Супербоги - Грант Моррисон

На обложке «Новых богов» № 1, вышедших в марте 1971-го, воин Орион плывет к нам сквозь космос на устройстве, напоминающем хай-тековые ходунки. Лицо у Ориона бесстрастное. Он отчасти бог, отчасти астронавт, отчасти солдат. Человек, у которого есть миссия; глаза с красными, точно лазерными, зрачками прожигают читателя, устремляясь в некое высшее измерение у него за спиной.

Шапка гласила: «Кирби уже здесь!» До той поры мы еще не видели обложек, на которых звездой выступал создатель.

Лицо сурового воина в шлеме для полноты эффекта повторялось в круге в верхнем левом углу. Ниже текстовый блок сообщал: «„НОВЫЕ БОГИ“ DC», а чуть выше: «КОГДА СТАРЫЕ БОГИ УМЕРЛИ – РОДИЛИСЬ НОВЫЕ БОГИ».

Слова «САГА НАШИХ ВРЕМЕН» лишь подчеркивали амбиции Кирби и его готовность обосновать свои грандиозные заявления работой, которая даст современникам фору в столетие.

«Новые боги» № 1, обложка Джека Кирби и Дона Хека. © DC Comics

«ОРИОН СРАЖАЕТСЯ ЗА ЗЕМЛЮ!»

Как ни странно, сам герой Орион сдвинут влево. Таким образом подчеркивалось, что главное тут – масштабы полотна, громадность задника.

Кирби оттачивал свои комиксы до символических жестов, без труда опережая конкурентов, но обгоняя и читателей. Читателям не на что было опереться – так подростки пятидесятых в «Назад в будущее» каменели и теряли дар речи, когда Марти Макфлай изображал запилы Джими Хендрикса.

Центральная сюжетная линия «Новых богов» начинается накануне войны. После опустошительных войн богов вступил в силу пакт о ненападении, ратифицированный обменом сыновьями между правителями Нового Генезиса и Апоколипса. Зверское исчадие Дарксайда Орион вырос на Новом Генезисе, в пацифистском царстве созидания, а Скотт Фри, кроткий сын Нового Генезиса, отправился в Ад. В поисках совершенного оружия, Уравнения Антижизни, абсолютной формулы контроля сознания, «ВНЕШНЕЙ ВЛАСТИ НАД МЫСЛЬЮ», Дарксайд нарушил правила, и теперь все живое рискует подчиниться воле «темного математика».

Элементы уравнения сокрыты в умах людей на планете Земля, в остальном незначительной. Когда Дарксайд вмешивается в человеческие дела и его замысел раскрывается, между Новым Генезисом и Апоколипсом вспыхивает последняя война. Свобода против рабства; не на жизнь, а на смерть.

Орион, дитя-чудовище, вырос и возмужал в Новом Генезисе, и его жизнь – воплощение противостояний: врожденное против приобретенного, добро против зла, молодость против старости, тирания против свободы. Кирби работал с большими дуальностями и, дабы озвучить вопросы эпохи, собрал блистательный пантеон.

Кирби говорил нам, что светлая человеческая натура неизбежно побеждает. Об этом повествовал сюжет – но в глубине души мы и сами это знали. Доброта и понимание даже демона превратят в святого воина, однако ангела ни за что не поставить на службу дьяволу – ангел всегда добьется свободы и воспарит. Война никогда не закончится, но исход ее не вызывает ни малейших сомнений.

После выхода «Четвертого мира» Кирби критиковали за то, что халтурщик он, а не писатель: мол, лучше бы текстами занимались профессионалы – например, Стэн Ли. Диалоги Кирби высмеивали и высмеивают по сей день за ненатуральность, неразговорность, – можно подумать, эти скучные достоинства способны соперничать с выразительностью и мощью Кирби на пике его творчества. Отмахнувшись от его голоса, мы упустили бы грохот тяжелого металла – подлинную музыку Джека Кирби Освобожденного. Не думайте про улицы – думайте про Гинзберга. Вслушайтесь в высокопарные еврейские каденции, что звучат в замечательной антивоенной истории «Корабль славы»: