Обнаженная для тебя - Сильвия Дэй

— Тебя послушать, так больно все просто, — пробормотала я.

Вроде бы нелепо было говорить о нас как девственниках, но в эмоциональном смысле что-то такое имелось в нас обоих. Мы нащупывали свой путь во тьме, страстно желая преодолеть тягостные, глубоко укоренившиеся комплексы, пытаясь произвести впечатление и упуская при этом тончайшие нюансы.

— Просто или нет, не имеет значения. Мы все преодолеем, потому что нам это нужно. — Он погладил мои растрепавшиеся волосы, приводя их в порядок. — Но лучше поговорим об этом дома. Мне кажется, я понял, в чем суть нашей проблемы.

Его решительность и уверенность снимали беспокойство, изводившее меня последние дни. Закрыв глаза, я расслабилась, получая удовольствие от того, как он играет с моими волосами.

— Кажется, твоя мать удивилась тому, что я блондинка.

— Неужели?

— И моя тоже удивилась. Конечно, не тому, что я блондинка, — тут же пояснила я, — а тому, что блондинка заинтересовала тебя.

— Да ну?

— Гидеон!

Он чмокнул меня в кончик носа и провел ладонями по моим рукам.

— Я ведь не того типа, на который ты западаешь. Разве не так?

Его брови выгнулись дугой.

— Я западаю лишь на один тип, и он зовется Ева Лаурен Трэмелл. Это все.

— Ну ладно. Пусть будет так. — Я закатила глаза.

— А это имеет значение? Я ведь с тобой.

— Да нет, не имеет. Просто любопытство. Люди редко отступают от своих привычек и пристрастий.

Встав между моими раздвинутыми ногами, он обхватил меня за бедра.

— К счастью для меня, я, похоже, отношусь к тому типу, который тебе по вкусу.

— Гидеон, — с расстановкой произнесла я, — ты вообще ни к какому типу не относишься. Ты представляешь собой особый класс.

— Ты так это видишь, правда? — спросил он, и его глаза сверкнули.

— Сам знаешь, что правда. Поэтому нам нужно выбираться отсюда, да поскорее, пока дело не дошло до новой случки, как у кроликов.

— Только ты, — пробормотал он, прижавшись своей щекой к моей, — способна заставить меня забыть обо всем в таком месте, где обычно меня корежит. Спасибо тебе. Ты именно то, чего я хочу и что мне нужно.

— Ох, Гидеон! — Я обвила его руками и ногами, прижав к себе так сильно, как только могла. — Ты ведь ради меня сюда пришел, да? Забрать меня из ненавистного тебе места?

— Ради тебя, Ева, я бы и в ад спустился, а эта чертова дыра, к счастью, гораздо ближе, — хрипло выдохнул он. — Я уже собирался ехать к тебе и вытащить тебя из дома, когда узнал, что ты отправилась сюда. Тебе следует держаться подальше от Кристофера.

— Почему ты все время это твердишь? Он кажется очень милым.

Гидеон подался назад, пропуская мои волосы сквозь пальцы и прожигая меня пылающим взглядом:

— Он просто одержим идеей братского соперничества, а к тому же крайне неуравновешен, что порой делает его опасным. И к тебе его тянет, потому что таким образом он может уязвить меня. В этом ты должна мне верить.

Почему Гидеон был столь подозрителен в отношении мотивов своего брата? У него должны были быть на то веские основания, но пока это оставалось еще одним вопросом, которым он не поделился со мной.

— Я тебе верю. Конечно верю. И буду держать дистанцию.

— Спасибо. — Подхватив за талию, Гидеон снял меня с насеста и поставил на пол. — Пошли, найдем Кэри и свалим отсюда.

Держась за руки, мы проделали обратный путь из дома, причем мне было ужасно неловко. Во-первых, похоже, наш междусобойчик продолжался неприлично долго. Солнце уже клонилось к закату. Во-вторых, я была без трусов. Мои кружевные трусики Гидеон засунул в передний карман джинсов.

Когда мы вошли в шатер, он взглянул на меня:

— Ева, мне следовало сказать тебе раньше. Ты выглядишь потрясающе. Платье на тебе обалденное, я уж не говорю про эти суперсексуальные красные туфельки.

— Да, похоже, они сработали, — шутливо толкнула я его плечом. — Спасибо.

— За комплимент? Или за трах?

— Тсс! — шикнула я и покраснела.

Его бархатистый смех заставил женские головы в шатре повернуться в нашу сторону, да и некоторые мужские тоже. Тогда он притянул меня к себе и смачно поцеловал в губы.

— Гидеон! — Его мать плыла нам навстречу с сияющими глазами и широкой улыбкой на очаровательном лице. — Я так рада, что ты здесь.

Похоже, она хотела обнять его, но он чуть-чуть изменил позу, и его, а заодно и меня словно окружило невидимое силовое поле. Элизабет резко остановилась.

— Мама, — приветствовал он ее с теплотой арктического шторма, — за мое появление ты должна благодарить Еву. Я приехал, чтобы забрать ее.

— Но она тут прекрасно проводит время. Правда, Ева? Ты должен задержаться ради нее. — Элизабет посмотрела на меня с мольбой в глазах.

Я сжала руку Гидеона. Решение, конечно, оставалось за ним, но я ничего не могла поделать со своим любопытством. Мучительно хотелось понять, что стоит за его холодностью по отношению к матери, которая его, без сомнения, так любит. Ее взгляд жадно скользил по лицу сына, вбирая в себя черты, во многом похожие на ее собственные. Как давно она не видела Гидеона?

Потом мне пришло в голову, что, быть может, она слишком сильно любит его… И у меня напряглась спина.

— Не дави на Еву, — сказал Гидеон, растирая костяшками пальцев мою спину. — Ты ведь уже получила, что хотела: повстречалась с ней.

— Быть может, как-нибудь на неделе заглянете вдвоем на обед?

В ответ он лишь поднял брови. Потом Гидеон посмотрел в сторону, и, проследив за его взглядом, я увидела Кэри. Кэри появился откуда-то из лабиринта живых изгородей, а на его руке повисла весьма известная поп-принцесса. Гидеон помахал ему рукой.

— Эй, только не забирайте Кэри! — запротестовала Элизабет. — Он же душа вечеринки.

— Я так и знал, что он тебе понравится, — отозвался Гидеон. — Но не забывай, мама, он друг Евы. А это автоматически делает его и моим.

Но тут, к моему величайшему облегчению, Кэри присоединился к нам, непринужденно разрядив обстановку.

— А я как раз тебя искал, — обратился он ко мне. — Хотел спросить, не собираешься ли ты домой. Мне тут позвонили и сказали, что ждут. Так что надо ехать.

Судя по тому, как сверкали его глаза, я поняла, что позвонил ему Трей.

— Да, мы как раз собирались ехать.

Мы с Кэри обошли шатер, прощаясь и рассыпаясь в благодарностях. Гидеон неотступно, как собственник, следовал за мной.

Мы уже шли к дому, когда я заметила стоявшую в сторонке и смотревшую на Гидеона Айерленд.

— Давай подойдем к твоей сестре и попрощаемся, — предложила я.