Рыцарь - Олег Говда

– Что ты имеешь в виду? Исчезнуть – это как? – всполошилась моя женушка.

– Мало ли… – пожал плечами хранитель. – Лучше всего уехать куда-то на пару седмиц. Можно в Дубров… Новоиспеченная баронесса ему многим обязана, с удовольствием приютит героя… – Но, поймав хмурый взгляд сестры, поспешно предложил другой вариант: – Или, к примеру, пусть вместе с Любомиром в Медвежий Бор съездят. И они к нам, и мы к ним что-то уже давненько не наведывались. Зореслав отличная компания. И охоту организует, и легенды о Зеленом Клине, прячущемся за Бешеной Грядой, расскажет. Отлично время проведут… Понятно, что покидать еще толком и не согретое супружеское ложе неохота, но время быстро пролетит…

– А что, хорошая мысль, – оживился Любомир. – Я согласен.

– Во всяком случае, ничего лучшего мне на ум не приходит, – кивнула Звенислава.

– У меня другая идея, – наконец-то и мне удалось влезть в этот семейно-военный совет. – Если уехать действительно необходимо, то лучше я съезжу на мельницу к Мышате. Проведаю старика. А то как завертелось все, так я его даже поблагодарить не успел.

– И все? – Вышемир глядел слишком пристально, чтоб этого не могли заметить другие.

– Так, так… – Звенислава посмотрела сперва на сына, потом на меня. – Мы чего-то не знаем? Вышемир? Игорь?

– Вообще-то я только спросил, – пошел на попятную хранитель. – Просто мельница Мышаты у Прохода. А там и до Барьера недалеко. Уверен, Мастер уже рассказал Игорю историю с Темном… Иначе с чего б Оплот подарил ему доспех чернокнижника? – И видя недоумение на лицах родни, спросил: – Не понял? Я здесь один помню, что попытаться пройти Барьер и убить Проклятого может только рожденный под другими звездами?

– Вы серьезно?! – Любомир от изумления аж привстал. – Игорь, ты хочешь… Нет, это невозможно…

– Не пущу… – коротко резюмировала Весняна. – Мама! Скажите же хоть вы им! Это же чистое безумство!

– Возможно – да, возможно – нет! – ответила графиня. – Но пока я сама во всем не разберусь, никто и никуда не поедет! А еще я хотела бы услышать объяснения Вышемира по поводу его вчерашней выходки. Какой прок тебе в том, что Весняна потеряла майорат на Зеленец?

– Зато теперь она имеет прямые права на трон… Война на пороге. Мало ли что… А родовой замок Вепрей королева пожалует дочери Ставра или Любомира. И вообще, людей все больше – если что, можно новое гнездо свить. Журавлиное…

– Хитер и умен, – вздохнула Звенислава. – Смотри не переиграй сам себя.

– Не волнуйтесь, матушка, – широко улыбнулся Вышемир. – У меня были отличные наставники. А пока взгляните на это… – Вышемир протянул графине малюсенький лоскуток бумаги. – Буквально перед тем как идти к вам, я получил его с голубиной почтой.

– «Немедля явиться в Оплот. Красный», – прочитала вслух Звенислава. – И что это значит?

– Только то, что написано.

– А «красный»?

– Очень срочно. Чрезвычайная ситуация. Вполне возможно, что и Оплот узнал о надвигающейся войне.

– Хочешь ехать?

– Матушка, – всплеснул руками Вышемир. – При красном вызове я уже неоправданно долго задержался в Зеленце.

– Хорошо, поезжай. Но вначале отвезешь письмо Беляне.

– А голубем нельзя?

– Нет. Сам все расскажешь королеве. Но помни, Вышемир, ты прежде всего Вепрь! А только потом все остальные чины и должности! Это ясно?

– Конечно, матушка, – поклонился Вышемир. – И мне больно, что вы так и не поверили до конца в мою искренность. Ну, ничего, у вас еще будет время осознать ошибку. А извинения сыну от матери не нужны. Достаточно любви…

С этими словами хранитель выскользнул за дверь, оставив неприятное ощущение вины и недоговоренности.

* * *

– Я не хочу, чтоб ты уезжал, – в который раз бормотала мне в ухо Весняна.

– У меня эта идея тоже не вызывает прилива бурной радости, – не менее привычно отвечал я, только чуть меняя местами ключевые слова. Оказывается, убедить в чем-то женщину, если она категорически не склонна убеждаться, еще та работенка. – Но в любом случае, я остаюсь еще как минимум на сутки. Пока Вышемир не доберется до Турина, королева нас не побеспокоит. А потом, мне и в самом деле лучше на недельку к деду Мышате съездить, чем под арестом сидеть.

– Давай я с тобой поеду!

Разговор вертелся по кругу битый час и начинал меня утомлять. Чтоб как-то отвлечься, я протянул руку и снял со стены небольшой охотничий рог, слишком невзрачный с виду, чтоб служить украшением. Тем более – девичьей светелки, со вчерашней ночи получившей статус комнаты молодоженов. – Интересная безделица…

– Это папин… – с ноткой грусти произнесла Весняна. – Он мне его подарил, когда я еще совсем маленькой была. Говорил: этот рог своему владельцу удачу приносит… Обещал к совершеннолетию раскрыть его секрет. Да не успел… Ой, а давай я его тебе подарю? Пусть подсобит. Мне-то уже ничего больше не надо…

– Спасибо. – Я не совсем понял, зачем он мне нужен, но не стал огорчать жену глупым препирательством.

Не зная, куда его деть, открыл сумку, в которой возил «Трактат», и положил рог туда. И когда притронулся к инкунабуле, вдруг очень отчетливо вспомнил свой вчерашний разговор с Вышемиром. Странные слова, произнесенные мной будто в трансе. Жар, возникший в груди. А главное, чувство, которое я при этом испытывал. Очень похожее на ощущения, что не покидали меня все время, пока я не отдал Арагорну «Слезу». А ведь в «Трактате» тоже о ней упоминается? Но как-то глупо, сидя рядом с молодой женой, листать фолиант, отыскивая на страницах знакомые буквы. Выручила сама Весняна:

– Я еще раньше хотела спросить: что это за книга такая ценная? В лесу ты все бросил, а ее сберег? Расскажешь?

– Вообще-то я ее нашел, когда разбойников, сжегших Песий Лог, ловил. А о чем? Хочешь – почитаю вслух?

– Хочу… – на самом деле Весняне было совершенно все равно, что делать, лишь бы вместе с мужем.

– Тогда слушай…

Я перевернул титулку и стал медленно переводить загадочный текст в понятные фразы.

«Предисловие…

Сотворение мира Создатель начал с подготовки строительного материала. Так возник первозданный Хаос. Он был везде и нигде. И тогда Создатель приступил ко второму акту творения – упорядочиванию первичной материи в основу каждого нового мира, как начало, как краеугольный камень, на котором держится мироздание, вкладывая частичку самого себя. Ибо Хаос прекрасен в своем абсолюте, но в нем невозможно возникновение жизни. Самой сложной и упорядоченной структуры.

Создатель любил жизнь и не жалел себя. Миры возникали один за другим, отвоевывая у Хаоса пространство и время, внося во Вселенную общие законы бытия. Но Хаос был бесконечен. А когда нечто бесконечное, как и сам Создатель, накладывается на другую бесконечность, то возникает совершенно иная бесконечность, Имя которой – Вселенная! Невообразимое множество миров, возникших по воле Его и из плоти Его.