В погоне за Солнцем - Ричард Коэн

Запуск метеорологического зонда во время мероприятий по предотвращению градообразования в Грузии (Novosti)

Вектор общественного мнения, безусловно, поменялся. Говоря о высокой концентрации CO₂, а также других парниковых газов, метана и оксида азота (Киотский протокол 1997 года описывает не менее двадцати четырех подобных соединений), Марк Лайнес, корреспондент по вопросам окружающей среды британского еженедельника New Statesman, заявил: “Тот факт, что парниковые газы вызывают потепление подобно дополнительному одеялу вокруг планеты, не подлежит обсуждению – это установлено физиками более ста лет назад”^[935]. Герно Клеппер из Института мировой экономики в Киле, который входит в IPCC, прямо сказал: “В отношении выбросов в атмосферу мы уже подошли к самым плохим сценариям или вошли в них”^[936]. Еще один эксперт, Джордж Филандер из Принстона, недавно сообщил журналу National Geographic: “Мы стали геологическими агентами, способными влиять на процессы, определяющие климатические условия”^[937]. Это все, безусловно, частные мнения, но большинство экспертов их разделяют.

Как можно количественно оценить рост концентрации газа? “В 1780-х, – пишет Элизабет Колберт, – образцы, взятые из ледяного щита, показывали, что уровень двуокиси углерода находится на отметке двести восемьдесят частей на миллион. Плюс-минус десяток частей – это тот же уровень, на котором двуокись углерода пребывала за 2 тыс. лет до того, во времена Цезаря, и еще за 2 тыс. лет до того – во времена Стоунхенджа, и еще за 2 тыс. лет до него”^[938]. Когда из-за индустриализации этот уровень начал подниматься, он поднимался сперва постепенно, а затем гораздо круче. Когда начались измерения, в конце 1950-х, соотношение достигло цифры в триста пятнадцать частей на миллион (пропромилле, ppm). В мае 2005-го этот показатель уже достигал отметки в 378 ppm; номер журнала Scientific American от апреля 2007 года приводит цифру в 379 ppm. В феврале 2008-го – 383 ppm. Предполагается, что максимальный допустимый уровень концентрации – это 445 ppm. Чтобы удержать ее хотя бы на этом уровне, следует сократить мировые выбросы двуокиси углерода на 80 % за сорок лет – это практически невыполнимая задача, учитывая ее стоимость. В июне 2009 года Джеймс Хансен объявил, что уровень CO₂ уже достиг 385 ppm и газ выбрасывается в воздух примерно в 10 тыс. раз быстрее, чем естественные процессы могут его перерабатывать^[939]. “Теперь люди отвечают за состав атмосферы”. И это только один из парниковых газов, хотя и “самый загрязняющий из всех”^[940]. Другими тепловыми ловушками являются водяной пар (самый распространенный парниковый газ на Земле), метан, фторхлороуглеводороды, оксид азота и озон.

Даже если все эти выбросы прекратятся на следующий день, Земля все равно нагреется еще на 0,2 °C к концу века из-за высвобождения энергии, уже поглощенной океанами: настоящее потепление за последние сто пятьдесят лет составило 0,6 °C. Устранение излишков CO₂ с нагреванием планеты становится все менее эффективным. IPCC прогнозирует к 2100 году нагревание на 3,5–8 °C, а ученые из МТИ в мае 2009 года объявили этот показатель равным 13,3 °C^[941]. На ум приходит крик отчаяния Курта Воннегута в его книге “Армагеддон в ретроспективе”: “Как мы можем помешать глобальному потеплению? Наверное, выключить свет, но давайте не делать этого. Скажу честно: как привести атмосферу в порядок – не знаю. Боюсь, уже поздно” – выплеск чувств, который оказывается тем весомее, когда узнаешь, что брат писателя был одним из ведущих метеорологов Соединенных Штатов^[942]. Неудивительно, что идея сооружения какого-то гигантского планетарного зонтика от солнца за последнее время переместилась с периферии в самый что ни на есть мейнстрим^[943].

Все это приводит нас обратно к Солнцу. Какова доля ответственности этой “слегка изменчивой звезды”?^[944]Грубо усредняя, его лучи доносят примерно 288 Вт на квадратный метр земной поверхности – энергия, излучаемая тремя лампами накаливания нормального размера. Солнце сейчас на 15 % больше, чем было 4,5 млрд лет назад, и, таким образом, излучает на 25 % больше тепла. Но имеется так называемый парадокс слабого молодого Солнца – поверхность Земли была теплее в начале ее жизни, когда атмосфера состояла преимущественно из двуокиси углерода и воды. Сегодняшнее глобальное “затемнение” вызвано различными загрязнителями, которые препятствуют энергии либо отражая излучение, либо конденсируя больше влаги в воздухе, что способствует возникновению более плотных, темных и заслоняющих свет облаков.