В погоне за Солнцем - Ричард Коэн

Так продолжал я передвигаться по времени огромными скачками, каждый в тысячу лет и больше, увлеченный тайной судеб Земли и в состоянии какого-то гипноза наблюдая, как Солнце на западе становится все огромней и тусклей, как угасает жизнь.

В действительности Уэллс расширял тему, которая притягивала писателей по меньшей мере со времен Свифта: как долго проживет Солнце (а с ним и наша планета). Некоторые произведения времен Уэллса – “Омега” (1893) выдающегося астронома Камилла Фламмариона, “Последние дни Земли” Джорджа Уоллиса, “Дом на краю” (1908) Уильяма Хоупа Ходжсона – основываются на том, что Солнце поддерживается химическим горением и когда-то в обозримом будущем наступит время, когда оно выгорит дотла^[970].

Уинстон Черчилль в своем единственном романе “Саврола” (1899) также рисует перед нами истощившееся Солнце, но представляет это как постепенный процесс угасания – вызов, который человечество может принять, обладай оно определенными моральными и психологическими качествами. В одном из эпизодов главный герой (идеализированная версия автора) наблюдает Юпитер в телескоп и размышляет о “непостижимом отрезке времени, которое должно пройти прежде, чем охлаждение сделает возможной жизнь на его поверхности”, что, как можно предположить, ведет дальше к своего рода внеземной утопии. Однако в конце автор заключает: что бы ни случилось, все равно неумолимо “совершенное развитие жизни закончится в смерти; вся солнечная система, вся вселенная однажды станет холодной и безжизненной, как выгоревший фейерверк”^[971]. Это рассуждение могло бы послужить заключением и к истории Уэллса – оба меланхолических финала написаны амбициозными депрессивными типами, великими людьми, посвятившими себя поискам лучшей жизни для человечества^[972].

К 1930-м уже было известно, что Солнце производит тепло термоядерным синтезом и однажды погаснет. Клэр Эштон, одна из немногих женщин, пишущих в этом жанре, написала “Феникса” – проникновенную историю о путешествии сквозь космос с целью вновь возжечь гаснущее Солнце; эту идею подхватил Джин Вулф в серии “Книги нового Солнца” (1980–1983)^[973]. Хотя температура солнечной поверхности стала известна еще в 1890-е, Джон Мастин тоже описывал такое путешествие в Through the Sun in an Airship (1909), а Х. Канер развернул действие книги The Sun Queen (1946) на солнечном пятне.

Начиная с 1930-х статус писателей, возделывающих ниву научной фантастики, постепенно рос и становился больше, чем просто уровень восторженных любителей; в ноябре 1945 года в редакционной статье во влиятельном журнале Astounding Stories of Super-Science редактор Джон У. Кэмпбелл подвел итоги предыдущего десятилетия: “Интересующиеся наукой неожиданно оказались признаны окружающими не такими уж и наивными мечтателями, как считалось раньше, а во многих случаях даже заработали себе в глазах других некоторый авторитет”^[974]. Клиффорд Саймак в “Большой уборке на Солнце” (1940) и Филипп Лэтем в “Тревожном Солнце” (1959) соотносили события на Земле с циклами солнечных пятен. Шесть произведений Роберта Хайнлайна, составляющие “Человека, который продал Луну” (1950) (“бесстрашные приключения храбрецов будущего… мир, где энергия Солнца прямо преобразуется в силу, используемую людьми”), заканчиваются схемой “Истории будущего 1951–2600”, где на 2075 год намечено решение проблемы предсказания погоды, на 2100-й – начало межзвездных полетов, а завершается все объединением солнечной системы.

В фильме Дэнни Бойла “Пекло” (2007) фигурирует умирающее Солнце и пилотируемая ракета, которая направляется к Солнцу, чтобы оживить его термоядерной бомбой (Fox Searchlight / The Kobal Collection / The Picture Desk)

В 1950-е начался второй золотой век научной фантастики. К нему относятся такие фигуры, как Кордвейнер Смит (псевдоним великого борца с Китаем на психологическом фронте Пола Лайнберджера, 1913–1966) и Пол Андерсон (1926–2001). В повести Смита “Леди, которая плавала на “Душе” (1960) описываются космические путешествия с помощью парусов и солнечного ветра^[975]. Андерсон, одинаково успешный и в классической научной фантастике, и в новом мире научной фэнтези, интересовался пригодными для жизни планетами неземного типа, а разведку космоса и путешествия за пределы солнечной системы на сверхсветовой скорости считал враждебной и скучной чепухой. В его книгах “Невидимое солнце” (1966), “Мир без звезд” (1966) и “День гнева” (1967) космические путешественники отправляются в другие планетные системы, а в “Долгой дороге домой” (1955) писатель воображает, как солнечная система становится центром межзвездной империи, а Земля превращается в Эдем благодаря глобальному потеплению. Солнце при этом скромно стоит поодаль, и вряд ли его можно в чем-то обвинять.