Я хочу от него сына - Желана Соколова

Вот чего мне дома не сиделось, а? Попёрлась в город, да еще и утаив данный факт от Федора, потому что бы он точно не позволил мне сесть за руль без сопровождения.

Лучше бы и дальше любовалась его загорелой спиной и игрой мускулов, пока он колол дрова, решив помочь моему отцу. Ага, заодно и сбрасывал напряжение, в том числе сексуальное. Ну, и нервное, конечно. Мозг я ему делала знатно в последнее время.

Я ехала по главной на мигающий желтый, как этот «водятел», стоявший посередине перекрестка, чтобы развернуться, вдруг резко стартанул с места и впендюрился в мой Опель. Причем слева, аккурат в мою дверь.

Ехал натурально на таран, придурок, словно вообще меня не видел.

За секунду до столкновения, заметив краем глаза его приближение, и понимая, что не успеваю избежать краша*, моей основной мыслью было: «Все, это конец. Прости, сыночек».

Авто нехило тряхнуло, я инстинктивно зажмурилась и постаралась отклониться вправо на соседнее сидение, придерживая живот.

Скрежет металла резанул ухо, а потом наступила оглушающая тишина.

Поняв, что не чувствую боли, я рискнула открыть один глаз и посмотреть влево. Обе двери в хлам, стекла треснули, но не разбились к моему счастью, — обошлось малой кровью.

Тьфу, блин! Типун на язык мне, как говорила баба Соня. Без крови, конечно. Меня чудом не задело. Совсем.

Спасибо моему Ангелу-Хранителю!

Я просканировала свой организм на повреждения. Руки и ноги целы, живот на месте. Нижние конечности не зажаты.

Хорошо, что у меня нет подушек безопасности, а то удар в живот точно бы не сулил ничего хорошего.

Едва пережив один стресс, добавился тут же другой, потому что второй участник ДТП уже нависал над моей машиной и что-то орал, обкладывая меня непечатной бранью.

Дрожащими руками нашарила телефон, свалившийся с подставки, и набрала своего бурильщика:

— Ты где? — недовольно рыкнул он в трубку.

— Фе-е-дь, Федечка, — всхлипнула я в трубку.

— Евочка-девочка моя, что случилось? — встревоженно уточнил он, а я еще больше зарыдала, захлебываясь от нахлынувших чувств, и тем самым еще больше пугая его.

А мне было от чего, так пускать слезы.

Стресс, страх за сына, жирный орущий мужик, бегающий вокруг машины, и пытающийся открыть мою дверь. Вкупе с этим слова Федора «Евочка-девочка МОЯ», прозвучавшие сейчас для меня, как сладкая музыка.

Он никогда ТАК меня не называл, а тут назвал. Как папа. Это для меня, как особый сигнал, даже не знаю, как правильно назвать? То ли нежности, то ли заботы? Тревоги, волнения, любви? В общем, вы поняли.

А ведь в любви он мне ни разу не признавался. Ни разу! Но может оно и не надо? Главное же, не слова, а поступки.

Жизнь, такая штука непредсказуемая, и все может перевернуться за один миг.

А я…так люблю его и в то же время, как та собака на сене, всячески имею его мозг на протяжение месяца, отыгрываясь за прошлые Федины косяки.

А зачем? Он скоро опять на свою вахту уедет.

— Солнышко, скажи мне, где ты? Пожалуйста, — приглушенно проговорил Федя в трубку.

— Я…я на пересечении Респ, — икнула, в попытке успокоиться и перестать реветь, — Республики и Холодильной. Тут какой-то психованный мужик, сначала наехал, а теперь, кажется, хочет меня добить.

— Я его самого линчую! Блять!

— Ы-ы, — снова шмыгнула носом я.

— Ев?

— М?

— Ты… цела? Как Ярик?

— Да, с нами все нормально, — сглотнула я, поняв в этот момент, как здорово облажалась.

Представляю, папа бы поседел, наверное, если бы я позвонила в первую очередь ему, а не Федору.

Вот, кстати, хорошая мысль, почему первым в списке моих контактов оказался бурильщик, а совсем не отец.

— Сейчас Скорую вызову.

— Зачем? С нами все в порядке, правда, — постаралась заверить его. — Только псих на нервы действует.

— Не отключайся, слышишь? Буду через минут десять. Скажи этому смертнику, что сейчас муж приедет.

— Ага, — кивнула автоматически, а сама настороженно глядела, как беснуется «водятел».