Я хочу от него сына - Желана Соколова

У-ух! Сказала. Даже не верится.

Из-за слез с трудом вижу реакцию Федора.

Кажется, что время замедлилось, и бурильщик вместе с ним. Он резко тормозит на месте, переставая мельтешить передо мной, и то ли с недоумением, то ли с удивлением, внимательно вглядывается в мое лицо.

Я напряженно жду.

— Что за хрень ты сейчас сморозила?! — восклицает он, отмерев.

Я судорожно хватаю ртом воздух, пораженная его тоном. С претензией, главное.

«Ну, стандартно, че, — иронизирую про себя, — дурака включил. Вернее, из меня дуру сейчас сделает. Это у мужиков от рождения в настройках заложено».

Тут же припоминаю все подозрительные моменты в поведении Федора, случившиеся с ним по приезду в его родной город. СМС-ки, некоторая нервозность после получения некоторых месседжей, пара сброшенных звонков, постоянные отлучки. В гараж, ага.

А я, дура, ни сном, ни духом. Старалась быть спокойной, как удав и не придавать значения этим странностям.

Даже соц. сети и его страницы на СЗ давно забросила, перестав мониторить.

Один раз только и спросила, кто звонил? Ах, дружбан, ну и ладно!

Только не быть замороченной и подозрительной, — успокаивала себя. В отношениях же, главное, доверие. Постоянное ожидание пушного зверя — «песца», — к оному и приводит. Негативные мысли, бла, бла, бла, имеют пакость дозревать и до негативных последствий.

И что? Меня спасло это позитивное мышление?

Чуйка дала сбой, хотя, я еще тот параноик по жизни. Вернее, не так. Тревожные мысли нет-нет да закрадывались, но я от них отмахивалась, как от назойливой мухи. И я даже знаю, почему. Слишком зациклила свое внимание на Фединой маме, упустив из виду главное.

Мне стоило сюда приехать, чтобы для себя уяснить — я для него никто. Как выразилась метко Миланочка: «суррогат».

Может быть, как вариант, и привезли меня сюда с целью подраконить «Милашечку». Назло!

Совместили приятное с полезным.

Ну и маму успокоить, чтобы не волновалась, да-а.

Ой-ёй, я сейчас как наделаю выводов!

— Не говори. Вообще отмороженная, — соглашаюсь с ним, шмыгнув носом, — такую пургу несу.

Слезы катятся уже сплошным потоком — не скроешь.

— Ты плачешь что ли? — замечает он, наконец. — Ну, пиз*ец, детка. Приплыли, — резюмирует, присев на корточки передо мной, схватив мои ладошки и сжимая их в своих теплых руках. — И руки, как у лягушки, как всегда.

— Любовь не греет, — бодрюсь и кривлю губы в самоиронии, пока он растирает кисти моих рук, согревая.

Федор хмурится от моих слов. Что-что, а сарказма, едких намеков и подъё*ов он не любит, и не раз давал мне это понять.

— Хватит баламутить кал в голове, — прищурившись, выдает очередной перл. — Или твой мозг окончательно тараканы атаковали?

Говорят, мужики намеков не понимают. Нагло врут. По глазам медвежонка вижу — все он понял, но делает вид, что это я х*рнёй страдаю.

Я даже ответить не могу, так как всхлипы и плач только набирают обороты. Просто смотрю, то на наши переплетённые руки, то на его лицо. Какое у него самообладание, однако!

— Не реви, блин, — кривится Федор, словно у него зуб разболелся. Нетерпимость женских слез налицо. — Что ты там себе придумала? Какая муха тебя укусила?

Нервно усмехаюсь, услышав последний вопрос. Это он немного сплоховал про муху-то. Ляпнул, не подумав, давая мне шанс зацепиться за его слова.

Поднимаю свои глаза и ловлю его «честный» взгляд. Гляди-ка, не отводит.

Ну, коли интересно, я удовлетворю его любопытство.

— Знаешь, Федь, про муху, прям в точку, — скалюсь сквозь слезы. — Подлетала тут одна Цеце, много интересного нажужжала.