Мафия ФИФА. Футбол вне закона - Томас Кистнер

Наконец, УЕФА предпринимает действия. Но не в том плане, чтобы отправить кого-нибудь на Кипр. Она дает Марангосу 48 часов на то, чтобы тот отправил ей свои доказательства. После чего она подает на свидетеля в суд. В уголовный суд Швейцарии поступает жалоба на Марангоса, кроме того, подключают генерального прокурора на Кипре: «УЕФА вынуждена предпринять правовые меры, чтобы выяснить, справедливы ли обвинения и имеются ли по ним конкретные доказательства. Кроме того, необходимо отстоять нравственную чистоту УЕФА и европейского футбола, который серьезно пострадал от обвинений» {73}. Каким образом можно отстоять нравственную чистоту, если со свидетелем сначала отказываются встречаться, а после ставят ему ультиматумы, известно одной лишь УЕФА.

Между тем в Восточной Европе вынуждены объясняться первые функционеры. Григорий Суркис, президент Футбольного союза Украины, опровергает обвинения: «В футболе всегда имеют место слухи и грязные наветы, и не имеет значения, кто является их адресатом – президент Украины, УЕФА или ФИФА. Футбол пробуждает алчность». Строительный магнат знает, о чем говорит. Суркис, работник управленческого аппарата, после провозглашения независимости в 1991 году стремительно становится мультимиллионером на сырьевой торговле, которую ведет на деньги из неизвестных источников {74}. Уже в 1993 году он покупает киевское «Динамо», вскармливает его на свои миллионы и в девяностые же делает его чемпионом Украины. В 1995 году коррупционный скандал вокруг его клуба сотрясает Лигу чемпионов. Испанскому арбитру Лопесу Ньето обещаны дорогие шубы за хорошие результат матча с участием «Динамо». УЕФА проводит расследование. Однако Григорий Суркис, могущественный президент клуба, выходит сухим из воды, он понятия не имел о попытке подкупа. Зато его брат Игорь и один из управляющих пожизненно дисквалифицированы. Григорий не держит на них обиды за такое самовольство, даже наоборот. В 1998 году брату Игорю, несмотря на высшую меру наказания, позволено занять место Григория во главе клуба. А Григорий Суркис в 2004 году включен в состав исполкома УЕФА, где оказывает весомую поддержку кандидату Платини.

В результате коррупционного скандала киевскому «Динамо» в течение трех лет запрещено выступать на европейской арене, но вскоре меру наказания снижают. Украинский президент Леонид Кучма беседует с федеральным канцлером Гельмутом Колем, тот, в свою очередь, подключает Эгидиуса Брауна, казначея и серого кардинала УЕФА. Уже через год «Динамо» возвращается {75}. Братская взаимовыручка на практике.

В Румынии расследование по этому делу ведет Национальная дирекция по борьбе с коррупцией (DNA). Она не называет имен, но согласно румынскому телеканалу Realitatea TV речь идет о главе Румынского футбольного союза, Мирче Санду. Утверждают, что он получил два миллиона евро за свой голос в пользу Украины и Польши. 58-летний Санду опровергает обвинения и заявляет об иске против Марангоса. Но тот ведь даже не называл имен, и в суд его тоже не вызывали {76}.

После юридических атак УЕФА Марангос замолкает. И в январе 2011 года УЕФА сообщает, что генеральный прокурор Кипра закрыл дело: обвинения во взяточничестве оказались «абсолютно бессодержательными». Марангос тоже приостанавливает свою деятельность. Но не столько из-за решения прокурора, говорит он, его напуганные свидетели пошли на попятный. От своих заявлений Марангос отказываться не собирается. О тщательном расследовании на Кипре он ничего не знает и документов никому не передавал. Только дважды он представил сотрудникам прокуратуры следующее объяснение: «В период с 1 января 2007 года по 30 апреля 2007 года мною была получена информация об избрании Польши и Украины хозяевами ЧЕ-2012. Я неоднократно добивался встречи с представителями УЕФА, чтобы предоставить им ценную информацию. Три года моих усилий увенчались тем, что мы условились о встрече в Женеве 24 августа 2010 года. За четыре дня до назначенной даты те же люди под неясным предлогом отменили встречу. После этого я на основе представленной мне информации высказался публично, не называя при этом имен и никого не обвиняя. […] Свидетели постоянно были в моем распоряжении, чтобы подтвердить эту информацию. Я огорчен сложившейся ситуацией, мне больше нечего сказать или добавить» {77}.

Кипрские службисты отмалчиваются. Руководители УЕФА оставляют без ответа вопросы о том, довелось ли им, или иным служащим футбольной организации, взглянуть на материал Марангоса и оценить его содержание. Неясно также, почему обвинения в клевете выдвинуты в Швейцарии, а не на Кипре, где проживает Марангос и где он выступил со своим заявлением. Разве обвинение на Кипре не принудило бы его к предоставлению документов? Коль скоро он настаивает на том, что лишь материал может внести ясность.

Эксперты из Transparency International расценивают действия ответственных сотрудников УЕФА, отменивших встречу со свидетелем, а после предлагавших заранее предоставить доказательства, как препятствие. «На наш взгляд, происходящее не позволяет оценить реальное положение вещей, – говорит Анне Швёбель. – Образ действий УЕФА оставляет открытыми много вопросов. О прозрачности можно говорить, лишь после того как мы действительно узнаем о качестве этих материалов» {78}.

На протяжении всего расследования от самого Платини было слышно крайне мало комментариев. И вообще ничего от вице-президента УЕФА Мариоса Лефкаритиса. Неприметный, влиятельный функционер является казначеем футбольной Европы, а также заседает в президиуме ФИФА. И, как Марангос, родом он из Лимасола.