Обнаженная для тебя - Сильвия Дэй

Тело мое уже возбудилось, пульс участился.

— Да уж давай, что там.

* * *

Когда мы добрались до моей квартиры, Кэри уже не было. Он оставил мне записку, что отправился на работу, но освободится достаточно рано, чтобы провести время со мной и с Треем. Поскольку прошлым вечером мне было явно не до них, то я не имела ничего против.

— У меня сегодня вечером деловой обед, — заявил Гидеон, пытаясь через мое плечо прочесть записку. — Я надеялся, что ты пойдешь со мной, чтобы чуть-чуть скрасить его.

— Не могу бросить Кэри, — произнесла я извиняющимся тоном, повернувшись к нему. — Знаешь, он совсем как кобель перед случкой, и все такое.

Его рот скривился, руки уперлись в стойку бара по обе стороны от меня. Одет он был в выбранный мною деловой костюм от «Прада», темно-серый с мягким отливом. Голубой галстук как нельзя лучше подходил к цвету глаз, и я, лежа на кровати и глядя, как он одевается, вынуждена была подавлять в себе желание все это с него сорвать.

— И хотя Кэри твой не кобель, я тебя понимаю. Раз уж так вышло, то давай встретимся попозже. Могу я заехать к тебе после обеда и остаться на ночь?

От предвкушения секса меня бросило в жар. Я провела рукой по его груди, испытав гордость оттого, что знаю, как он выглядит без одежды.

— Буду очень рада.

— Вот и прекрасно, — удовлетворенно кивнул он. — А сейчас, пока ты одеваешься, я сварю нам кофе.

— Зерна в холодильнике. Кофемолка рядом с кофейником. Мне нравится не очень сладкий, но с молоком.

Когда я вернулась через двадцать минут, Гидеон уже налил кофе в две походные кружки, и мы спустились вниз. Пол встретил нас у входа и предупредительно открыл заднюю дверь «бентли».

Пока водитель пытался вписаться в поток транспорта, Гидеон присмотрелся ко мне и заявил:

— Нет, ты определенно хочешь моей смерти. Ты что, опять в подвязках?

Задрав подол юбки, я продемонстрировала ему край черных шелковых чулок, крепившихся к черному кружевному поясу.

Он тихонько выругался, что вызвало у меня улыбку. На мне был черный свитер с коротким рукавом и высоким горлом, чудесно подходивший к не слишком короткой плиссированной красной юбке, и туфли от Мэри Джейн. Поскольку Кэри, способного сотворить чудеса с моими волосами, поблизости не оказалось, я попросту завязала их в конский хвост.

— Тебе нравится?

— Я торчу. — Голос его был хриплым. — И как, спрашивается, я буду заниматься весь день делами, без конца представляя тебя в этом наряде?

— Так уж и «весь день», ведь есть обеденный перерыв, — заметила я, вспомнив про диван в кабинете Гидеона.

— У меня сегодня бизнес-ланч. Если бы вчера я не подтвердил, то непременно перенес бы встречу.

— Ты перенес бы важную встречу из-за меня? Польщена.

Он протянул руку и провел кончиками пальцев по моей щеке: знакомый жест, до слез трогавший своей нежностью и интимностью. У меня уже начала вырабатываться зависимость от таких прикосновений.

Я прислонилась щекой к его ладони.

— Ну, пятнадцать минут из своего дня ты для меня выкроишь?

— Постараюсь.

— Позвони, когда будешь знать время.

Глубоко вздохнув, я полезла в свою сумку и сжала рукой подарок. Я не была уверена, что он захочет его получить, но история с жутким ночным кошмаром не шла у меня из головы. Я, правда, надеялась, что этот подарок напомнит ему обо мне и нашем сексе в три часа ночи, поможет ему справиться.

— Тут у меня кое-что… Я подумала…

Неожиданно вся эта затея показалась мне глупостью.

— Что-то не так? — нахмурился Гидеон.

— Да ничего. Просто… — Я снова вздохнула и выпалила: — Послушай, у меня тут кое-что для тебя есть, но я вот только что подумала, что такие подарки… да это на самом деле и не подарок. Да и вообще теперь я вижу, что это не к месту…

— Ну-ка, дай сюда, — протянул руку Гидеон.

— Ты вовсе не обязан это брать…

— Помолчи, Ева, — поманил он меня пальцем. — Давай сюда.

Я вынула подарок из сумки и вручила ему.

Гидеон в полном молчании уставился на фотографию в рамке. Рамка была очень современной, с символикой по случаю окончания университета и с вмонтированными электронными часами, которые показывали 3:00. А на фотографии, сделанной в Коронадо-Бич, была запечатлена я, в коралловом бикини и огромной соломенной шляпе. Загорелая, счастливая, я посылала воздушный поцелуй Кэри, который, изображая крутого рекламного фотографа, подбадривал меня потешными призывами: «Чудненько, дорогуша. Побольше развязности. Побольше сексуальности. Превосходно. Теперь покажи мне стерву… Ух ты!»

В растерянности я поерзала на сиденье.

— Как я уже говорила, ты вовсе не должен…

— Я… — Он прочистил горло. — Спасибо, Ева.

— Ах, ну что там…

Обрадовавшись тому, что мы наконец подъехали к Кроссфайр-билдинг, я выскочила из машины сразу же, как только водитель остановился, и принялась со смущенным видом разглаживать юбку.

— Если угодно, я могу потом заехать.

— Не надо, я сам. Ты ее назад не повезешь, — закрывая дверь «бентли», покачал головой Гидеон и указал на вращающуюся дверь рукой, в которой держал рамку.

Когда до меня дошло, что он решил взять мое фото с собой на работу, в груди разлилось приятное тепло.

* * *

Характерной особенностью рекламного бизнеса было то, что ни один последующий день не повторял предыдущий. Проведя все утро в приятных хлопотах, я только успела задуматься о том, куда отправиться в обеденный перерыв, как зазвонил телефон.

— Офис Марка Гэррити, говорит Ева Трэмелл.

— У меня хорошие новости, — с ходу выдал Кэри.

— Выкладывай!

Я по голосу слышала, что новости, в чем бы они ни заключались, и вправду хорошие.

— Я участвую в рекламной кампании «Грей айлз».

— О господи, Кэри. Просто потрясающе! Обожаю их джинсы!

— Какие у тебя планы на ланч?

— Отпраздновать с тобой, — ухмыльнулась я. — Сможешь подъехать ко мне к полудню?

— Уже в пути.

Я повесила трубку и откинулась на стуле, так радуясь за Кэри, что мне хотелось пуститься в пляс. Чтобы как-то убить пятнадцать минут, оставшиеся до обеденного перерыва, я проверила почтовый ящик и с ужасом обнаружила в дайджесте Google имя Гидеона. Более тридцати упоминаний только за сегодняшний день.

Загрузив почту и посмеявшись над повторявшимися заголовками «Таинственная женщина», я кликнула по самому первому и обнаружила в разделе сплетен собственную персону.