Нимфа - Мишель Яффе

— Не трудитесь отрицать это. Без сомнения, вы рассчитываливыиграть спор, запугав меня.

— Вы думаете, что это я подбросила вам записку? —воскликнула Софи. — Вы хотите обвинить меня в мошенничестве? В том, что я…

Криспин улыбнулся, и она поняла, что он шутит. И сноваотметила, как он красив. И опасен.

— Вы… вы… — Она смешалась, подыскивая нужное слово.

— Негодяй? — пришел ей на помощь Криспин.

— Вонючий клоп, — предпочла Софи свойвариант. — Вы издеваетесь надо мной.

— Это единственный способ спасти вас отобжорства. — С этими словами он отправил в рот последний бисквит смалиновой начинкой.

Софи отвернулась от него, и не потому, что сожалела обутраченном лакомстве, а потому, что на подбородке Кристина осталась капляначинки, и Софи ощутила страстное желание слизнуть ее. Это заставило ее думатьо поцелуе, о его ласках, о том, что произошло между ними ночью. А еслиразрешить себе эти мысли, то ни о чем другом уже думать будет нельзя. Ей жепредстояло поразмыслить о многом.

Едва Криспин успел доесть бисквит и вытереть с подбородкасладкую каплю, в чем Софи убедилась, взглянув на него украдкой, она обратиласьк нему с вопросом:

— Что Терстон имел в виду, когда говорил о том, что выотправитесь по делам? — Она постаралась, чтобы вопрос прозвучал как можноболее непринужденно.

— Ничего особенного, — ответил Криспин, слизываяначинку с пальцев. — Просто сегодня мне нужно кое-что сделать.

Его маневр почти удался. Софи была так поглощена этимзрелищем, представляя себе его губы на своих пальцах, что едва не пропустиламимо ушей крохотную паузу, предшествовавшую его ответу.

— Лорд Сандал, — серьезно произнесла она, — яне предполагала, что вы прибегнете к такой коварной тактике. — Онаотмахнулась от него, когда он попытался возразить. — И не трудитесь этоотрицать. Без сомнения, вы пытаетесь выиграть спор при помощи откровенной лжи.

— Вы правы, — сокрушенно вздохнул Криспин, закативглаза. — Мои дела напрямую связаны с расследованием. Я разослал некоторымподписчикам Ричарда Тоттла письма, в которых сообщается, что я намерен купитьего издательское дело и хочу обсудить с ними условия подписки, прежде чемпринять окончательное решение.

— Милорд, это великолепный план. — Софивоодушевилась. — Я давно подозревала, что с подписчиками не все ладно, атак мы сможем выяснить это наверняка.

— Я выясню это наверняка. Вы со мной не пойдете.

— Почему? Что может мне помешать? — сердитовзглянула на него Софи.

— Ордер на ваш арест, который есть у констеблей, икоролевская премия в размере двухсот фунтов, назначенная за поимку вас какбеглой преступницы, которую сможет получить любой горожанин, — невозмутимоответил Криспин. — Не забывайте, что вы разыскиваетесь за побег из тюрьмыи что петля виселицы, можно сказать, болтается у вас на шее. На вашем месте ябы поостерегся показываться в публичных местах.

Софи сощурилась и в крайнем раздражении сморщила нос, аКриспин порадовался, что ему удалось загнать ее в угол своими железнымидоводами. Он демонстративно не обращал на нее внимания, стряхивая крошки спокрывала. И если бы он не отвернулся, чтобы поставить поднос на столик возлекровати, то увидел бы коварную улыбку, осветившую вдруг ее лицо и непредвещавшую ничего хорошего. Криспин не был готов к тому, что за нейпоследовало, и едва не выронил поднос, когда услышал испанскую речь:

— Дон Альфонсо, который, к счастью, оставил здесь своюодежду позапрошлой ночью, благодарит его светлость за заботу и уверяет, чтоостанется никем не узнанным.

— Нет. Абсолютно исключено, — решительно покачалголовой Криспин, прежде чем повернулся к ней. Оказывается, он недооценивал ее.

— Почему нет? Может быть, угроза моего ареста для васвсего лишь отговорка, при помощи которой вы надеетесь раскрыть убийство первым?

— Ваш маскарадный костюм испорчен. — Криспин немог допустить такого подстрекательства. — Вас узнает любой человек впределах графства Кент.

— В «Единороге» меня никто не узнал, — усмехнуласьСофи.

— Я узнал, — справедливо заметил Криспин.

— Да, но вы на редкость проницательны. И кроме того,что вы теряете, если позволите мне пойти? Если меня арестуют, то отправят втюрьму, и вы выиграете спор. Единственную причину вашего нежелания брать меня ссобой я вижу в том, что вы признаете мое интеллектуальное превосходство ибоитесь проиграть.

В этот момент, глядя на обнаженную Софи, лежащую на кровати,он признавал за ней превосходство только лишь в умении досаждать окружающим.Однако его профессиональное чутье снова дало о себе знать: если он позволит ейпринять участие в расследовании, то лишь укрепит доверие, которое он надеялсявызвать к себе, и тогда он сможет рассчитывать на искренность в ответах на своивопросы. Не говоря уже о том, что у него появится возможность полюбоваться еестройными ногами в бриджах.

— Хорошо, мисс Чампьон, пусть будет по-вашему. ДонАльфонсо может присутствовать на этой встрече. Но только при двухусловиях. — Софи бросила на него скептический взгляд, но Криспина это несмутило. — Во-первых, вы будете сидеть тихо и молча. И во-вторых, я самподберу для вас усы.

Через четыре часа Криспин Фоскари, граф Сандал, и егосекретарь-испанец дон Альфонсо заканчивали беседу с предпоследним подписчиком.Им удалось выяснить несколько любопытных вещей. Например, что сэр Ичибальд Риффсчитает единственно приемлемой темой для беседы-достоинства своей новой жены,которая на сорок шесть лет младше его и любит болтать, как неугомонная сойка; чтоледи Элери шагу не может ступить без своей любимой собачонки, терьера Карлайла,и без своего послушного племянника Гордона; что Карлайл равнодушен к воронам, аГордон неравнодушен к деньгам своей тетушки и поэтому считает, что тратить ихна «писанину Ричарда Тоттла» — величайшая глупость; а также то, что герцогГроут неравнодушен к французскому бренди Криспина. Софи, исполняя обязанностисекретаря, тщательно записывала все до мелочей и, кроме того, делаланаблюдения, не имеющие отношения к издательскому делу Ричарда Тоттла. Все троеопрошенных утверждали, что подписались на издание Ричарда Тоттла потому, чтохотели быть в курсе дел королевы Элизабет, причем сэр Ичибальд случайнопроговорился, что сделал это по настоянию жены, которая стремилась стать образованнее.«А я между тем женился на ней вовсе не ради ее мозгов», — хитро подмигнулон, и Криспину пришлось громко рассмеяться, чтобы заглушить ворчание Софи.

Беседы проходили в библиотеке Криспина, здесь же они с Софиожидали последнего визитера. Никто из подписчиков не бросил в сторону Софиподозрительного взгляда, о чем она считала своим долгом сообщать Криспинувсякий раз после ухода гостя. Криспин же упорно объяснял это качествомподобранных им усов.