Запрещенные друг другу - Арина Александер

— Он ни с кем не задерживался больше двух недель, — заявила высокомерно Марина, выпятив подбородок.

— Серьёзный аргумент, ничего не скажешь. А вот на дверь указал так же, как и всем остальным, — не сдержавшись, усмехнулась Юля, устав бороться с твердолобостью родственницы. Встретив её у дома, ожидала поток слёз, море обиды, в общем, всего, что сопровождает разбитое сердце, но никак не непробиваемого упрямства.

Марина, заметив её улыбку, резко вскочила с дивана, чуть не опрокинув стол. Губы сжались в тонкую полоску, щёки пошли красными пятнами.

— По-твоему, это смешно?

Юля вовремя поймала стоявшую у самого края чашку, стерев с лица улыбку. Что-то этот разговор начал её порядком напрягать.

— Да нет, мне как раз и не до веселья.

— Тогда почему ты не хочешь поддержать меня? Разве не ты когда-то говорила, что за любовь стоит бороться?

И что тут скажешь? Юля молчала. Говорила, было дело. Но если бы даже она не была той самой «с*учкой», встрявшей между племянницей и Валом, всё равно отговаривала бы. Тут и разница в возрасте немаленькая, и отношение к жизни под разными углами. При всей любви к Марине… ну вот что она могла дать Валу кроме охренительного секса, которому, к слову, он её и научил? Что?.. Вынос мозга? Пожизненные истерики и скандалы? А Марина могла, это у неё получалось на ура. Причем, всегда. Непонятно, чем не устраивали её одногодки, среди которых были и весьма успешные парни, но в Дударева она вцепилась основательно. И дело не в ревности, женском соперничестве или зависти. Отнюдь. Просто кто-то никак не мог понять, что насильно мил не будешь. Только и всего.

Военбург ждала от поддержки, а она не знала, что и сказать. Все советы казались пустыми и ненужными, а лгать и подыгрывать, оказывая медвежью услугу, Юля не собиралась. Её целью было отговорить, уберечь племянницу от боли и слёз, а не подлить масла в бушующее пламя.

— Вал не любит тебя, Марин. О какой борьбе может идти речь? — вздохнула, услышав скрип открывающихся ворот. Приподнявшись с дивана, увидела въезжающий во двор автомобиль и внутренне напряглась.

Марина тоже вытянула шею, подавшись к окну, и проследив за вышедшим из машины Глебом, быстро прошептала:

— Да мне похер, Юль. Я не одна из его шлюх, с которыми он спал ради зарубки на члене. Мной нельзя попользоваться, а потом взять и выставить за дверь, как ненужную вещь. Может я и наивная дурочка, но поступать так с собой не позволю. На следующей неделе у него день рождения, по-любому будет отмечать в «Ингуле». Пойду, посмотрю, что за овца заняла мое место и заодно проверю одну теорию.

— Боже, Марина, что ещё за теория? — насторожилась Юля, прислушиваясь к доносившимся из прихожей шагам.

— Потом всё узнаешь, — поправила та одежду, готовясь к встрече с Осинским. — Не хочу говорить, вдруг не получится. Кстати, из наших никто не в курсе, так что…

Юля быстро кивнула. Такое мужу точно нельзя рассказывать. Зачем дразнить быка красной тряпкой, когда он и без этого разъярен.

— А чем это у нас так вкусно пахнет? — вошел на кухню Глеб размашистым шагом и удивленно замер, увидев за столом улыбающуюся Военбург. — О, Маринка, привет!

— Привет, — поздоровался в ответ, как ни в чем не бывало. Вот у кого прирожденный талант к самообладанию.

— Ты как раз вовремя, — поприветствовала мужа Юля, нервно теребя кухонное полотенце.

— Вот это по-нашему, — энергично потер руки Глеб, смачно целуя её в щеку. Мог бы, конечно, поцеловать и в губы, как делал до этого миллионы раз, но Юля настолько ощутимо вздрогнула от их мимолетного контакта, что самому стало неприятно. А он-то думал, конфликт давно исчерпан. — Ладно, — моментально сменил тональность, оставляя жену в покое, — вы тут пока всё организуйте, а я за Сашкой, — развернулся к выходу, мазнув по Юле придирчивым взглядом.

— Что это с ним? — спросила изумленно Марина, как только за Осинского закрылась дверь.

Юля начала сервировать стол, избегая смотреть племяннице в глаза.

— Да так, не бери в голову, — прикусила растерзанную изнутри щеку, нацепив на лицо дежурную улыбку. — На работе, наверное, проблемы.

***

Два часа ночи, а она так и не смогла уснуть. Как не старалась призвать к себе Морфея, выбирая удобную позу, так ничего и не получилось.

Встреча с Валом, её сомнения относительно их будущего, твердолобость Маринки и в завершение, предвзятое отношение мужа, наложили всё-таки на её нервную систему свой отпечаток. Заснуть после такого нереально, а до рассвета ещё так долго.

Господи, как быть? Как обрести счастье, не сделав никому больно? Как выбрать правильный путь, когда запуталась в чувствах, когда разрываешься между «хочу» и «страшно». Когда презираешь себя за нелюбовь к ставшему родным человеку и изнываешь от похотливого желания к абсолютно незнакомому мужчине.

Услышать бы сейчас его голос, понежиться в звучании густого обволакивающего бархата и поверить, что всё у них будет хорошо. Хотя бы несколько слов, хотя бы просто помолчать, но вместе…

Осторожно сбросила с себя одеяло, прислушиваясь к ровному дыханию мужа. Выждала с минуту, наблюдая за его реакцией и не заметив признаков пробуждения, как можно тише поднялась с кровати. Оглянувшись по сторонам, нашла брошенный на спинку стула халат и, прихватив его с собой, бесшумно выскользнула из спальни.

Сначала прошла на кухню, включила расположенную на вытяжке подсветку и, поставив на огонь чайник, обессилено рухнула на диван, борясь с жутким желанием броситься к оставленному в сумке телефону и позвонить ЕМУ.

Руки дрожали, внутри всё потряхивало. Нельзя! Нельзя!!! Нельзя-я-я…

Подорвавшись с дивана, открыла кран, набрала полную пригоршню воды и щедро умыла пылающее лицо, в надежде прийти в себя. Не помогло. Стало ещё хуже.

Облокотившись об подоконник, уставилась в окно невидящим взглядом и принялась анализировать сложившуюся ситуацию. С Валом стоило поговорить, озвучить то, что не давало покоя, вызывало сомнения и побуждало страхи, а ещё предупредить относительно Марины. Мало ли, что у неё в голове. Сколько не спрашивала после ужина, не пыталась втереться в доверие, она так и не призналась. Только и смогла узнать, что бёздник у Дударева в среду, и что он собирается отмечать его в кругу друзей, заранее забронировав в «Ингуле» второй этаж.

Надо же… День рождения. А ей ничего и не сказал. Хотя, что толку? Она всё равно не смогла бы прийти, разве что поздравить и то, по телефону. Тяжело вздохнула. Как не крути, а одними поцелуями мил не будешь. Тут стоило или решиться на большее, отдавшись во власть жгучей страсти, или поставить жирную точку, продолжая жить в своем мире. Другого не дано.

Выключив запищавший чайник, прошла в прихожую, сняла с вешалки сумку и, порывшись в ней некоторое время, достала подаренный Дударевым мобильный.

Сад встретил оглушающей тишиной, заставляя вздрагивать от малейшего шороха. Не стала говорить возле дома, отошла как можно дальше, практически к границе с соседним домом.