела и души, вздрогнул, а потом нырнул к затянутому туманом морю. По мере снижения его киль сиял все ярче и ярче.

Рагнар’к сложил крылья и последовал за кораблем, камнем падая с небес. Сай-вен прижалась к горячей шее дракона, покрепче обхватив ее ногами. Ветер свистел в ушах, стремясь сорвать и сбросить женщину с высоты. Несмотря на опасность сердце Сай-вен пело от восторга. Дракон тоже взревел в душе. Их чувства смешались так, что трудно было сказать, где заканчивается всадник и начинается зверь.

Обогнав устремившийся вниз корабль, Рагнар’к вырвался из облаков, и под ними раскинулся океан. Голубоватый лед сверкал на черной шкуре моря. Столбы пара рвались к небу, будто башни призрачного города. И посреди бушующего океана по волнам мчалось единственное судно.

«Торопись, — приказала Сай-вен. — Не дай им уйти».

«Ни за что, моя родная. Ни за что».

За мысленной речью дракона она ощутила человеческое сердце. Сердце, которое наполняли отвага и ярость, какие не снились и сотне драконов. Сай-вен улыбнулась ветру. Неважно, чем закончится эта ночь, сейчас они вместе.

Всадница чувствовала, что «Воронье крыло» спешит следом, но не оглядывалась и не замедляла полет Рагнар’ка. Сейчас или никогда.

Дракон стремился прямо к бледному кораблю. Наполняют ли крики его кожаные паруса? Ветер свистел в ушах Сай-вен так, что она не слышала ничего. Лишь смотрела, как увеличивается в размерах приближающаяся палуба.

И она не пустовала.

Как разведчица и опасалась, Хант поднял тревогу. Но отступать было поздно.

— Атакуем! — попыталась перекричать ветер Сай-вен.

Рагнар’к стал как бы стрелой, нацеленной в середину палубы. Всадница пригнулась еще ниже. Чешуя дракона обжигала кожу, будто пламя очага. В следующий миг он раскинул крылья, отталкиваясь от воздуха, и вытянул вперед когтистые лапы, приземляясь.

Чтобы не быть раздавленными, люди на палубе кинулись врассыпную.

Ударившись о палубу, дракон взревел, отбрасывая всех со своего пути. Когти его глубоко впились в костяные пластины палубы. Сай-вен бросило вперед, но зверь не дал ей свалиться. Съежившись, всадница наблюдала, как крыло Рагнар’ка с легкостью перебило кость фок-мачты, сбрасывая паруса в море.

Поскольку одержимые разбежались подальше от дракона, Сай-вен получила возможность оглядеться. «Воронье крыло» завис над костяным кораблем. Из люков в днище упали крепкие веревки, а с бортов, разворачиваясь, свалились веревочные лестницы.

Элв’ины прыгали из люков головами вниз, привязанные за одну ногу, придерживаясь за свободные канаты. Казалось, сейчас они разобьются насмерть, но в последний миг опытные моряки притормаживали, а потом, выскользнув из петель, по-кошачьи прыгали на палубу, держа мечи на изготовку.

Следом за ними по лестницам стремительно спустились кровавые наездники. С боевыми кличами, размахивая топорами и мечами, они вступили в схватку.