Графиня Чёрного замка - Лия Джонсон

Я очень сильно ошибалась, думая, что если скуплюсь прямо у императорского дворца, то обслужат меня по высшему классу, может быть даже подкидывая пару советов, как лучше одеваться, чтобы не выделяться среди дам сего великолепного мира. Но, в итоге, мне пришлось на глаз скинуть в кучу всё показавшееся относительно симпатичным, взвалить это на плечи своего бедного мужа и, невинно хлопая глазками, ждать в стороночке, пока тот рассчитается.

Мужчины за меня платили редко, зато от меня этого часто пытались добиться всевозможными способами. Резкая смена ролей серьёзно нервировала.

Но больше нервировали чёртовы ксавийки, что теперь, в отличии от моего первого появления на площади, когда мы с Сафирой только сюда прибыли, меня очень даже замечали.

Очевидно, интерес императрицы ни от кого не укрылся. И моё отличие от местной знати тоже. На балу казалось, что всем абсолютно всё равно, так же, как и продавцам, за каким чертом я приперлась в их лавки. Тогда все были слишком заняты пополнением своих семейных «карманов». Но теперь я познала истинное отношение к своей скромной персоне сполна.

Как хорошо, что у меня уже есть Рагнар. Клянусь, в эти секунды я даже подумывала прямо по пути собрать ещё несколько. Столько презрения и неприкрытой злобы меня не окружало даже в моём прогнившем мире.

Кажется, блондиночки меня серьёзно недолюбливали.

Они смотрели на моё платье, что казалось кровавым пятном на фоне этой чистой белоснежной сказки; мои длинные чёрные волосы, из-за которых я, в сравнении с ними, казалась сущей дьяволицей; моего мужчину, что и вовсе выглядел каким-нибудь владыкой тьмы, и, похоже, искренне недоумевали, как «это» могло привлечь их любимую правительницу.

Видимо, мне попался лакомый кусочек, которого я не хотела, но зато хотели все остальные. Не думала, что место любовницы императрицы, которое она мне завуалировано предложила, столь почетно и желаемо. У местных женщин серьёзные проблемы с ориентацией. Или с мужьями…

Невольно покосилась ниже пояса Рагнара. Может у них как у древних греков, скульптуры которых играют такую важную роль в искусстве,… ну, того… маловат?

Мужчина, словно всегда был настроен со мной на одну волну. Он ощущал любое моё движение, смену настроения и переметнувшийся взгляд. Заметил перемены и сейчас.

Проследил за направлением моих бесстыдных глаз и даже удивленно дернул бровями, спустя мгновение снова взяв себя в руки и натянув маску холодной невозмутимости.

— Вас что-то интересует, миледи? Или, возможно… беспокоит? — медленно проговорил он, сощурив свои проницательные тёмные глаза.

Сейчас мы сидели в предоставленной нам императрицей карете, что направлялась в Чёрный замок. Ехал транспорт довольно аккуратно и размеренно, от чего меня всё время клонило в сон, но любопытство было сильнее. Изредка бросая взгляды в окно, я внимательно и открыто изучала своего мужа, что, в свою очередь, интерес ко мне тщательно маскировал за напускной задумчивостью.

Мужчина старательно делал вид, что заметил за пределами кареты что-то очень впечатляющее, чего раньше никогда там не видел, но сам то и дело косился на меня исподлобья.

Меня эта игра в гляделки только забавляла. Очевидно, неловкости граф не ощущал и, кажется, ему это чувство было и вовсе не знакомо. Воистину непробиваемый. Но, похоже, здесь имели место какие-то чисто ксавийские границы, которые Рагнар не позволял себе переходить, иначе объяснить его поведение не могла. Возможно на женщин нельзя смотреть в открытую? Или он думает, что меня это как-то заденет? Или дело в чем-то ещё?

Как много мне ещё нужно узнать.

— На самом деле, да, — согласилась я, решая говорить ему напрямую всё, что только придет в голову.

Надо же как-то восполнять пробелы, мне ведь теперь здесь жить.

Внезапно задумалась о Земле. И неожиданно даже для самой себя расплылась в ехидной улыбке. Ух, как я их обставила! Даже сама того не зная. Было бы мне известно, что я смогу избавиться от своей семьи и получить свободную и спокойную жизнь в другом мире, сразу бы за маньяком пошла. И наплевать на этих глупых высокомерных ксавийцев. В Чёрном замке они меня не достанут.

От мысли, что меня ждёт пожизненный курорт в замке у леса, где со мной будут носиться два привлекательных мужчины, что выполнят любую мою прихоть, настроение и вовсе взлетело до исчезающих за алым солнцем облаков.

Близился вечер, и свет, провожающий нас домой, стремительно тускнел.

Мужчина терпеливо ждал, пока я надумаюсь и наулыбаюсь, всё так же скрытно наблюдая за мной из-под своего глубокого чёрного капюшона.

— Почему ваши женщины так невзлюбили меня из-за интереса императрицы? У вас распространена женская любовь? Или мужчины… так плохи в постели? — завалила волнующими мне вопросами.

Знаю ведь, что если не спрошу, сама себе надумаю такое, что у всей Аллирии глаза на лоб полезут.

— Женская любовь? — медленно переспросил граф, хмурясь.

— Ну, постельные утехи и симпатия между женщинами.

— Императрица предлагала вам стать своей любовницей? — в этот раз Рагнар своего удивления не скрывал.

Приподнимая чёрные густые брови, он от чего-то весело дернул уголком губ и снова посерьезнел, с любопытством ожидая ответа. Тёмные инфернальные глаза скользнули по моему телу сверху низ. Видимо, представлял меня в постели их правительницы.

Сдерживая шаловливую усмешку, я расправила плечи и выгнулась вперед. Грудь у меня красивая — аккуратная упругая двоечка. А в этом платье и вовсе на тройку сойдет. Я-то тоже хороша — ещё даже домой не приехали, а уже гадаю, что же там у него в штанах и какого размера! Пускай полюбуется.

— Даже пригрозила, что будь я ксавийкой — уже был лежала на месте тех двух блондинок, — передергивая плечами, мрачно буркнула я.

От чего-то меня такая перспектива серьёзно напрягала. Женщины в своих желаниях намного жестче мужчин. А женщины с такой властью вообще опасность мирового масштаба.

— Нет, это императорская причуда. Её Величество женщины и мужчины привлекают в равной степени. А особенно красивые получают очень много привилегий. Полагаю, местные злятся, что такое завидное место заняла чужачка, — терпеливо пояснил граф, на последнем слове досадливо поджимая губы.

Вырвалось — сожалел. Но меня это не оскорбило. Я ведь и вправду здесь чужая, чего мне обижаться-то?

Я кивнула, умиротворенно вдыхая свежий тёплый воздух из открытого окошка.

Карета завернула в лесистую местность, из-за чего перед глазами теперь мелькали сочные изумрудные листья, что из-за сгущающихся сумерек уже начинали отбрасывать тусклые тени. Дорога изменилась — стала ухабистой и витиеватой, что натолкнуло меня на мысль о скорой конечной остановке.

Догадка подтвердилась спустя недолгих пять минут. Кучер отдал команду лошадям, что в ответ зычно «пфыркнули», и наш транспорт внезапно плавно остановился.