Чертов нахал - Ви Киланд

– Подсудимый, встаньте.

Я встал. Мой адвокат встал тоже.

– Мистер Найтмен, ваш адвокат дал вам разъяснения в отношении предъявляемых вам пунктов обвинения?

– Да, Ваша честь.

– Прежде чем я приму ваше заявление о признании вины, я должен быть уверен, что вы понимаете обвинения, выдвинутые против вас, последствия признания вами вины, а также то, что вы имеете право на судебное разбирательство. Процедура, которая имеет место сегодня, называется заявление подсудимого. Я задам вам несколько вопросов, и вам будет дана возможность до вынесения приговора сделать заявление от своего имени. У вас имеются вопросы по порядку проведения суда?

– Нет, Ваша честь.

– Вам предъявлены обвинения в нарушении статьи 242 Уголовного кодекса Калифорнии – нанесение тяжких телесных повреждений. Ваш адвокат объяснил вам состав преступления?

– Да, Ваша честь, объяснил.

– И вы осознаете, что имеете право на суд присяжных равного с вами социального статуса и что признание вины сегодня лишит вас возможности воспользоваться этим правом?

– Да, я все осознаю.

– И, тем не менее, сегодня вы отказываетесь от этого права и признаете себя виновным во вменяемом вам преступлении?

– Да, это так.

– Пожалуйста, изложите собственными словами детали преступления, в котором вас обвиняют.

– Меня обвиняют в причинении физического увечья другому человеку и нанесении ему тяжких телесных повреждений.

– Хорошо, мистер Найтмен. Суд считает, что вы понимаете суть преступления, в совершении которого вас обвиняют, а также последствия ваших сегодняшних заявлений. Окружной прокурор и ваш адвокат выдвинули заявление для рассмотрения в суде. Одно из условий признания вины требует, чтобы вы предоставили четкие детали совершенного вами преступления и причину, побудившую вас к данным действиям. Это устраняет любые сомнения в характере вашей вины. Вы готовы предоставить суду вашу версию происшедшего?

Я повернул голову и оглядел почти пустой зал суда. Пристав был занят тем, что вычищал грязь из-под ногтей. Несколько человек в серых костюмах низко опустили головы и строчили послания в своих телефонах. Складывалось впечатление, что не происходило ничего особенного; это был самый обычный день, как и все остальные. В зале находился только один человек, чье лицо выражало потрясение. Я приложил максимум усилий к тому, чтобы она не присутствовала, но она настояла на этом. Там, в третьем ряду зала суда, на ободранной скамье сидела одинокая фигурка – моя сестра Адель. Ее нос покраснел от непрерывно текущих по щекам слез. Я был в отчаянии от того, что ей снова и снова приходится слышать все эти подробности.

Вновь переведя внимание на ожидающего моего ответа судью, я кивнул и спокойно ответил:

– Да, Ваша честь. Я готов.

– Прекрасно. Что вы утверждаете, мистер Найтман? Поведайте суду, что произошло в ночь на десятое июля?

Я с трудом проглотил слюну.

– В ночь на десятое июля я пришел домой к наркодилеру и пригрозил ему…

Судья прервал меня и переговорил с адвокатом.

– Это предполагаемый наркодилер, не так ли? Пострадавший ведь ранее не привлекался за какое-либо правонарушение?

Мой адвокат подтвердил:

– Да, Ваша честь, пострадавший ранее не привлекался.

Это ли не удар под зад? Меня осудят, а настоящие преступники останутся на свободе?

Судья вновь обратился ко мне.

– Мистер Найтмен, вы можете называть пострадавшего либо «пострадавший», либо «предполагаемый ниркодилер», либо по имени. Любая иная формулировка не принимается. Вам это ясно?

Я так стиснул челюсти, что, казалось, зубы раздробятся, но все же кивнул. Черт, никакая сила в мире не заставит меня называть эту кучу смердящего дерьма «пострадавшим». Единственной пострадавшей в этой трагедии была Адель.

– Продолжайте.

– Как я уже упоминал, я пришел в дом предполагаемого наркодилера, Дариуса Маршала и начал угрожать ему. Предполагаемый наркодилер был дружком моей сестры. По моему предположению, он ранее имел разногласия с другим предполагаемым наркодилером. Я угрозами пытался заставить Дариуса выдать мне местонахождение другого наркодилера. Полиция выслеживала этого предполагаемого наркодилера уже две недели и без особого результата. Я просто хотел помочь. Дариус отказался выдать мне местонахождение этого типа.