Порочное влечение - Юлия Тан

— Алан еще раз спасибо, что показал нам этот замечательный ресторан с удивительным видом. — Эмилия тепло обращается к другу, а меня одаривает ядовитым взглядом. — Встретимся дома, — говорит подруге, готовясь сбежать.

— Эмилия, мы отвезем тебя, — предлагает Алан, а я пытаюсь сообразить, когда закончился этот прекрасный вечер. — Одной передвигаться ночью по Манхэттену небезопасно…

— Я отвезу ее, а вы поезжайте развлекаться, — перебиваю Алла, делая, как можно более флегматичный вид.

— Не стоит… — Эмилия хочет возразить, но по моему выражению лица понимает, что спорить без толку.

— Джон, вам не по пути, — убедительный тон и напористый взгляд Алана явно дают понять, что он не о месторасположении квартир.

— Не переживай, Джеймса это не затруднит. Доставим Эмилию домой целую и невредимую, — невинно говорю другу, делая вид, что не понимаю, о чем он. — Выходим? — прерываю недолгое молчание.

ЭМИЛИЯ

Пока мы спускаемся на парковку, алкоголь моментально улетучивается из организма. Я могу трезво оценить сложившуюся ситуацию. От волнения пробивает дрожь, буквально через несколько минут я окажусь с Джонатаном в замкнутом пространстве.

Несколько раз ловлю сосредоточенный взгляд Лены, но никак не реагирую, проявляя внешнее безразличие. Джонатан стоит рядом, опершись спиной о металлическую кабину лифта. Запустив руки в карманы брюк, внимательно наблюдает за меняющимися цифрами на табло, пока лифт спускает нас на нужный этаж.

Возможно, стоит вызвать такси или согласится на предложение Алана, но я иду за Джонатаном, словно привязанная невидимой нитью. Несколько раз пересекаемся взглядами. Кажется, мы понимаем друг друга без слов, отчего становится тошно.

Мистер Вуд молча подходит к черному автомобилю с тонированными стеклами и открывает заднюю дверь. Останавливаюсь в нескольких футах от него, осматривая салон с приглушенным светом. Подняв глаза, встречаюсь со спокойным зеленым взглядом, который покорно ожидает ответ на немой вопрос. Все это до боли неправильно, и я обязана уйти. Но не могу. Еще немного и я поверю в магию и волшебство, ничто другое не объяснит мое поведение.

— Доброй ночи, мисс Шварц, — обращается ко мне водитель, когда присаживаюсь на прохладное кожаное сиденье.

— Здравствуйте, — удивлено отвечаю парню в черном костюме, который слегка освещен приборной панелью.

Джонатан закрывает дверь, обходит машину и присаживается рядом. Чувствую, что от волнения трясутся руки и барабанит сердце под ребрами.

— Стивен, отвезем мисс Шварц домой, — сухо отдает приказ, вызывая во мне некоторое разочарование.

— Откуда ты знаешь, где я живу? — спрашиваю его. — Этого нет в анкете.

За окном мелькают ожидающие своих хозяев автомобили, а витающий в салоне аромат пряной вишни и табака, такой же, как в клубе, проникает в мои легкие.

— Хм…

Мне не удается рассмотреть выражение его лица, но по голосу ощущаю улыбку.

— Я знаю многое о тебе, — бархатистый голос Джонатана, вынуждает мое сердце сделать несколько кульбитов. То ли от его дыхания в нескольких дюймах от меня, то ли от того, что он может знать об Алексе. С каких пор муж стал для окружающих тайной?

— А я ничего о тебе не знаю, — неуверенно шепчу я. Уже чувствую, как вспыхнули щеки, желая забрать слова обратно.

— Ты можешь узнать. Просто задай любой вопрос, и я отвечу. Смелее Эмилия, — подталкивает, словно к пропасти, в которую я не боюсь свалиться.

В голове возникают сотни, откуда не возьмись, вопросов, но меня интересует лишь один:

— Ты женат?

— Да, — стальным голосом отчеканивает это маленькое слово, а я гоню возникшую досаду.

— Хорошо, — только и могу выдавить от образовавшегося кома в горле.

Между нами повисает напряжение. Но неожиданно Джонатан берет мою руку, согревая ее в своих ладонях.

— Спрашивай еще, — с надеждой произносит он, поглаживая подушечки моих пальцев.

— Почему ты решил инвестировать в образование? — задаю совсем не тот вопрос, который хотела.

Стараюсь унять знакомую расползающуюся дрожь в теле, заметив, как поднимается его грудь под рубашкой от учащенного дыхания.

— Мне нужно куда-то вкладывать деньги, — просто отвечает он, как будто сходил за продуктами в Costco.

— Гордыня — это смертный грех, мистер Вуд.

Требуется немало усилий, чтобы не прильнуть к его губам, растворяясь в пряном аромате.

— Это не гордыня, мисс Шварц. У меня есть финансовые возможности, а у вас цели, надежды, мечты — называй, как хочешь, и я их исполнил, вложив пару миллионов.

— А как же судьба, Джонатан?

— Эмилия, — нежно говорит он и проводит подушечкой пальца по щеке, — если бы Гарольд Вуд не приплыл в Нью-Йорк, если бы не основал компанию, я бы не смог финансировать в образование, и мы бы не встретились.

— А если бы я оказалась здесь несколько лет назад, когда впервые выиграла грант?

— Если бы ты приехала тогда, то попала на мою свадьбу. И, возможно, не дала бы совершить ошибку, — грустно отвечает Джонатан. Он тяжело вздыхает и переплетает наши пальцы.

— Почему свой брак ты называешь ошибкой?

— Я бы не хотел омрачать прекрасный вечер своими проблемами.

Замечаю его вымученную улыбку, когда нас освещают фары автомобиля.

— Ты не ответил на мой вопрос: почему именно образование, мистер Вуд? — повторяю его интонацию с конференции, придвигаясь ближе.

— Забавно, мисс Шварц, — Джонатан хитро улыбается, прижимая меня к себе одной рукой за талию. Это прикосновение не дает мыслить здраво, создавая помехи в рассудке.

— Это бизнес, мисс Шварц. Вложив сейчас в образование, мы получим более квалифицированных сотрудников в дальнейшем, которые будут представлять интересы Колумбийского университета в своих далеких государствах. Возможно, кто-то захочет остаться и будет работать на меня или такого как Хейс. Для этого созданы все условия. В прошлом году семьдесят восемь преподавателей приехали по программе и только девятнадцать захотели уехать обратно, обосновывая семейным положением или другими обстоятельствами, — выдержанным, деловым тоном поясняет он. Последние слова, мимолетно напоминают о муже, вызывая далекий голос вины, но также быстро исчезает.

— Банально, мистер Вуд.

Хренов бизнесмен. Почему я не могу оторвать от него взгляд? Джонатан приковывает меня, манит, словно что-то диковинное.

— Ты играешь с огнем, мисс Шварц, — предостерегает он.

Джонатан очерчивает нежно скулу, следуя вниз к шее, заставляя этими действиями в предвкушении закрыть глаза.

— Смотри на меня, — тихо шепчет в губы.

Меня затягивает в зеленый омут. Все глубже и глубже. Но самое печальное, я не желаю спасения. Делаю то, что хотела весь вечер: касаюсь его щеки, слегка покалывающую ладонь. Странно ощущать происходящее внутри меня.