Наслаждения ночи - Сильвия Дэй

— Так нечестно. — Она надула губки.

Он облизал следы своих зубов на ее коже.

— Это что, жалоба? — Его большая рука скользнула между ее ног. — А если вот так?

Ее дыхание сделалось свистящим, когда он стал сквозь брюки легонько растирать ей промежность, достаточно эффективно для увлажнения, но никак не для удовлетворения.

— Ох, Эйдан…

Он прижал ее к себе сильнее, яростнее, как будто звук собственного имени добавил ему возбуждения.

— В следующий раз, — пробормотал он, расстегивая пуговицу на ее поясе, потом молнию, а затем спустил с нее брюки.

— Ч-то…

— Кровать. Нам до нее сейчас не добраться, — сказал он и быстро засунул руку в ее промежность, так что ей пришлось ухватиться за дверную ручку, чтобы устоять на ногах.

Его пальцы раздвинули ее половые губы и скользнули внутрь, в то время как он, приблизив рот к ее уху, прошептал:

— Я собираюсь взять тебя, Лисса. Прямо здесь. Любыми способами.

У нее подогнулись колени, и, не окажись его пальцы уже глубоко в ней, она осела бы на пол.

— Давай!

Она тяжело привалилась к двери, а он принялся трахать ее пальцами, быстро, сильно, но не очень глубоко. Его вожделение обостряло ее похоть, делая ее безумной и неподдающейся контролю. И он это знал.

— Раздвинь ноги.

Его резкий приказ заставил ее содрогнуться от предчувствия. Его пальцы, лежавшие поверх ее руки на дверной ручке, переместились к груди и принялись мять сквозь блузку и бюстгальтер сосок, вызвав у нее громкий умоляющий стон.

Тогда он освободил ее ногу от брючины и поставил ее на порог, который на несколько дюймов поднимался над полом гаража. Лисса бесстыдно раскорячилась.

— Да.

Она вся дрожала, когда он вывел два пальца и ввел уже три. Он был яростен, однако под этим напором угадывалось чуткое внимание. Все ее сомнения казались нелепостью: ни один мужчина не мог обходиться с женщиной вот так, если по-настоящему не заботился о ней, не знал ее и не хотел доставить ей наслаждение. Да, каждое его движение было пронизано вожделением, похотью, но в них чувствовалось также нечто куда более глубокое.

До ее слуха доносились звуки снаружи. Мимо гаража проезжали машины, соседи разговаривали, играли дети, родители окликали их. Все это происходило совсем рядом, но ей сейчас ни до чего не было дела. Она хотела лишь Эйдана. Нуждалась в нем.

— Ты таешь у меня в руках, — произнес он, касаясь губами ее кожи.

— Я… — Она подалась назад. — Быстрее!

Прежде чем ей удалось понять, что происходит, Эйдан отступил и развернул ее к себе лицом.

Он посмотрел на нее пронизывающими синими глазами, а потом, зажав ее лицо между ладоней, страстно поцеловал.

Любыми способами.

До сих пор Лисса не могла отделаться от ощущения, что у Эйдана все, даже секс, находится под жестким контролем, но сейчас чувствовалось, что контролем тут и не пахнет. Он был готов затрахать ее до безумия, и ей отчаянно этого хотелось. Хотелось, чтобы он потерялся в ней.

И тут Эйдан снова удивил ее, упав на колени.

Дрожащими руками перекинув ее ногу через свое плечо, он с восторгом уставился на ее промежность.

— Какая красота! — выдохнул Эйдан, прежде чем его большие пальцы раздвинули ее половые губы.

Она уже поняла, что сейчас будет, но все равно, когда он стал вылизывать ее щель, мир Лиссы пошатнулся.

Охнув, она запустила пальцы в его шелковистые волосы и вцепилась в них, чтобы удержать равновесие. Жаркие губы Эйдана обхватили ее клитор, и язык с восхитительным искусством принялся двигаться туда-сюда, возбуждая чувствительный нервный узел. Когда он, простонав, ускорил ритм движений, она прикусила нижнюю губу, чтобы не закричать. Но когда Эйдан ввел язык ей во влагалище, крика сдержать не удалось.

Он прогудел что-то в знак поощрения.

Вне себя от наслаждения, она покачивала бедрами, подаваясь навстречу проникающим движениям его языка, неглубоким, но доводившим до безумия.

— Пожалуйста! — взмолилась она, уронив руки ему на плечи.

Каждый его вздох обжигал ей кожу, его пальцы, разминавшие бедра, повергали в дрожь, равномерные проникающие движения языка доводили до безумия.

— Пожалуйста! — снова простонала она, схватившись для поддержки за его руку.

Он поцеловал ей клитор, и все ее мускулы напряглись в преддверии оргазма, которого она жаждала сильнее, чем следующего вздоха. И он нагрянул с такой силой, что она упала бы на колени, не поддержи ее Эйдан. Причем поддержка его была не только физической, но и глубоко внутренней, его чуткое внимание ко всем ее нуждам радовало и обнадеживало.

Когда она начала заваливаться назад, Эйдан встал и с удивительной легкостью оторвал ее от пола. Она обхватила ногами его бедра и задрожала, когда их взгляды встретились. Ни в его глазах, ни на губах не было и тени удовлетворенной улыбки — лишь сильное желание, словно он, глядя на нее, заглядывал куда-то вглубь.

— Возьми меня, — прошептала она.

Легко, без усилий поддерживая ее одной рукой под ягодицы, Эйдан расстегнул брючную пуговицу, затем молнию и спустил джинсы, а потом, заскрежетав зубами, одновременно опустил ее и подался вверх сам. Она изогнулась в его руках, ощутив, как твердый словно камень огромный член вонзился в ее тугое, набухшее, увлажненное лоно.

Раздувая ноздри, Эйдан медленно вывел свой член лишь для того, чтобы засадить снова, пришпилив ее к двери.

— Ох боже, какой он огромный!

Обнимая его за плечи, она ощущала влажную ткань, разделявшую их потные тела. Мускулы верхней части его спины вибрировали под кончиками ее пальцев. Слегка согнув колени, он снова мучительно медленно вывел член, а потом опять ввел его, наполнив ее влагалище так, что у нее перехватило дыхание.

Она держалась из последних сил. Эйдан полновластно владел ею, засаживая глубоко и сильно, рыча при каждом толчке и хрипло дыша всякий раз, когда выводил член. Ее зад вновь, вновь и вновь со стуком прикладывался к двери, и этот ритм лишь усиливал общее ощущение. Безумный секс. Она любила это, жаждала этого, желала его. Так же как он, по его признанию, желал ее.

Рев собственной крови заглушал все остальные звуки, однако ей все же удалось расслышать его голос, шепотом произносивший какие-то слова на неведомом языке. В гараже было жарко. Душно, словно в сауне, что лишь усиливало ее возбуждение. Она чувствовала себя одурманенной и обессиленной, хотя каждой клеткой своего тела чутко подстраивалась под мужчину, так превосходно ее имевшему.

— Эйдан! — воскликнула она, прижимаясь губами к его скользкой от пота шее, ее пальцы теребили мокрые пряди его волос.

В ответ он перехватил ее еще крепче, усилив напор, снова и снова вгоняя член в ее влагалище.