Спальня, в которой ты, он и я - Эмма Марс

– Неужели?

– Представь себе, наверное, четверть часа, если не больше, он ласкал меня внизу живота и там везде, то пальцами, то носом, то языком… пока я не взмокла. Я вся истомилась! Кажется, я кончила раза два-три, пока он не пришел ко мне по-настоящему. И это было потрясающе! Мы часа три не вылезали из кровати.

– Два-три раза, – повторила я в изумлении.

– И еще кое-что. Его член был такой ароматный!

– Как это?

– Ну, я не знаю, что-то очень сладенькое. А кончик! По вкусу напоминал клубнику или малину. Я могла бы облизывать его день напролет!

– Да ты что!

– А что? Впрочем, откуда тебе знать… Представь, если бы тебе предложили попробовать черную икру с завязанными глазами. Все, что ты не можешь увидеть, ты острее ощущаешь другими чувствами. Особенно вкус и запах.

– Ладно, хватит. Кажется, я поняла.

Хриплый голос Ребекки прервал мои воспоминания:

– Разумеется, у Ночных Красавиц прекрасная репутация. Мы приглашаем к сотрудничеству и предлагаем нашим клиентам только здоровых и чистеньких молодых девушек, безупречно говорящих по-французски и к тому же весьма образованных. Я не беру на работу смазливых наряженных куколок. Но в отношении вас, как я посмотрю, мне не о чем беспокоиться.

– И это – все? – я решилась уточнить.

– Да. Это прописано в контракте, который мы заключаем с вами, и это – то, что мы предлагаем нашим клиентам.

– Хорошо, – лаконично заключила я.

– Кажется, вы разочарованы. А вы что себе воображали? – В ее голосе послышалось раздражение, она вдруг стала столь же надменна, как Ума Турман в рекламе газированных напитков с двусмысленным названием. Ребекка Сибони умела по-своему внушить к себе уважение подчиненных.

Но прошла минута, ее лицо осветилось загадочной улыбкой, почти как у Джоконды, и она добавила тихим голосом, сопровождая свое предложение приглашающим жестом:

– А потом, если мужчина окажется в вашем вкусе, начинается уже другая история. Ваша история. Вы же взрослые люди, и я не могу помешать ни ему удовлетворить свой аппетит, ни вам – уступить ему, если есть желание.

– Вот как раз об этом я ей и говорила, – добавила Соня со знанием дела.

Я постаралась отогнать от себя образ подруги, лежащей обнаженной в полумраке дворцовых покоев в объятиях незнакомого соблазнителя, приятно пахнущего сочными ягодами, умелой рукой ласкающего ее нежную плоть.

– Я предпочитаю также нанимать девушек исключительно в моем вкусе, чтобы оградить себя от случайностей.

Последние слова она сопроводила легким вздохом, как бы намекая, что не видит в этом ничего драматического, и как-то странно засмеялась низким грудным голосом. Ее смех звучал как приступ кашля.

Намек был понятен: мы вольны в выборе – приглашать клиентов в «Отель де Шарм» или в другое место, на свое усмотрение, в любом случае, это было за пределами тех услуг, которые предлагала мадам Сибони, и она ничего не хотела об этом знать, тем более получать с этого комиссионные. Этот доход полностью принадлежал нам, и мы сами определяли время, тариф и набор оказываемых услуг. Однако одновременно мы брали на себя все связанные с этим риски. Она предупредила меня:

– Я не могу гарантировать ничего, как только вы войдете с ним в номер. С того момента, как вы решили провести с ним время, вы берете ответственность на себя.

– А если он изнасилует меня?

– Да перестань ты, – вмешалась подруга. – Это солидные люди: адвокаты, бизнесмены, депутаты парламента… Никто из них не станет держать тебя за проститутку, даже в шутку.

Неужели она так сказала: «даже в шутку»?

– Не важно, – перебила ее Ребекка, – Повторяю, с того момента, как вы переступили порог комнаты с клиентом, вы предоставлены самой себе. Что бы ни случилось там внутри, я никогда не примчусь на помощь. Вы поняли меня? Никогда.

– Я поняла, – грустно согласилась я.

– Если вдруг вы станете звать меня на помощь или, не приведи господи, упомянете о нашем агентстве третьим лицам, в полиции, например, знайте, я буду все отрицать, даже факт нашего знакомства. Я просто вычеркну вас из своей картотеки.

После этого жесткая маска неожиданно исчезла с ее лица и она ласково улыбнулась:

– Ну хорошо! Я вас поздравляю! Добро пожаловать в нашу компанию «Ночных Красавиц»!

Следующие четверть часа были посвящены заполнению каких-то бумаг, свидетельствовавших, что с этой минуты я официально являюсь сотрудником агентства. Мне также дали инструкции, которые отчасти я уже слышала от Сони: ни с кем и никогда не обсуждать то, чем я занимаюсь в «Ночных Красавицах», даже с близкими, с родственниками или с кем-либо из подружек или знакомых по работе, никогда и никому не рассказывать о том, что я услышала от клиента, не разглашать данные о клиенте, не пытаться самостоятельно искать встреч с ним, если только от агентства на этот счет не поступят специальные указания.

– София говорила, что по профессии вы журналистка. Это так? Она рассказывала о полной шатенке, склонной к размышлениям.

– Не совсем так… Я еще учусь.

– Отлично! Надеюсь, вы не проводите журналистское расследование и я не увижу в прессе ни строчки о нашей встрече. Я могу быть уверена?

Высказанное предположение прозвучало в ее устах как угроза.

– Конечно. Мне просто нужны деньги. Не беспокойтесь.

– Отлично! – сказала она, в завершение разговора воздев руки к потолку. – Будете ли вы свободны послезавтра во второй половине дня?

На мгновение я оцепенела. Неужели она уже нашла для меня клиента, положившись на Сонины рекомендации? Не знаю, что уж там подруга ей про меня наговорила, – мне даже показалось, что я слышу, как она расхваливает мою, по ее выражению, «аристократическую чувственность», мои «тонкие манеры, свидетельствующие о благородном происхождении». Какое она имела право предлагать мои достоинства завсегдатаям заведения до того, как я сама соглашусь? Я невольно нахмурилась, что, видимо, не устраивало хозяйку, ведь ей так хотелось побыстрее ввести меня в курс дела. Чтобы не омрачать мой дебют в агентстве «Ночных Красавиц», она наградила меня заботливым жестом, по-матерински мягко положив мне на плечо одетую в кольца и браслеты легкую руку, и пощупала мой дешевенький свитерок.

– Это надо заменить. Я вам помогу. Мы пройдемся по магазинам. Вы обе вместе со мной. Я обожаю это!

– По магазинам? – пролепетала я.

Соня, сидя в кресле, затопала ногами и завизжала от радости, как школьница.

– Да, по магазинам. Вот увидите, каких-нибудь две-три вещицы – и вы преобразитесь! Вы станете обворожительной!

«Обворожительная» – мне этот эпитет был явно не по размеру, я почувствовала себя неловко, как в одежде с чужого плеча, на три размера больше, чем надо. Но, тем не менее, надо привыкать. И желательно быстро.