Спальня, в которой ты, он и я - Эмма Марс

– Да, все в порядке, я поела.

– А сухофрукты? Ты ела сухофрукты?

Он ходил по кругу, оценивая меня взглядом, и нервничал, как перед первым заездом, явно обеспокоенный внешними данными своей кобылки.

– Не волнуйся, я в порядке, честное слово.

Мне страшно было даже представить, что со мной будет, если я его подведу. А главное – его телеканал.

– Ладно… Уверен, ты всем утрешь нос!

Школярские словечки в лексиконе ему подходили так же мало, как антилопе седло. Но, нисколько не боясь показаться смешным, он просто подпитывал себя адреналином. Дэвид только притворялся легкомысленным, чтобы взять разбег и со всей серьезностью приступить к делу. Если бы я смотрелась на экране такой неприглядной, как сейчас, мне, без сомнения, была бы уготована та же судьба, что и Авроре. Неужели он пошел бы на крайности в отношении меня? И мое имя исчезло бы в безбрежном море сети Интернет, утонув там навсегда?

Он склонился ко мне, запечатлев на шее поцелуй, который, по его мнению, можно было бы считать нежным. Стараясь изгнать из моей головы мрачные мысли, Дэвид зарылся носом в мои волосы и ласково положил руку на мое полуобнаженное плечо. И раз уж он ни слова не произнес по поводу брачного контракта, обращаясь со мной как со своей всего лишь новой подругой, я решила расслабиться и получить удовольствие от его незатейливых ласк.

– Я хочу тебя, – прошептал Дэвид мне на ухо.

Я наклонила голову, чтобы спастись от его все более настойчивых поцелуев.

– Не здесь…

– Почему? Ты боишься, что нас застукает шеф?

Дэвид усмехнулся собственной шутке, довольный собой, со злорадством, наверное, вспомнив тех, кого оставил в дураках. Все, к чему он прикасался, обязано было превращаться в золото. Так было всегда. Он всегда чувствовал себя победителем. Не считая Авроры…

– Ах, простите…

В двери показался Фред. Заметив нас, он сперва удивился, но потом его взгляд стал суровым от гнева, который мне был очень хорошо знаком. Однако Фред сдержался. В отличие от Дэвида:

– Что вам надо? Что, черт побери, вы здесь забыли?

Я тут же поняла, что эти двое никогда не встречались. Но если Фреду было полезно увидеть наконец, как выглядит big boss телестудии BTV, то Дэвиду вовсе не обязательно было знать, кто такой этот небритый парень в потертых джинсах и линялой футболке, пусть даже он работает в его фирме.

– Я… – мямлил Фред.

Должна ли я их представить друг другу? Если да, то до какой степени стоит углубляться в предысторию наших отношений? С одной стороны, Фред должен был опасаться, как бы я не открыла правду относительно его трудоустройства на канал. Видимо, его растерянность объяснялась тем, что он не знал, как я себя поведу.

– Что «я»? Оставьте нас в покое!

– Дорогой, – я решила вмешаться, чтобы его утихомирить. – Это – Фред Морино. Звукооператор нашей передачи. Он, видимо, пришел, чтобы сказать, что меня уже ждут в студии.

Я захлопала ресницами, вылупив глаза на Фреда, чтобы тот понял намек и включился в игру.

– Да, – подтвердил он, вздохнув с облегчением.

– А! Ну ладно.

Дэвид никогда не терял самообладания. Никогда! Кем бы ни был его партнер. Он выпрямился, скорее раздосадованный, чем рассерженный, и ограничился тем, что строго отчитал Фреда, как нашкодившего сорванца:

– В любом случае, следует стучать, когда входишь даже по срочному делу.

И он широким жестом указал на дверь моего кабинета, открытую настежь в тот момент, когда к нам так вероломно вломился Фред.

Подумать только, а я вписала своего бывшего в список приглашенных на свадьбу. А ведь его бы и на порог не пустили, прогнали бы тут же, без разговоров, он бы даже не успел предъявить пригласительный.

– Ну, пока! Я побежала, – тихонько шепнула я Дэвиду, отправляясь вслед за звукооператором.

Вот теперь настал самый подходящий момент поморгать ресничками, сделать губки бантиком и напоследок покрутить бедрами. Короче, представить во всей красе свою сексапильную женственность, выпендриться по полной программе, так сказать. Тогда его приговор после позорного провала будет не таким суровым, или хотя бы с небольшой отсрочкой.

– И помни, дорогой, о чем мы с тобой только что говорили, – проворковала я на прощание. – Меня это очень интересует.

Очутившись в коридоре, мы с Фредом не отправились в студию, как предполагалось, а нашли возможность уединиться. Я была в таком же замешательстве, как и он. Нелепость сложившейся ситуации угнетала меня, но не только это не давало покоя. Она обнажила двойственность, скорее даже несуразность, моего отношения к Дэвиду. Боже мой! Кто бы знал, как я хотела всего этого: идеального мужа (состоятельного красавца), благополучия, достатка. Но в то же время я не могла вычеркнуть из своей нынешней жизни то, что было когда-то. Я не могла забыть ту бедную девочку из Нантерра, как и тех, кто вывел ее в люди… Я не могла быть на той и другой стороне одновременно.

Я сдержалась, чтобы не сорваться на Фреде, хотя, по сути, он невольно стал причиной возникшего шторма в моей душе, но он же стал и его несчастной жертвой.

– Тебя ведь никто не посылал за мной? Верно?

– Верно, – подтвердил он. – Я перепаял кое-какие проводочки на прямой линии нашего дружка Луи и нашел кое-что интересное.

– И что же?

– В памяти его телефона сохранились номера примерно за последние три месяца, с тех пор как он сменил стандарт и поставил новую симку.

– Ну и что? – насмешливо спросила я. – Он ежедневно заказывал себе девочек к шести вечера?

– Не совсем, – Фред лишь слегка улыбнулся шутке.

– И кому же он звонил?

– Догадываюсь, что ты начнешь сомневаться, но можно проверить по номеру, я-то его узнал сразу.

– Черт возьми! Не тяни, Фред! – скрипя зубами от нетерпения, торопила я его.

– Луи регулярно звонит твоей маме, Мод. Он часто набирает ваш домашний номер со своего мобильника.

Я не знала, что и подумать. Мой взгляд уткнулся в прозрачную стену соседнего помещения, где журналисты из новостного отдела готовили информацию для очередного выпуска. Опомнившись, я посмотрела на Фреда:

– Звонит маме? Ты думаешь, что говоришь?

Он произнес номер ее домашнего телефона, не запнувшись, не перепутав цифры. Все точно.

– Только на этой неделе он набирал ее номер трижды, – уточнил Фред по своим данным, записанным на клочке бумаги.

Я подумала о подарках, что Луи посылал маме вроде как в виде компенсации за мои услуги и хорошее поведение.

– А… Они говорят подолгу?

– В общем, да. В понедельник – двадцать две минуты, в среду – всего одиннадцать. А вчера – восемнадцать, правда, связь прервалась ненадолго, секунд на тридцать, и он повторно набирал номер.